«Любовь» и другие одноактные пьесы
Шрифт:
Б о к с е р. Какая у тебя сила? Сядь. (Встает, достает с горки из-за кубков боксерскую грушу. Встает на стул, подвешивает ее к потолку, потом, спрыгнув со стула, прикрепляет вторую растяжку на полу.)
С е д о й (медленно садится). Ты что?
Б о к с е р. Руки. Мну. Не обращай внимания. (Делает короткую энергичную серию ударов без перчаток. Груша неистово колотится о стену на растяжках. Садится.)
С е д о й. Ты знаешь, зачем я к тебе пришел?
Б о к с е р. Потом. Выпьем. За Первомай.
С е д о й. Что ж, потом так потом. Ну, за Первомай!
Мужчины выпили и снова примолкли.
Б о к с е р. А чего ты пришел?
С е д о й. Погоди. У меня тоже… Руки. (Подходит к груше, неловко ударяет, груша опасно отскакивает; морщится и трет руку. Возвращается за стол.)
Б о к с е р. Ты всегда приходил. Раньше — позже. Ты до самой моей смерти будешь приходить. Посмотреть, как я лягу. На пол. Помочь. Ну, ходи, ходи.
С е д о й. Врешь! Это ты все время появляешься на моей дороге! Я уж думал — тебя нет! Если честно: думал, что ты… если не на полу, то уж на полусогнутых точно. В скверике. С такими же обломками. Кто еще помнит тебя? Ты хоть понимаешь, что для всего остального человечества ты умер?!
Б о к с е р. Ты видел? (Кивает на шапочку, оставленную Девушкой.) Я живой. Для «человечества». (Усмехается.) Да и для тебя. Убедился?
С е д о й. Посмотрим! Уж сегодня тебе придется побывать на полу! (Наливает себе квас.) Будь… здоров!
Б о к с е р (рассмеялся). Хорошо сказано: будь здоров, мертвец!
С е д о й. Да живи хоть до ста! Здесь! В этой каморке! Один! Или с такими же, давно сгинувшими людьми! Но не покушайся на живых! Тебе больше не выиграть ни одного поединка! А эта девчонка? Пусть она сегодня увидит, что тебя нет!
Б о к с е р. Слабак. (Встает, подходит, резко ударяет по груше. Останавливает ее. Достает боксерские перчатки. Смотрит на них, кладет на стол и садится.)
С е д о й. Спрячь обратно. Ты уже не боксер. Забудь.
Б о к с е р. Я боксер. И всегда был им. А кем был ты? Кто ты?
С е д о й. Я тот, к кому ты пришел, когда тебя никто не знал. Да! Ты, ты ко мне пришел! И я тебя создал!
Б о к с е р. Чушь. Я пришел не к тебе. Я пришел в общество. Там были люди. Большие люди и большие спортсмены. Но вцепился в меня ты.
С е д о й. Что ж, давай вспомним, как было! Вспомним молодость!
Б о к с е р. Не могу тебя представить молодым. Ты всегда был старым. Ты и поседел лет в двадцать пять.
С е д о й. Верно. Пигментация. Это у нас в роду. Волос крепкий, но бесцветный. А ты всегда брился наголо. Смолоду. Ты не был седым никогда.
Б о к с е р. Тут ты прав. Никогда.
С е д о й. И тоже было Первое мая. Ты пришел на праздник, когда я отбирал боксеров для показательных боев в Парке культуры и отдыха имени Горького. Было рано. Был тридцать девятый год.
Комната тренера в спорт обществе. По стенам, в шкафу и на полках кубки и вымпелы. Стол, кресло, пара стульев, диван. В сценах воспоминаний Б о к с е р и С е д о й выглядят так же, как сегодня, меняются костюмы и лишь немного — грим. На Седом — белые брюки, пиджак, увешанный значками, тенниска, ворот которой выпущен поверх пиджака. На Боксере тоже белые брюки и белая рубашка. В руках фибровый чемоданчик.
С е д о й. Тебе кого, товарищ?
Б о к с е р. Начальника.
С е д о й. Старшего тренера нет. Будет после праздника.
Б о к с е р. Тогда я пошел.
С е д о й. Постой, товарищ! Какое дело? Может, я помогу?
Б о к с е р. Ты? Вряд ли. (Собирается уйти.)
С е д о й. Ты скажи свое дело. Там посмотрим.
Б о к с е р. Ваше общество афиши развесило?
С е д о й. Наше.
Б о к с е р. «Показательные выступления сильнейших боксеров».
С е д о й. Все правильно.
Б о к с е р. Не все. Моей фамилии нет в афише.
С е д о й. Ты состоишь в обществе?
Б о к с е р. Состою.
С е д о й. Значкист? Разрядник?
Б о к с е р. Разрядник.
С е д о й. Полутяж?
Б о к с е р. Могу и в тяжелом.
С е д о й. Ты знаешь, что все боксеры в афише — мастера спорта?
Б о к с е р. Дело наживное.
С е д о й. Хочешь, чтобы тебя публично поколотили? Ради праздника?
Б о к с е р. Кто кого поколотит — ринг покажет.
С е д о й (встает, подходит к Боксеру, ощупывает бицепсы, стучит кулаком в грудь). Так, так, так… (Кричит.) Земляникин!
Входит М о л о д о й б о к с е р.
М о л о д о й. Я!
С е д о й. Вот тебе партнера бог послал. Вместо Кулыгина. Кулыгина мы сегодня накажем, он сегодня выступать не будет. За нарушение дисциплины. (Боксеру.) Ты из каких мест?
Б о к с е р. Из сельской местности.
С е д о й. Вот поработаешь с представителем села. Перворазрядником.
М о л о д о й. У меня первенство республики! Мне нужен серьезный противник! А вы мне колхозника подставляете!
С е д о й. А это уж не тебе решать. Или отстранить и тебя от выступления?
М о л о д о й. Что ж, воля ваша. Как выигрывать? Нокаутом?
С е д о й. Проведешь три показательных раунда. Ваша цель — продемонстрировать красивый бокс. На всенародном первомайском гулянии. (Боксеру.) Согласен?
Б о к с е р. Затем пришел.
С е д о й. Вот и договорились. Форма есть?
Б о к с е р. Все как положено.
С е д о й. Отдыхайте. (Встает и выходит, включив радиоточку.)
Звучит марш из кинофильма «Встречный» — «Нас утро встречает прохладой…».
Б о к с е р. Ты, товарищ, чем занимаешься?
М о л о д о й. А ты как думаешь, село?
Б о к с е р. На рабочего ты не похож.
М о л о д о й. Еще бы. Я — боксер. Понял?