Чтение онлайн

Последнюю фразу Риль не особенно поняла, её сознание плавало в чёрной желеобразной массе, странно похожей на чагадру.

— Дверь! — рявкнуло за её спиной.

Риль послушно представила дверь. Почему то в памяти нарисовалась дверь её комнаты — светлый беж, витая ручка в виде жёлтой бабочки. И вот, пожалуйста — родная дверь висит в воздухе перед ней. Даже жёлтая бабочка потёрта с одной стороны. А за дверью точно что-то есть. Что-то, что яростно желает вырваться на свободу — поверхность аж прогибается под мощными ударами. Помнится, драконица назвала это паром. Если это и пар, то очень насыщенный.

Риль осторожно потянула за ручку. Хорошо, что она подставила ногу под нижний край двери. Если бы не это, ей бы не удержаться. Из щели вырвались первые, пока ещё тоненькие, струи пламени. Н-да, а пар оказался с сюрпризом. Риль отшагнула чуть в сторону и навалилась плечом на дверь. Та неожиданно оказалась ледяной. Зато сбоку уже ощутимо припекало.

Напор за дверью усилился. Но девушка не сдавалась. Медленно, сантиметр за сантиметром, её сдвигали в сторону. Щель становилась всё шире, а жар нестерпимее. Теперь одна половина тела Риль заледенела от обжигающе-холодной поверхности двери, зато вторая — уже почти поджарилась от языков пламени, вырывающихся из-за неё.

Но огню надоело вести себя тихо, и он решил резко отвоевать себе свободу. За дверью неожиданно затихло, и напор ослаб. Риль напряглась, готовясь к неприятностям. Бумс! Мощный удар потряс дверь, отвоёвывая себе сразу десять сантиметров свободы. И снова всё стихло. Девушка уперлась обеими ногами в то, что с натяжкой можно было бы назвать полом, а спиной прижалась к двери. Там точно поселился огнедышащий дракон, и сейчас он копил силы для очередного мощного рывка.

— Ну, ещё чуть-чуть. Потерпи. Соберись. Надо держаться, — уговаривала себя Риль.

Удар больно отдается в спину. Но Риль устояла, не давая двери распахнуться. Ещё удар, ноги предательски скользят по полу. Она теряет равновесие, падает, а за спиной радостно ревет пламя, вырываясь огненной лавой из распахнутой двери. Риль обессилев, сидит на полу, прислонившись спиной к двери. Та, уже не такая холодная, как раньше, с каждой секундой становится теплее.

— Закрой дверь, — эхом прокатывается вокруг.

На девушку наваливается отупение. Нестерпимо болят ожоги, а вторая половина тела просто заледенела и превратилась в ледяную статую. Какая дверь, зачем закрыть? Ей сейчас так плохо. Закрыть глаза, и все.

— Асхарать, ты дверь закроешь, или нет!

— Настойчивый какой, — с неудовольствием подумала Риль, — да, иду уже, закрываю.

Она, застонав, поднялась на ноги. Каждое движение пронизывало тело сотнями иголочек боли. Пламя из-за двери вырывалось уже тоненькими язычками. Девушка толкнула дверь рукой, и та со стуком захлопнулась.

Схлопнулось и окружающее пространство, поглотив сознание Риль и отпустив его во мрак забвения.

Сознание медленно возвращалось к своей хозяйке. Знакомый вкус крови во рту, и лежит она явно на кровати. Как бы подобное пробуждение не вошло у неё в привычку, а то так братца до малокровия довести можно.

А затем звонкая радость наполнила каждую клеточку её тела — она жива! Ура, ей удалось выжить.

— Открывай глаза, сестренка, я же чувствую, что ты уже пришла в себя!

И чьи-то пальцы крепко сжали её ладонь. А вот и он, легок на помине. Риль приоткрыла глаза. Над ней склонились два встревоженных лица, за ними маячило третье. Все братцы в сборе. А вот где их лунму, где эта только с виду почетная мать семейства, а на самом деле азартная экспериментаторша?! Риль очень хотелось задать ей парочку вопросов, а главное выяснить, почему её сыновья пребывают здесь, около её кровати, а не мирно ужинают в доме. Вывод очевиден: что-то пошло не так, и они привлекли ненужное внимание. Судя по хмурому виду братьев, те явно недовольны, что их долго водили за нос. Риль тяжко вздохнула, чувствовать себя виноватой не хотелось. Но разборки с обиженными можно и отложить, не это сейчас главное.

