Чтение онлайн

И Максим набрал номер Кожевникова.

В гостиницу вернулся ближе к вечеру. После разговора с Игорем Александровичем старался снова ни о чём не думать, чтобы не допустить сомнений — если бы не Кристина с Лерой, просто набил бы ему морду и навсегда выбросил из памяти, мало ли их по жизни было и ещё будет, предателей, маскирующихся под друзей. Но перед глазами стояли испуганные бледные лица, которые становились ему всё дороже.

Кристина открыла дверь практически сразу, как он постучал. Хотел было упрекнуть, что не спросила, кто, ведь договаривались, но не стал, увидел её улыбку. И тут же Лерину, которая вслед за матерью выглянула в коридор.

И почти родное:

— Ты долго…

После ужина они остались в гостиной. Лера забралась на диван с ногами, не выпуская из рук телефон Костика — Кристина рассказала, что того еле отговорили сегодня, пока Максима не было. Костик рвался в Новгород. Попросили подождать до вечера, им надо было поговорить, принять какое-то решение, узнать о планах Максима. Ангелина тоже звонила, тело Самойлова находилось в морге, но его пока не отдавали, она уточняла. Вопрос похорон откладывался. Узнав об этом, Кристина вздохнула с облегчением — заниматься этим ей совсем не хотелось.

Сейчас она неуверенно смотрела на Максима:

— Максим, я понимаю, мы тебе уже надоели со своими проблемами, но…

Он перебил:

— Так, вот только ерунду не говорите и не думайте, договорились? Я фаталист в некотором роде, если это случилось, значит, это должно было случиться. Ни секунды ни о чём не жалел.

Он перевёл взгляд на Леру:

— Кроме одного. Лера, ты оказалась права, Дмитрий Сергеевич действительно обманул, у него это получилось, пусть даже ненарочно. Надо было мне подстраховаться, и сделать копии с той флешки, сейчас это очень помогло бы следствию.

И замолчал, увидев Лерин одновременно напряжённый и торжествующий взгляд. Догадался:

— Что? Вы с Костиком дальновиднее меня?

Ни слова не говоря, Лера вскочила с дивана и пошла к выходу из номера.

— Лера!

Кристина растерянно повернулась к Максиму. Он поднялся и протянул Кристине руку:

— Пошли-ка.

На крыльце гостиницы все остановились, и Лера, наконец-то, соизволила заговорить:

— Где ты оставил машину?

Ничего не понимая, Максим показал рукой, где, и им с Кристиной опять пришлось догонять Леру. Подойдя к «вранглеру», она включила экран телефона, потыкала по нему и навела на пассажирскую дверцу. Раздался характерный щелчок. Лера снисходительно протянула телефон Максиму.

Сначала Максим замер, не веря своим глазам. Потом сел на корточки, прикрыл лицо свободной рукой и рассмеялся. Кристина стояла рядом, смотрела на дочь и улыбалась. Максим поднял голову, посмотрел на Кристину, и теперь они смеялись вместе!

Отсмеявшись, Максим уставился в экран — загрузка, и вот оно, окно браузера, ползущие один за другим файлы! И хитрый Лерин голосок:

— Я же тебе говорила, граффити — это искусство. С двойной облачной защитой.

Помолчала. Потом нежно улыбнулась:

— Костик придумал, это куар-код, там внутри всё то же самое, что было на флешке.

Максим медленно поднялся, секунду подумал и притянул к себе Лерину голову:

— Да вы с Костиком кибергении!

Лера хмыкнула и улыбнулась ещё шире.

Максим посмотрел на дверцу — этот узор показался ему сейчас самым красивым в мире. Хорошо, что не успел его закрасить!

Уже полчаса Игорь Александрович расслабленно сидел в удобном кресле, радуясь малейшей возможности отдохнуть. Иногда бросал ленивые взгляды на Владислава, кабинет которого напоминал центр управления полётами. Четыре монитора, мерцающие разными оттенками синего, выстроились полукругом на широком столе. Бегущие строки, какие-то карты сетевых соединений, чаты с зашифрованными сообщениями. В воздухе висел низкий гул вентиляторов и едва уловимый запах кофе, остывшего в кружке с надписью: «Я не хакер, я волшебник».

Игорь Александрович хмыкнул. Вспомнил — его кофе тоже остыл, надо бы новый заварить.

— Я за кофе, тебе двойной?

Молчаливый кивок.

Когда вернулся через пять минут, не выдержал:

— Ну что, техномаг, вскрыл бункер?

— Бункер вскрыт, дамп слит, — Владислав так и не оторвался от монитора, — они даже логов не найдут…

Он торжествующе щёлкнул несколько раз по клавишам и с улыбкой посмотрел на Игоря Александровича:

— Вот он, теневой мост, добро пожаловать в бухгалтерию преступного интернационала!

Игорь Александрович обошёл стол, напряжённо уставился в мониторы, перебегая глазами с одного на другой.

— Чёрт, как ты не путаешься в этом хаосе?

— Это не хаос, это просто другой порядок. Где мой кофе?

— Держи.

Некоторое время оба смотрели в мониторы, осторожно отхлёбывая горячий напиток. Наконец Игорь Александрович сдался:

— Ладно, я так понимаю — бинго?

Владислав усмехнулся:

— Бинго. А кстати, откуда дровишки?

Игорь Александрович выпрямился и загадочно подмигнул Владиславу:

— Из лесу, вестимо. Хорошую дочь отец воспитал. Пусть не совсем идейную, но с правильными порывами.

И тут же стал серьёзным. Поставил чашку на стол, достал телефон. Владислав поинтересовался:

— Ну что, в Москву отправляем?

— Отправляем, и немедленно. Он уже убивать начал.

Тени в кабинете сегодня казались длиннее. Геннадий Борисович щёлкнул замком хьюмидора, достал кубинскую сигару, но не зажёг — оставил в пальцах, ощущая шелковистую обёртку. На столе — папка с документами, которые завтра должны уйти в Минздрав. Там всё чисто. Почти.

«Почти» — это слово сейчас скребётся где-то под ложечкой, настойчивое, как звонок с незнакомого номера.

Широков откинулся в кресле, посмотрел в потолок. Где прокол? Контракты расписаны идеально, за это он отвечает, подрядчики — немы, как рыбы, откаты — только криптой, через три обменника. Да и кто вообще будет копать? Там же свои люди, свои договорённости.

Но сегодня вечером помощница, верная Мария Игнатьевна, что-то слишком быстро вышла из кабинета, не встретившись с ним взглядом. А в коридоре замминистра вдруг заговорил с ним «о новых требованиях к аудиту» — слишком небрежно, слишком мимоходом.

«Неужели…?»

Геннадий Борисович резко встал, подошёл к окну. Москва внизу — блестящая, холодная, его Москва. Постучал по стеклу кольцом «Картье». Вот там, за поворотом, его ждёт «Бентли» с затемнёнными стёклами. В квартире, в сейфе за картиной Шилова, лежат три загранпаспорта. В банке, в Женеве, на счету уже достаточно, чтобы лет двадцать не думать о деньгах.

Но сдаваться?! Нет, это не про него!

Он привык выигрывать. ВУЗ — по блату, должность — по знакомству, тендеры — через взятки. Весь мир давно поделён на лохов и тех, кто этих лохов доит. А он не лох. Он всегда на два шага впереди.