Чтение онлайн

— Я н-не знаю, где моя с-семья, — его дыхание изменилось, и взгляд метался по комнате, будто он хотел сбежать.

— Мам, мы можем поговорить о чём-нибудь ещё? — я бросил на неё мрачный взгляд, пытаясь молча выразить ей свои мысли. Хоть и с замешательством, она поняла намёк и решила, что нам нужно долить напитков, и ушла на кухню.

Разговор переключился на другие вещи, и, в конце концов, Орин снова успокоился. К девяти тридцати мы попрощались и отправились домой.

Когда мы шли к машине, солнце уже село. На небе начали появляться звёзды.

— Я так и не отвёл тебя к воде, — вслух заметил я, когда Орин открыл пассажирскую дверь.

— В другой раз. Я немного устал. Кроме того, — с усмешкой произнёс он, — кажется, пляж — это ваши с Коэном дела.

Вспомнив, как сильно Коэну понравилась наша поездка, даже когда я был сам не свой, я улыбнулся.

— Ты прав. Знаешь, он выглядит очень сексуально в «Спидо». Просто к слову.

Лицо Орина осунулось, и щёки залились таким тёмным оттенком румянца, что сияли в темноте.

— Я не хочу об этом говорить, — выдавил он и как можно быстрее сел в машину.

Я рассмеялся и сел рядом с ним. По его реакции я догадался, что откровенные плавки были найдены.

Я стал ночевать у Орина намного чаще с тех пор, как его выписали из больницы. Несколько ночей, когда я решал остаться в своей квартире, были случаями, когда я позволял себе перерыв. Зачастую это было, когда вперёд выходил Рид, и мы уставали друг от друга, или когда рядом был Тео. Мы с Тео хорошо ладили, но оба узнали, что это хорошая возможность провести время порознь.

Коув не появлялся со времён больницы. Орин рассказывал, что они регулярно разговаривают, и я мог только надеяться, что вместе они достигают прогресса.

Когда мы забрались в кровать, наши губы нашли друг друга, и мы разделили полчаса глубоких, страстных поцелуев. Мы всё ещё не заходили никуда дальше, и пришли к равновесию с вечерами менее интимных моментов.

Как только Орин скрутился рядом со мной, и мы нашли удобные позы для сна, я начал играть с его волосами, как делал каждую ночь.

— Как ты сбежал?

Я не думал, что нужно продолжать, и надеялся, что он меня поймёт. После неожиданных маминых вопросов, я решил, что сейчас лучшее время спросить. Я задумывался над этим долгое время, но слишком боялся озвучить.

Орин рисовал пальцами круги на моей груди.

— Я не совсем уверен. Эта часть мне не ясна. Думаю, это сделал Тео, но это было до того, как я обнаружил своё ДРЛ, так что я не знаю. По большей части моя жизнь — это размытое пятно, до шестнадцати лет. С тех пор я сам по себе. Живу здесь. Как до этого дошло — вроде как загадка. Я знаю, что тогда пытался добиться проживания в доме для инвалидов. Прыгал от одного доктора к другому, пока они ставили мне всевозможные диагнозы, от шизофрении до биполярного расстройства. Я знаю, они пробовали любые возможные лекарства, чтобы меня исправить, но помимо этого я мало что знаю. До шестнадцати лет всё просто тёмная дыра со случайными моментами ясности вперемешку. Не достаточно, чтобы сформировать должную картину.

Я стал отчётливо осознавать своё дыхание и его. В груди стало тесно, и сердце болело, пока я формировал следующий вопрос.

— Ты знаешь что-нибудь о своём детстве или всё… исчезло?

Он покачал головой на моей груди и крепче прижался к моему телу.

— У меня очень мало воспоминаний.

Может быть, это было к лучшему.

Глава 26

— Кофе готов? — крикнул из ванной Коэн.

— Да, и я уже налил тебе чашку.

Он вприпрыжку заскочил на кухню в узкой паре чёрного нижнего белья, с мокрыми и взъерошенными после душа волосами.

— Со сливками, без сахара? — спросил он, поднося чашку к губам, чтобы сделать глоток.

— Чёрт! — я забрал её, прежде чем он смог глотнуть, и вылил всё в раковину. — Не суди меня строго, вы, ребята, могли хотя бы кофе одинаковый пить.

Пока я переделывал его чашку, он встал позади меня и прижался своим почти обнажённым телом к моей спине, целуя мою шею.

— Нам нравится держать тебя в напряжении.

Так как я был в одних пижамных штанах, когда он прижался ко мне сзади, давление его полутвёрдого члена на мою задницу было более сильным.

Я поставил его чашку на тумбочку и потянулся рукой себе за спину, чтобы погладить его бедро и притянуть его ближе. Он поднялся по моей шее к уху и втянул мочку в рот.

— Клянусь, тебя невозможно удовлетворить, — выдохнул я.

Он хохотнул мне на ухо и поцеловал меня в висок.

— Хочешь ещё раз? У меня есть около часа до начала занятия. Я могу опоздать.

— Нет, — я отстранился от него и пошёл к холодильнику за сливками. — Ты не опоздаешь. Это важно для Орина.

Когда я развернулся, чтобы добавить в его кофе сливки, в награду получил сморщенный нос.

— С тобой не весело.

Я усмехнулся.

— Прошлой ночью ты говорил не это.

Он украл свой кофе и сделал несколько глотков, после чего вернул чашку на тумбочку. Он покачал бёдрами, демонстративно тряся задницей, пока уходил в коридор.

— Ладно. Видишь, что ты упускаешь?

Я не мог сдержать смех. Для Коэна жизнь редко была серьёзной. Его беззаботное поведение всегда вызывало у меня улыбку.

— Я не знаю, что надеть, — крикнул он из спальни.

— Как это вообще возможно? На прошлой неделе ты весь день провёл в торговом центре.

Я пошёл за ним по коридору и прислонился к дверному косяку спальни, пока он перебирал все новые наряды, которые купил.

Орин ненавидел их все. Но так как они решили попробовать разделить опыт колледжа, он пошёл и на новый гардероб.

На кровати лежало три наряда; тёмные джинсы-скинни с бледно-розовым вязаным кардиганом, голубые джинсы-скинни с белой рубашкой и голубым шарфом, и чёрные джинсы-скинни с красной майкой с длинным рукавом и подходящей джинсовой курткой.

Единственным условием Орина было то, чтобы его руки были закрыты.

— Я голосую за наряд с кардиганом. Это больше всего на тебя похоже.

Засияла его улыбка, когда он взял свитер и джинсы.

— Согласен на сто процентов.

Он демонстративно оделся, убеждаясь, чтобы я получил шоу. Пока застёгивал джинсы, он выглядел крайне счастливым. Идея посещать колледж принадлежала Орину. Однако, его тревожила перспектива посещения занятий днём, когда там было намного более людно. Когда Коэн выразил жажду общения и то, как сильно его привлекал этот аспект, они заключили сделку. До недавних пор Тео был единственным альтером, с которым Орин мог быть в параллельном сознании. За несколько недель до первого дня занятий, они с Коэном тоже достигли этого шага. Так что сделка заключалась в том, что пока Орин мог оставаться в параллельном сознании с Коэном, это Коэн может физически посещать учёбу. Следовательно, это была экспериментальная ситуация. Они заключили договор о том, как всё это будет работать, и согласились с правилами.