Чтение онлайн

— Тогда оставляю тебя отдыхать. Помни, из комнаты ни ногой, иначе блок не сниму, — пригрозил дракон. Он вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

— Тоже мне, заботливая нянюшка… Сначала усыпляет, потом гадостью кормит.

Нет, такая забота ей точно не нужна. Одна надежда, что завтра её покормят чем-нибудь более съедобным. Риль опять легла на кровать. Скучать без дела было для неё настоящей пыткой. «Может, позвать чешуйчатого усыпителя?» — мелькнула мысль, но тут же была изгнана с позором.

Обстановку в комнате Риль изучила уже досконально. Два больших окна наполняли спальню солнечным светом. Из них открывался потрясающий вид на темно-синие океанские просторы. Белые барашки волн то тут, то там, разбавляли синеву воды. Вдалеке на горизонте распушились сизо-белые облака. В них готовилось упасть солнце на закате дня. Судя по расположению светила на небе, сейчас чуть больше полудня.

Комната была обставлена со вкусом: просторная кровать, уютные мягкие кресла у окна, пузатый коричневый комод, огромный белокаменный камин с двумя застывшими статуями диковинных зверей на верхней полке. Было по-домашнему уютно. Как жаль, что нет книг. А те, что есть, ей не прочитать. Увы. Дар понимания чужой речи не распространялся на письмо и чтение. В мирах, где дела требовали частого присутствия, даже опытные маги учились читать и писать, словно школьники. В противном случае, подобная необразованность могла принести огромные неприятности, и в первую очередь, недоверие торговых партнеров.

Когда комната окрасилась в розовые тона заката, зашел Ластирран. В руках он держал огромную книгу, а карманы его пиджака подозрительно оттопыривались.

— Добрый вечер, сестрёнка, как самочувствие? — улыбнулся он ей.

Риль ответила радостной улыбкой. После нескольких часов томительного одиночества и не менее утомительного безделья, она была бы рада видеть даже того мерзкого короля, что умыкнул её в застенки. А тут целый дракон пожаловал, радость-то какая!

— Хорошо, спасибо, только очень скучно взаперти сидеть, — пожаловалась она.

— Понимаю, — хмыкнул дракон, — держи, — он протянул ей толстый, явно старинный, фолиант, красиво украшенный камнями и потемневшими от времени полосками серебра.

— Это древние хроники, хотя легенд тут тоже хватает. В детстве я любил их читать, как страшные сказки на ночь. Здесь на каждой странице есть иллюстрации. В те времена было принято изображать то, что записывали, для полной достоверности. Тебе должно понравиться.

Риль с благоговением приняла тяжелую книгу. К подобным вещам она всегда испытывала чувство огромного почтения.

— Ты расскажешь мне свою самую любимую сказку?

— Конечно, — кивнул Ластирран, воровато оглянулся на дверь, и почему-то шёпотом добавил, — извини, не сейчас. И вот ещё, — он достал из карманов парочку крупных, просвечивающих янтарем круглых плода. Риль сглотнула слюну. Вид у неизвестных фруктов был таким аппетитным, а запах!..

— Держи, арестантка. Я же знаю, что брат тебя только заширом кормит.

Риль кивнула — рот был уже занят заглатыванием и пережёвыванием восхитительно сладкой мякоти.

— Всё, держись. Послезавтра тебя выпустят, — Ластирран наклонился, чмокнул её в щеку, и стремительно вышел за дверь. И это хорошо, что он не оглянулся и не увидел, как девушка краснеет.

С передачкой было покончено почти мгновенно. Риль с огорчением облизала испачканные соком пальцы. Съела и даже не задалась вопросом, как её желудок отреагирует на незнакомый фрукт. Одна надежда, что влитая в неё драконья кровь адаптирует её организм к местной еде.

К вечеру, напряженно оглядываясь за спину, к ней зашла Арагрэлла.

— Я на минутку, — тут же объявила драконица, присаживаясь на краешек кровати. Выглядела она, как всегда, великолепно, но глаза смотрели устало и утомленно, — рада, что тебе уже лучше. Но лично я не одобряю такой строгий запрет Кэсти на твою свободу. Он не только тебя никуда не выпускает, но и остальным запретил к тебе приближаться. Хотя, кто-то уже нарушил его запрет, — и драконица, лукаво улыбаясь, кивнула на книгу, лежащую на коленях у девушки. Та почувствовала, что невольно краснеет.

— Да, у вас очень любопытные легенды и такие живые иллюстрации. Даже не зная вашего языка, мне все понятно и без слов.

— Это Ласти, наверно, постарался, — проницательно предположила Арагрэлла, — не буду тебя отвлекать. Вот, держи, — и она протянула девушке свёрток, — хоть Кэсти и ворчать будет, но я-то знаю, как нам, женщинам, иногда нужно сладкое.

— Спасибо, — Риль благодарно кивнула драконице. В свёртке лежали два истекающих сладким соком пирожка. Пряный аромат заставил желудок, уже отвыкший от деликатесов, забурлить в предвкушении.

— Арагрэлла, — вопрос девушки застал драконицу уже на пороге, — я давно хотела спросить. Почему Ластирран командует звеном, он ведь младший?

— Всё просто, — повернулась та к Риль, — если птенец рождается один, он всегда будет сильнее тех, кто родился вдвоём или втроём. И есть кое-что ещё, дающее ему право на первенство. Его отец — глава Совета. Всё, я должна идти. Право целителя дает Кэсти неограниченные возможности указывать даже главе Совета, не говоря уже о собственной матери.

Пирожки Риль отложила на потом. Фрукты оказались сытными, и есть пока не хотелось. Девушка загадала, кто окажется следующим визитёром бедной, посаженной на один захир, больной, и оказалась права. Гранта заглянула в комнату.

— О! Не скучаешь?

Риль тяжко вздохнула. Книгу она успела уже просмотреть целиком и сейчас шла по второму кругу. Может, заняться драконьим? И полезно, и время пролетит незаметней.

Младшая Гнезда вихрем ворвалась в комнату, мельком глянула на книгу, уважительно присвистнула — редкость и весьма ценная, оставила на столе ещё горячую сырную лепешку и унеслась обратно. По пути бросив, что заглянет завтра, а пока торопится вернуться за стол, с которого и стащила сей восхитительный деликатес.

Риль улыбнулась — семейный заговор против сурового целителя налицо. Интересно, примет ли в нем участие старшенький?

Тот не заставил себя долго ждать, но, как самый старший, разумно скрыл собственное участие в нарушении режима питания Риль. В стекло окна негромко постучали. Риль вскочила с кровати и бросилась к окну, по пути любуясь уходящим за море солнцем. Оно уже скрылось в облачном одеяле, и лишь розовато-красные лучи прощались с уходящим днем. За окном, нетерпеливо перетаптываясь лапами на узком подоконнике, стояла птица. Крупная, с загнутым желтым клювом и чёрно-коричневым оперением, она явно относилась к отряду хищников. Хищник, кося на девушку жёлтым глазом, держал в клюве маленькую плетеную корзинку, закрытую крышкой. Вид гордой птицы выражал полное недовольство презренной ролью разносчика еды.