Чтение онлайн

– И мой дорогой дядя, несомненно, обвенчает нас согласно истинной вере, как только будет сделано оглашение, - ядовито заметила Эйден.

Конн должен быть здесь прежде, чем ее силой заставят участвовать в этом издевательстве. За его безопасность она не боялась, потому что против неуклюжей своры этих болванов он выставит такой отряд слуг, который разобьет Фитцджеральдов и сброд, служащий им.

– Свадьба состоится сегодня, внучка, - сказал Роган Фитцджеральд с самоуверенной улыбкой.
– Оглашение было сделано должным образом несколько недель назад. Мне хотелось бы, чтобы ты оделась поприличней для своего бракосочетания.

– Какая жалость, что у меня есть только эта одежда, - ответила она, испытывая радость оттого, что это удручает его. Какая ни маленькая, а это была победа!

– Уверен, - сказал он, - что мы найдем для тебя что-нибудь.

Он послал неряшливо одетую служанку, которую она видела вчера, порыться в сундуках, которые когда-то принадлежали тетке Эйден, Сорче.

– Твоя тетка, - объяснил он, - была такой же высокой, как ты.

Бриджет, служанка, вскоре вернулась с юбкой темно-зеленого бархата.

– Это единственная вещь, которая не покрылась плесенью и не съедена молью, мой господин.

Она приложила ее к Эйден.

– Длина хороша, и если надеть чистую рубашку и пояс и добавить немного цветов, получится очень красивая невеста.

– Кевен, мальчик мой, проводи свою будущую жену в ее комнату, - приказал племяннику Роган Фитцджеральд.
– Когда ты оденешься, - он повернулся к Эйден, - начнем венчание.

– Держите это животное подальше от меня, - ледяным тоном сказала Эйден. Я дойду до своей комнаты без его помощи. Если он все-таки навяжется мне, я не удержусь и спущу его по вашей чудной лестнице.

– Я вижу, - сказал Кевен, пытаясь показать, что он имеет над ней власть, что вы готовы для следующей порки, Эйден, и я не прочь проследить, чтобы вы ее получили.

Эйден презрительно фыркнула.

– У тебя короткая память, Кевен. Помни, я предупредила тебя, чтобы ты меня не трогал, не то я тебя убью. Будь уверен, я это и сделаю. Ты можешь держать меня в своей власти и побить меня, как мой дед, но рано или поздно ты останешься со мной один на один, и тогда...
– Она многозначительно не стала продолжать, а Кевен попытался рассмеяться, но смех его был показным, и он старался не встречаться взглядом с ее холодными глазами.

Эйден забрала Валентину из рук деда и, резко приказав: "Пошли, Нен", стала подниматься по лестнице, нянька торопливо побежала за ней.

Она осмотрела дверь и увидела, что непрочным оказался старый засов, а дверь можно было закрыть, что она и сделала. Подойдя к окну, она выглянула на улицу. Дождь все еще лил, может быть, даже более сильный, чем раньше. День был очень серым, не похоже было, что погода прояснится. Потом движение в конюшне привлекло ее внимание, и, растворив окно башни, она крикнула, стараясь преодолеть шум ветра:

– Клуни! Подними голову, приятель!

Клуни, промокший насквозь, подбежал к основанию башни.

– Миледи, они заперли дверь и не пускают нас!

– Знаю, - крикнула она в ответ.
– Они говорят, что мой брак с Конном недействителен, и заставляют меня выйти замуж за Кевена Фитцджеральда! Они собираются убить Конна, когда он приедет, и не пускать меня обратно домой. Пошли маленького Джима, пусть он поедет по дороге и попытается встретиться с милордом!

Клуни кивнул.

– Вам надо сбежать, миледи!

– Другого пути, Клуни, кроме двери в башню, отсюда нет.

– Если бы у вас была какая-нибудь веревка, - ответил он, - вы могли бы вылезти из окна и спуститься по башне.

– Может быть, и получится. Отличная мысль. Клуни! Один из вас пусть все время стоит около башни. Либо я, либо Нен будем сообщать вам, что происходит. А сейчас я должна вернуться, чтобы они нас не услышали.

– Не беспокойтесь, миледи. В такую бурю они ничего не услышат. Если вы не сумеете снова поговорить с нами, попытайтесь сбежать ночью. Мы будем ждать вас все время.
– Он исчез в темноте конюшни.

Эйден закрыла окно и повернулась к Нен, чтобы рассказать ей об этом разговоре.

– Для этого потребуется смелость, - сказала она, - но я полезу последней, поэтому тебе не надо бояться.

– Но как мы перенесем ребенка?
– спросила Нен.

– Что, если мы привяжем к колыбели две веревки и спустим ее?
– предложила Эйден.

Нен кивнула.

– Ребенка надо спустить первым, миледи, потому что, если, да простит Господь, нас поймают, одна из нас будет отбиваться от них, а другая спускать люльку.

– Мне понадобится оружие. И где мы возьмем веревки?
– забеспокоилась Эйден.

– Веревки есть на конюшне, миледи. Если бы ваш человек принес их к основанию башни под наше окно, мы могли бы связать вместе простыни, они бы привязали к ним веревку, а мы бы втянули ее наверх.

– Нен, ты очень умная девушка!
– похвалила Эйден няньку.
– Как же мне раздобыть оружие?

– У меня есть кое-что, - последовал удививший Эйден ответ.

– У тебя? Почему же ты не использовала его?

– Я боялась, миледи. Я же всего-навсего служанка.
– Она прошла через их маленькую комнату и, нащупав в башенной стене выпадающий камень, вынула его, обнажив глубокую выемку. Она засунула в нее руку и вытащила кинжал с лезвием не менее шести дюймов. Он был серебряный, с рукояткой, покрытой эмалью с кельтским узором черного, желтого и красного цвета. Она протянула его Эйден.

– Откуда он у тебя?

– Господин Имон однажды напился и заснул за столом. Я увидела его там, когда встала очень рано на другой день, кинжал лежал на столе перед ним. Я украла его. Я подумала, что, может быть, смогу использовать его против господина Кевена, но не осмелилась. Что вы будете с ним делать?

– Я убью Кевена Фитцджеральда, - спокойно сказала Эйден, и юная нянька после этих храбрых слов ахнула, широко раскрыв глаза.
– У меня нет выбора, продолжала Эйден.
– Они вознамерились сегодня обвенчать меня с ним, и избежать этого я не могу, но будь я проклята, если я позволю ему лечь в мою кровать! Нен, мы сбежим сегодня ночью, после того как я убью этого ублюдка. Все остальные будут праздновать, прославляя хитрость моего деда, с какой он подчинил меня своей воле. У меня с Кевеном Фитцджеральдом старые счеты.