Чтение онлайн

Невольно я сжал руку в кулак, желая уничтожить неизвестную мне женщину. Такой ярости я даже к матери не испытывал.

– Паша, конечно, быстро закрыл вопрос и виновную уволил по статье, но, сам понимаешь, осадочек остался.

Да, я понимал. Понимал, что другой мужчина решал проблемы моей женщины, когда я на другом конце мира не решался просто набрать ее номер. Придурок!

– Поэтому та бумажка так на нее подействовала, – закончила Лера и подняла на меня полные печали глаза. – Она испугалась за сына, а дальше просто поддалась рефлексам, выработанным всеми этими ситуациями.

Я не держал на Анну обиды за ее слова и ее поведение. И мне не важно, чем именно была вызвана та реакция: паникой, настроением, да хоть Венерой в Марсе! Как мать, она имела полное право злиться и не позволять мне объясниться.

– Она не истеричка, Диего, – внезапно произнесла Валерия. – У нее нет проблем с головой, она…

– Лера! – я остановил ее, не собираясь слушать этот бред. Я не считал Ану больной, сумасшедшей или опасной для своего ребенка, поэтому объяснения ее сестры мне не были нужны. – У меня проблемы с головой, если уж на то пошло. Так что скорее Анну нужно уговаривать быть с тем, кто не помнит тридцать с лишним лет своей жизни, чем меня. Мне все равно. Я ее люблю.

Девушка напротив улыбнулась – немного робко, немного грустно. С налетом непонятной мне ностальгии.

– Вот теперь я тебя узнаю, Диего Солер. Раньше ты признавался в своей любви так же категорично.

Я снова ощутил это: глухой толчок, идущий откуда-то изнутри. Не воспоминание, не возникшая перед глазами сцена. Ощущение, что это уже было. И голос – ее, Леры, голос в моей голове, насмешливо сообщающий: «Да, красавчик, если ты и дальше будешь так категорично признаваться в любви моей сестре, возможно, я тоже тебя полюблю».

Я не спросил, было так или нет. Просто принял как возможное и уточнил:

– Я хочу встретиться с Аной и Алексом.

Все благодушное настроение мигом испарилось.

– Это вряд ли, – Лера сочувственно покачала головой. – Там Пашка с адвокатом развили целую военную компанию против тебя.

– Я в курсе. Мне хотят запретить подходить к жене и сыну ближе, чем на пятьсот метров.

– Вот-вот, – подхватила моя сообщница. – Поэтому я предлагаю тебе подождать, когда мой муж уедет. Иначе это все выльется в еще больший конфликт, а Аньчику и так уже досталось. Не хочу заставлять ее переживать лишний раз.

Умом я понимал, что в словах Леры есть правда, но ожидание – худшая из пыток.

– Всего пару дней, – поймав огонек нетерпения в моих глазах, добавила девушка. – Анька как раз успокоится, а ты – соскучишься достаточно, чтобы больше никогда ее не отпускать от себя.

Я не смог. Меня хватило всего на одну ночь, и, хоть теперь Лера отвечала мне куда как чаще, прячась от своего мужа, я все равно слишком остро ощущал нехватку жены и сына в своей жизни.

Сидеть без дела было невыносимо, и поэтому я надоедал Валерии. Настолько, что однажды она не выдержала и тихо сорвалась на меня:

– Наберись терпения! Зачем я вообще с тобой связалась? Сказала же, все будет, как только Паша уедет.

– В отличие от тебя, я не боюсь твоего мужа, – рявкнул я в трубку.

– И зря! – так же зло, как и я, но куда тише ответила собеседница. – Он – Анин друг в той же степени, что и я. Надо будет – в миг настроит ее против тебя. Ты этого хочешь? Нет? Вот и жди тогда!

Она бросила трубку, а я – письменную ручку на стол. Хруст пластмассы был жалким эхом моего бессилия. Нашелся же друг! Надо было его перетаскивать на свою сторону, а не Леру.

Мысль показалась мне дельной, и, раздобыв номер Миронова, я рискнул позвонить ему. Но разговора не сложилось.

– Все общение с Аней, Лерой или Александром – только через адвоката, контакты которого у вас есть. Всего доброго, сеньор Солер.

Я снова злился, ломая на этот раз карандаш. Такими темпами я мог и вовсе без канцелярии остаться, поэтому постарался взять себя в руки и подумать в другом направлении.

Я не мог достучаться до Ани через ее друзей. Не смог и через своих – Хави был первым, кого я попросил связаться с моей женой, но, как и мой, номер брата оказался в черном списке. Сара посочувствовала, но сразу предупредила, что ничем помочь не сможет – она и до этого не слишком близко общалась с моей женой.

Проскальзывала мысль заставить мать пойти извиняться перед Анной, но, сбрасывая очередной настойчивый звонок женщины, которую я больше не считал своим близким человеком, я подумал о том, что мать была и у Аны.

Я не знал, какие у меня раньше были отношения с родителями жены. Лера на прямой вопрос ответила «да обычные», но это ничего не проясняло.

И тогда я решил выяснить это сам.

Диего Солер

О том, что нужно было предупредить о своем прилете, я задумался только тогда, когда стоял перед дверью нужной мне квартиры. Поздним вечером. Для отхода ко сну было еще рано, но я не знал привычек чужих людей. И не додумался проверить, горят ли окна, когда шел к подъезду.

Вариантов у меня не было, и я рискнул. Услышал трель звонка, но только когда щелкнул замок понял, что не дышал.

Дверь распахнул отец Анны. Я сразу заметил, что дочь пошла в него – те же глаза, тот же овал лица, форма носа. Только ростом Литовцев был гораздо выше моей жены.

Он замер в дверном проеме, как скала. Его взгляд, тяжелый и пронзительный, вымеривал меня с ног до головы.

– Неожиданно, – прозвучало наконец, и в этом одном слове поместилось все: и удивление, и настороженность, и немой вопрос, тут же озвученный: – Чем обязаны?

– Здравствуйте, Леонид Васильевич. Я бы хотел поговорить о вашей дочери. И внуке.

Пожилой мужчина, которого стариком назвать язык не поворачивался – слишком в хорошей физической форме тот был, никак не отреагировал на мои слова. Продолжал стоять и смотреть своим тяжелым, отеческим взглядом.

– Лёня, кто там? – раздалось из глубины квартиры, и спустя пару секунд в коридоре появилась Анина мать. – О господи!

Тарелка, которую до этого момента Вероника Игоревна протирала полотенцем, с грохотом упала на пол и разлетелась на крупные осколки.

Почему-то я почувствовал себя виноватым: ворвался без предупреждения, напугал, судя по реакции тещи, вынудил посуду бить.

– Простите, что не позвонил, – попытался сгладить ситуацию, но вряд ли это помогло.

– Диего? – женщина, едва достающая мужу макушкой до подбородка, переступила через осколки и подошла ближе. – Что ты здесь делаешь? Что-то случилось? С Аней и Сашей?