Риль аккуратно потянулась к источнику, и в испуге широко распахнула глаза. Её окружала глухая стена! Не было ставшего уже привычным ощущения скрытых за защитой потоков силы, пропало чувство растущего где-то в глубине теплого комка источника. Исчезло всё! Волна отчаянья начала зарождаться в глубине её сердца.

— Ты должна была нам рассказать, — с мягким укором проговорил Кэстирон, — многого удалось бы избежать.

Риль упрямо поджала губы: — Нет, вы вернули бы меня обратно. А война не нужна ни вам, ни нам.

— Мы бы что-нибудь придумали, — глухо отозвался Фэстигран, — но отправлять в первый полёт ещё неокрылившегося птенца никто бы не стал.

— Да? — с вызовом приподнялась на кровати Риль, — поздно, я уже маг!

— Неужели? — в деланном изумлении приподнял брови целитель. На глазах девушки внезапно заблестели слезы отчаянья, прорывая маску равнодушия.

— Перестаньте её пугать, — вступился за неё Ластирран, — не переживай, сестрёнка, ты маг, самый настоящий маг и очень сильный, — он ласково улыбнулся Риль, — У тебя всё получилось, но если бы ты была драконом, я бы тебе сейчас все крылья пообрывал за такую выходку. Ещё бы чуть-чуть и вместо живой сестренки, я бы держал за руку твой хладный труп. Мы едва успели спасти вас двоих из-под обломков. Мама отдала все силы, пытаясь тебя сдержать. А когда поняла, что не может вытащить из транса, позвала нас. Она не ожидала, что ты окажешься столь упряма и сильна. Хорошо, что я смог до тебя дозваться, а главное, вовремя: твой источник был почти полностью исчерпан.

— Но почему тогда… — Риль замолчала, но драконы поняли её без слов.

— Я заблокировал тебя на время, чтобы дать твоему организму прийти в себя после инициации. Извини, но это было необходимо, — Кэстирон сочувственно улыбнулся, — если ты сейчас с неокрепшим источником влезешь куда-нибудь ещё, то… — он многозначительно замолчал.

— Нас ведь может и не оказаться рядом, — справедливо заметил её постоянный донор.

— А как там Арагрэлла? — встревожено спросила Риль. Ей было стыдно за свои недавние мысли о драконице.

— С ней все в порядке. Руководит восстановлением своего кабинета.

— Ой, — щеки девушки стали пунцовыми, — я там всё окончательно разнесла?

— Ерунда, — отмахнулся Фэстигран, — не в первый раз. Стены крепкие, а крышу поменять легко. Ну а обстановку наша мама обновить всегда готова. Ремонт — её любимое занятие. Всё, отдыхай. Считай, что ты три дня под домашним арестом.

— А я, как целитель, прописываю тебе строжайший постельный режим, а то блок не сниму, — пригрозил Кэстирон, вставая с её постели. Под строгим взглядом Фэстиграна братья покинули комнату. Ластирран уходил с явной неохотой и во взгляде, который он кинул на девушку, было столько всего: и пережитый страх, и облегчение от того, что она жива, и толика вины, и что-то ещё плещущееся в глубине огненных языков пламени.

— Блок он не снимет, — ворчала Риль после двух часов валяния в кровати. В преддверии вот таких же однообразно скучных трёх дней, эта угроза уже не казалась такой страшной. И она, между прочим, теперь полноценный маг, ну, почти. Вот вскроет его блок и всё!

Увы, мечты… Риль прекрасно осознавала, что как маг она сейчас слабее ребенка, а вскрыть блок, поставленный целителем, да ещё и драконом, не сможет и через пятьдесят лет, когда её мастерство войдет в полную силу. Хотя, кто знает… Драконом она, конечно, не станет, но какое воздействие драконья кровь окажет на развитие её магического источника, не может сказать никто.