Чтение онлайн

А тела некоторых и вовсе были плотно разрисованы красками…

Не знаю, как у остальных, кто ходил и восхищался этим, а у меня эти перформансы вызвали лишь отторжение.

Нет, я в курсе, что люди мира искусства могут быть с причудами и даже немного повернутыми на голову, как тот же Ван Гог, отрезавший себе ухо, но тут я искусства не видел.

Я видел глумление над классикой живописи. Ее извращение в угоду чьим-то позывам.

Это же какое-то сборище дегенератов. Которых в прошлом веке назвали бы отмороженными хипарями.

И какого хрена сюда занесло Вику? Ей тут точно не место!

Внутри начинает свербеть беспокойство, и я начинаю осматривать дурацкий коттедж, в каждую комнату и щель заглядываю.

Бешусь оттого, что могу не успеть, но стискиваю кулаки и продолжаю обход. И с первого этажа резко рву когти наверх.

И второпях едва не пролетаю мимо Вики. Просто ее трудно узнать в девушке в облегающем черном платье с кружевами.

Стоящей посреди комнаты, оформленной в развратно-алых тонах. Да еще и с алой повязкой на глазах.

Влетев в комнату, напоминающую Vip-ку для утех, окидываю взглядом стол с шампанским, сладостями и фруктами.

Обычная обстановка для того, чтобы быстро чпокнуться. Сам не раз раскладывал телок в таких, будучи в алкогольном угаре.

Потому бегло скольжу взглядом по фигуре девушки, стоящей спиной к двери, хмыкаю и собираюсь выйти в коридор.

Соска классная, конечно, но мне срать сейчас на таких давалок. Кроме Вики не надо никого.

Вот и тороплюсь уйти на поиски этой вредной язвочки, как вдруг знакомый голос бьет по ушам:

— Руслан? Это ты?

А я аж подорвался мгновенно. Уже пристальнее уставился на девушку и охренел. Вика?

Как умудрился не заорать — ума не приложу. Потому что больше всего на свете хотелось схватить ее за плечи, хорошенько потрясти и заорать:

— ВИКА, КАКОГО ХРЕНА ТЫ ТУТ ДЕЛАЕШЬ?

Но язык словно отнялся. Ни слова произнести не смог. Просто прошел в помещение и с легким стуком закрыл за собой дверь.

Еще раз обвел взглядом комнату и едва сдержался от того, чтобы не перевернуть стол.

Интересно, Вика хоть видела это всё? Неужели согласилась на быстрый перепих, как дешевая шлюшка?

Ревность снова грозила затопить разум, но я сумел ее немного обуздать. Вика ж до меня не целованной была!

Никем не тронутой!

В памяти всплыл тот разговор на яхте, и как Вика покраснела, кода упрекнула меня в том, что я украл ее первый поцелуй.

И это воспоминание неожиданно усмиряет зверя во мне, остужает перегревшиеся мозги.

Не будет девушка, оставшаяся к девятнадцати годам целкой и не целовавшаяся толком, отдаваться в клубешнике малознакомому типу!

Значит, Русланчик втерся в доверие и хорошо поездил ей по ушам. И повязка на глазах, значит, не просто так.

Тварь! Урою, как только увижу!

Сплюнув, быстро иду к Вике, чтобы сорвать с ее лица эту дебильную ленту. Но замираю как вкопанный, когда вижу, как уголки ее губ ползут вверх.

Вика улыбается. Только вот явно не мне.

— Руслан? Ты чего молчишь?

И всё, у меня в башке снова срабатывает выключатель… Мозги переклинивает оттого, что Метельская не мне улыбается и не меня зовет.

А еще этот ее внешний вид. Платье далеко не вызывающее, нет. Ничего вульгарного, декольте довольно скромное, лишь плечи и руки обнажены, но как же сексуально оно на ней смотрится.

А еще эта блядская лента. Которая настраивает на желания определенного рода. Член в штанах болезненно дергается, делает стойку на любимую девушку.

Хочется схватить упрямицу, закинуть на плечо и увезти далеко… Запереться где-нибудь вместе, и не выходить, пока не разберемся в наших отношениях…

Кроет меня страшно. Уже не отдаю себе отчета в своих же действиях. Просто подхожу к ней, кладу ладони на предплечья и введу вверх, по обнаженным плечам.

И зараза не шугается, не шарахается, лишь дышать начинает чаще.

— Руслан??? — спрашивает непонимающе.

Пухлые губки приоткрываются, открыв вид на белоснежные кусучие зубки и розовый язычок.

И всё, меня срывает нахер. Прихватываю Зайчону за шею, второй рукой обнимаю за талию и впиваюсь в манящие, едва тронутые карамельного цвета блеском губы…

И сразу же с головой проваливаюсь в просто нереальный кайф. Кажется, это не просто помада, Вика сама по вкусу как карамель.

От ее сладости невозможно не улететь кукухой.

Я не в силах ни о чем думать. Тем более о том, что она представляет на моем месте кого-то другого.

Слышу, как тихо охает, но усиливаю напор и проникаю полностью в ее сладкий ротик.

А уж когда она осторожно кладет ладони мне на плечи, будто изучает, окончательно срываюсь.

Теряю последние крохи благоразумия и набрасываюсь на нее в полную силу. Сминаю мягкие губы, пытаюсь напитаться вдосталь той сладостью, что источает Вика.

Не хочу давать ей опомниться. Не хочу, чтобы какого-то придурка ждала и хотела.

Хочу, чтобы только меня чувствовала, только мои руки и губы. Даже с завязанными глазами чувствовала меня.

Ведь я, сука, ее за километр чую. Каждый взгляд и каждый вздох. Только сегодня осечку дал, и то по весомой причине.

Но поцелуй и руки Вики не спутаю с другими. Даже в пьяном бреду.

Я не знаю, сколько продолжается это сладкое безумие. Просто целую Вику, не давая ни грамма свободы.

Даже воздуха глотнуть не даю. Щедро делюсь тем запасом, что остается в собственных лёгких.

Зверь дорвался до желанной добычи и отпускать не желает. Да и добыча не сопротивляется. Не вырывается из объятий.

Лишь что-то мычит тихонько, неумело отвечает на притязания моего языка да скребет пальцами по загривку, заставляя меня чуть ли не рычать от возбуждения.

А потом дверь резко открывается и слышится возмущенный противный голос:

— Вика? Какого хрена тут происходит?