Чтение онлайн

Розалия едва могла дышать, её голова кружилась, будто от выпитого вина, но она знала, что настоящая причина – он. Эдмунд был её бурей и её спокойствием.

– Почему ты вдруг стал таким?Теперь я без тебя жить не смогу – прошептала она, её голос был наполнен лёгким упрёком, словно она обвиняла его в том, что теперь не могла представить свою жизнь без него.

Эдмунд остановился, подняв взгляд к её лицу. Его сердце забилось сильнее, когда он осознал, что услышал от неё признание.

– Ты изменила меня, – сказал он наконец, его голос был серьёзен. – Розалия, ты заставляешь меня хотеть быть лучше. Для тебя.

Её глаза наполнились слезами. Она потянулась к нему, чтобы вновь почувствовать тепло.

Их движения становились все более рваными, смелыми. Он ощущал её отклик на каждое прикосновение, её желание. Она была для него всем – нежной, страстной, беззаветно искренней.

Когда их тела, наконец, сплелись в единое целое, это было не просто физическим единением – это была встреча двух душ, которые наконец нашли друг друга и поняли чем являются.

В ту ночь Розалия почувствовала, что её жизнь изменилась навсегда. И хотя слова были не нужны, она знала: в его объятиях она нашла свой настоящий дом.

После бурной ночи, наполненной нежностью и страстью, мы лежали в купели, наполненной тёплой водой с ароматом розмарина и лепестков роз. Я сонно прижималась к широкой груди Эдмунда, ощущая его сердцебиерие. Этот глубокий ритм казался мне самым успокаивающим звуком, который я когда-либо слышала.

Невольно я закрыла глаза, слушая этот негромкий стук, и мысли понесли к тому, как все изменилось. Это было не просто выживание, не просто долг или чувство благодарности. Это была любовь — сильная, обжигающая, захватывающая. Я не могла больше представить, как буду жить без него.

"Как мы к этому пришли?" - подумала я , чувствуя, как пальцы невольно скользнули по его коже, задержавшись на линии его ключицы. "Теперь я хочу быть с ним до самого конца. Хочу, чтобы он дышал мной, любил меня так, как я люблю его. Пусть это будет жадно, пусть это будет безумно, но моя жизнь теперь - он". Я уткнулась носом в его шею, чувствуя его терпкий аромат и прикрыла глаза. Эдмунд посмотрел на меня сверху вниз, слегка улыбаясь.

—Ты опять задремала, маленькая лисичка, - прошептал он с теплотой, проводя рукой по моим мокрым волосам.

—Не хочу засыпать. Хочу остаться с тобой вот так. Всегда, - пробормотала я, чувствуя, как тёплая вода расслабляет тело, а его голос - душу.

Утро началось тихо. Тёплое солнце пробивалось сквозь тяжёлые занавеси, освещая мою спальню мягким светом. Потянувшись в постели, я поняла, что рядом никого нет. Эдмунда, как всегда, уже не было. В груди закралось лёгкое чувство пустоты. Он был рядом, когда я засыпала, а теперь его место было пустым и холодным.

“Он всегда так занят,” – подумала я, немного грустно, но всё же с улыбкой. Я знала, что его дела – это часть того, кем он является. Но всё равно скучала.

Тихий стук в дверь прервал мои мысли.

– Моя Госпожа, доброе утро! – Агата вошла с подносом, за ней следовала Сальма с огромной корзиной белья.

– Доброе утро, – ответила я, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна.

На подносе лежал завтрак: тёплые лепёшки, сыр и чашка густого горячего шоколада.

Я начала есть, а Сальма, как всегда, болтала без умолку.

– Миледи, вы даже не представляете, сколько было суеты, когда вы заболели! – её голос был полон энергии, она чуть не подпрыгивала от волнения.

– Правда? – спросила я, посмеиваясь, откусив кусочек лепёшки.

– Да! Каждый день приходили люди, чтобы узнать, как вы. Филипп так устал от их вопросов, что сам чуть не заболел! А я вообще думала, что здесь начнётся восстание!

Я рассмеялась.

– Сальма, ты преувеличиваешь. Никто не станет так переживать из-за меня.

– О, не говорите так, – тихо вмешалась Агата, стоявшая у зеркала и готовившая гребень. – Все вас очень любят. Никто другой не сделал бы того, что вы сделали для этих людей. Даже Эдуард, наш конюх, грубый как камень, и тот молился за вас, – добавила она с нежной улыбкой.

Я почувствовала, как в груди разлилось тепло. Для кого-то я стала важной. Это всё ещё было непривычно.

После завтрака Агата подошла ко мне с гребнем.

– Давайте, миледи, приведём вас в порядок, – сказала она, нежно начав расчесывать мои волосы.

Сальма присоединилась, помогая мне выбрать платье.

– Вот это изумрудное вам очень идёт, – сказала она, вытянув простое, но изысканное платье из плотной шерсти, украшенное тёмно-зелёной вышивкой.

Я улыбнулась. Это было удобно, но красиво, идеально подходящее для прохладного утра.

Пока меня одевали, в дверь постучвл Филипп. вскоре его впустили, а за ним несли несколько коробок.

– Что это? – спросила я, удивлённо глядя на свёртки.

Филипп поклонился и ответил:

– Его милость приказал передать вам эти дары. Он сказал, что как ваш муж, обязан баловать вас, моя Леди.

Я замерла. “Подарки? Для меня?” Это казалось почти невероятным. Никогда никто не дарил мне ничего просто так.

Я подошла к коробкам и медленно открыла одну из них. Внутри лежало роскошное платье из сапфирового бархата, расшитое золотыми нитями и жемчугом. Я ахнула.

– Это… потрясающе, – прошептала я, пальцами осторожно касаясь мягкой ткани.

Агата и Сальма, переглянувшись, улыбались.

В другой коробке были украшения: серебряные браслеты, серьги и ожерелье с синим камнем, таким же глубоким, как глаза Эдмунда.

Я не могла сдержать улыбку. Эти подарки были чем-то большим, чем просто вещи. Они говорили о его внимании, заботе и, возможно, любви.

В моей голове пронеслось: “Никто и никогда не делал для меня ничего подобного. Я должна как-то отблагодарить его. Но как?”

Я медленно села на край постели, держа в руках ожерелье. “Он дал мне так много, – подумала я, – а я… что могу дать ему взамен?”

— Скажите мне, Агата, Сальма, что обычно девушки дарят мужчинам в знак благодарности? — осторожно спросила я, избегая смотреть на них прямо, чувствуя, как щеки начинают алеть.

Сальма, всегда готовая к шуткам, сразу же улыбнулась.

— О, миледи, это зависит от того, какого рода благодарность вы хотите выразить, — произнесла она, подмигнув Агате.