Чтение онлайн

– Отвернись на минутку, - сказала Сивилла, когда Стась оказался в полумраке её комнаты.

– Всё. Поворачивайся.
– Услышал Стась и почувствовал, как её тонкие руки обвивают его шею, а пылкие губы ищут его губы.

Стась лежал и смотрел в потолок. На его правом плече покоилась очаровательная головка Сивиллы, которая прижималась к нему всем телом. Она в упор смотрела на Стаса своими большими тёмными глазами, нежными и довольными.

– О чём ты думаешь?
– Спросила девушка.

– Не о чём. Я сейчас вообще не думаю. Разве, находясь рядом с тобой, мужчина способен ещё и думать?

Сивилла посмотрела на него долгим пронизывающим вопросительным взглядом.

– Что ты хочешь сказать?
– Услышал Стась обиженный тихий голос.
– У меня кроме тебя не было мужчин. Можно сказать, не было.

Стась благоразумно молчал какое-то время.

– Бей? Которого османы убили?

– Да, Бей.
– Девушка откинулась и устремила гневный взгляд в потолок. Её благородное лицо побледнело.

– Ну что ты. Это же его гарем.

Последовало продолжительное молчание. Затем - еле слышный голос Сивиллы:

– Когда я попала в гарем, я конечно была готова к этому. Но старалась всё сделать, чтобы Бей меня не заметил. Я плохо одевалась. Растрёпанный волос, неуклюжая походка. Но главное - глупое выражение лица. И поначалу у меня всё получалось. Бей долгое время не обращал на меня внимания.
– Сивилла замолчала, потом вздохнула и продолжила.
– Есть правило в богатых гаремах - если девушка не нравится хозяину, её через несколько лет отправляют на Родину. Бывает, даже обеспечивают жильём. Я надеялась, что и меня ждёт эта судьба. Обмануть Бея можно, но обмануть его мать, первую даму, оказалось невозможным. Она всё поняла и перевела меня в тезде - замеченные девицы, вздыхающие. Потом - хамам - массаж, купание. Довела моё тело до совершенства и представила Бею. Напрасно я изображала из себя дурочку. Он смотрел на меня, как хищник на свою добычу.
– Последние слова она сказала нервно, стараясь скрыть дрожь в голосе.
– Но, видимо, моя холодность не понравилась ему, и он больше меня не трогал.

Стась, изумлённый таким откровением, прижался к телу Сивиллы, пытаясь как-то её успокоить и снова почувствовал её горячее дыхание на своей шее.

– Говорят, Бей или Султан бывает очень груб со своими наложницами в гареме. Как ведут себя девушки пр этом, как они терпят?

– Бывает просто груб, а бывает груб, как скотина. Кто-то представляет себе красивого юношу, доброго и ласкового, а кто-то просто чётки перебирает или считает доски на потолке. Но при этом надо постоянно улыбаться и бросать любовный взгляд на хозяина. Иначе, откровение может слишком дорого стоить для наложницы. Правда, есть дурочки, которым кажется, что они действительно любят своего хозяина. Как собачки. Он же их кормит.

– Что-то мы сегодня много говорим. В прошлую ночь у нас времени на разговоры не хватало. Весело сказала Сивилла и рассмеялась.

– Это исправимо, - сказал задумчиво Стась и обнял девушку. И сразу же все мысли улетучились из головы, в которой ещё со вчерашнего дня что-то шумело. Что-то, напоминающее шум вековых дубов в порывах сильного ветра. Как там, в Литве, на далёкой Родине.

– Всё было, как во сне.
– Произнёс чуть восторженно Стась.

– Почему, как во сне?
– Спросила чуть удивлённо Сивилла.
– Ты хотел, чтобы это был сон?
– В её голосе послышался оттенок грусти.

– Так хорошо не может быть в жизни.

Девушке, видимо, понравился ответ. Она улыбнулась. Но безмолвие, последовавшее за тем, видимо, привело к следующему вопросу:

– Мне сказали, у тебя есть девушка в Литве?
– Произнесла Сивилла, как показалось, равнодушным тоном, но при этом переплетёные пальцы её рук побелели от той силы, с которой она их сдавила.

– У меня есть девушка там, но у неё есть жених. Он - мой брат. Значит, девушки у меня нет.
– Сказал Стась сквозь стиснутые зубы.

– Как это печально - неразделённая любовь.
– На склонённом лице Сивиллы Стась увидел грустную улыбку.

Вдруг девушка закрыла лицо руками, и Стась услышал:

– У меня такое чувство, что тебе пришлось смириться с моей компанией на всю эту ночь.
– Она продолжала закрывать лицо руками.

Стась открыл рот, собираясь успокоить девушку, но так и остался с открытым ртом, ничего не произнося.

Сивилла немного успокоилась, убрала руки от лица, и Стась увидел слёзы в её глазах.

– А вчера такого чувства не было.
– Грустно сказала она и улыбнулась.
– Скажи откровенно, память о ней дороже всего тебе?
– Сивилла в упор пристально смотрела на Стаса.

Стась выразил своё несогласие взглядом, но ничего не ответил.

– Вчера мы были во власти страси. Сегодня спустились с небес в обычную жизнь. И сразу - столько вопросов.
– Она грустно усмехнулась.
– Избавь хоть сегодня себя от своей памяти. Я не хочу насильно проникать в твою душу, а если и хочу, то не смогу.- Сивилла снова опустила глаза. Затем её длинные пушистые ресницы поднялись вверх. Она посмотрела на Стаса чуть удивлёнными глазами, в которых снова появилась радость и веселье. Очертания губ смягчились. Она улыбнулась.

– Видел бы ты себя. Физиономия, достойная художника. Не придавай словам того значения, которого в них нет.

Сивилла вновь обвила его шею своими ласковыми руками и притянула его к себе.

– Жизнь прекрасна, лёгкая и приятная, ты - рядом, и я ценю каждую такую минуту.

Стасу показалось, что её лицо вновь стало счастливым. Лишь в глубине её огромных тёмных глаз затаилась печаль и тревога, скрытая и загадочная. И в эту минуту он готов был всё отдать, чтобы изгнать эту печаль и тревогу с её обворожительных глаз, чтобы они искрились, как раньше, радостью и любовью.

Стась вернулся в свой дом ещё затемно, когда небо на востоке начинает светлеть и окрашиваться в красный цвет. Он тихо прошёл в свою спальню, разделся и лёг на кровать. Услышал лёгкие шаги за дверью. А может, показалось. "Рада"?
– подумал он и тут же заснул глубоким сном.

Проснулся к обеду. Голова болела, слегка подташнивало. "Начинаю уже привыкать", - подумал Стась и горестно усмехнулся. На столе стоял графин с фруктовой водой. Он его тут же осушил.

– Добрый день, хозяин, - услышал он за спиной. Повернулся.

Перед ним стояла его служанка Рада.

– Почему ты меня продолжаешь называть хозяином?
– Обиженно спросил растерявшийся Стась.
– После всего, что произошло.
– Добавил он тихо. И, совсем потерявшись, закончил мысль.
– Мы теперь не чужие.

Рада улыбнулась, но ничего не ответила.

– Мне к Медиту надо, сыну Бея.
– Виновато произнёс Стась и стал собираться, когда служанка вышла.

Медит, как всегда уже, встретил его испытывающим взглядом. Стараясь избежать объяснений, Стась сразу же спросил после приветствия: