Чтение онлайн

А утром Пашка заявил, что на выходные нам надо разъехаться. Для всего света, мы, влюблённые голубки, проведём эти дни в счастливом единении друг с другом, а по факту – я должна была вернуться в пустую квартиру, где всё напоминает о боли измены и одиночества.

А ещё... Я понимала, что Пашка взрослый, здоровый мужик и, судя по темпераменту, далеко не девственник. Спасибо хоть в течение недели не давал думать мне о том, что у него вообще-то есть сексуальная жизнь и, наверняка, очень даже насыщенная... Которую он вынужден ограничивать в рамках нашей любовной комедии. Но вот сейчас я, как одинокий синий чулок, запрусь дома, а он – свободный как ветер, конечно же рванёт куда-нибудь, где много женщин и удовольствий.

Вот и что со мной не так, а? Почему я интересую мужчин только с точки зрения их собственных выгод? Волосы что ли подстричь? Или перекрасить? Интересно, поможет?

Между тем Пашка всю дорогу до моего дома был как под градусом – много и без толку болтал, шутил невпопад, всё намекал на мои предстоящие горячие ночки с Тимкой. У самой двери даже хамить начал, пришлось его тупо послать. Нет, я конечно не обиделась на него, понятно, что ему не терпелось сбагрить меня и свалить в свои горячие ночки. Вот только у него-то всё будет по-настоящему, а у меня...

А у меня был Павлуша в коробке и идея фикс, набирающая обороты словно лавина – написать Тимофею. Я даже начинала пару раз. Потом бросала телефон, но продолжала сочинять сообщение в уме. Отвлекала себя, чем только могла – книжками, телеком и вознёй с котёнком.

Ох, Господи-и-и... Мне правда двадцать три и я не трёхголовое чудо-юдо, а? Тогда что со мной не так?

Промявшись так всю субботу, ночь, и первую половину воскресенья, решила-таки, что сообщению быть! Оно же ни к чему меня не обязывает, да? Просто интересно, что вообще в голове у Тима творится... Ну а вдруг что-то можно исправить? Ведь люди меняются, раскаиваются и учатся на своих ошибках...

Когда решилась, от волнения даже руки задрожали. Успокаиваясь, навела себе ароматную ванну... А вот после неё – точно напишу!

Слава Богу, приехал Пашка! Как всегда наглый и пошлый, но свежий как ветер, выметающий из головы весь сор! Как я вообще могла подумать, что можно хоть что-то исправить? Какое-то временное помешательство.

При Пашке я сначала смутилась, машинально достала «тёпленький халатик» - как говорила, даря мне его сто лет назад бабушка. Он приличный – закрытый, длинный. Потом растерялась, стала переодеваться при Пашке... Со стыда сгореть можно! Хорошо, что у него хватило такта выйти. Но могу представить, что он обо мне подумал.

А потом я посмотрела на себя в зеркало и вдруг подумала – ну если в моей жизни и так всё серо и безнадёжно, может, дуркануть хоть немного?.. И напялила то атласное платьице, которое полтора года назад забраковал, назвав проститутским, Тимка. Это был вызов. В первую очередь – смой себе. Во вторую – Пашке.

Он обалдел, но почти промолчал, ограничившись нейтральным «Оу...», а меня вдруг захлестнуло раздражение – ну конечно, его-то женщины наверняка выглядят иначе!

Нет, это не была ревность. Просто... Просто настроение как-то внезапно снова стало «не очень». И как только оно испортилось – тут же снова возникло желание написать Тимке. Кошмар! Наваждение какое-то!

Поэтому, когда Пашка, боясь лишний раз спугнуть меня необходимостью сделать наши «типаотношения» более натуральными, начал задвигать про базу отдыха и что было бы неплохо пообщаться ближе... для дела... и всё такое (как будто я и без него не понимаю, что это матчасть, которую требуется изучать, чтобы не завалиться на какой-нибудь мелочи)... Короче, я согласилась. И если прям честно – с радостью, хотя и сделала вид, что идейка так себе. Не знаю зачем.

Глава 13.2

***

База отдыха, куда привёз меня Пашка, находилась километрах в тридцати от города. Душистая сосновая роща, небольшие домики-срубы с аккуратными верандочками.

– Ваш ключ, Павел Григорьевч, - мурлыкнула барышня за стойкой регистрации.

– Отлично, - Пашка подхватил связку. – Ужин нам организуйте прям в дом, хорошо?

– Как скажете. Меню в гостиной, заказ можно сделать по внутренней связи.

– И когда это ты успел забронировать домик? – как можно безразличнее спросила я, пока шли по выстланной тёсанными досками дорожке. – Не слышала, чтобы после моего согласия ты куда-нибудь звонил. – А вот дальше мне бы промолчать, но я не смогла: - Тебе, небось, девка какая-нибудь отказала, и ты решил выгулять вместо неё меня?

Пашку даже слегка перекосило. И я не поняла, что это было – раздражение или ирония.

– А что, если и так? Это важно?

Ну понятно. Дурочка, сама напросилась на правду. Очарование происходящим лопнуло, как мыльный пузырь. Вот тебе и его приезд раньше семи, вот и желание «пообщаться поближе»... Просто не хотел терять деньги. Стало тоскливо.

– Пфф... Вообще без разницы.

А Пашка вдруг улыбнулся и неожиданно приобнял меня за плечо:

– Кончай ревизию, МиниБосс! Просто расслабься, отдыхай. И это мой домик, раз уж для тебя это так важно. Типа наследства от папашки. Он его взял в долгосрочную аренду, на двадцать пять лет – я тогда ещё совсем ребёнком был. Поэтому я могу приезжать сюда в любое время суток и времени года, без предупреждения и брони. – Помолчал, хитро поглядывая на меня. – Ты такая забавная, когда ревнуешь!

Я дёрнула плечом, сбрасывая его руку:

– Вот ещё! Ты как всегда понял всё по-своему! Просто я удивилась - обычным смертным приходиться за неделю-две бронировать, а тут – нате, пожалуйста: ваши ключи Павел Григорьевич! Прям, что ты!

Пашка рассмеялся:

– Ну так, кто на что учился, Ленусь.

– Ой, да ла-а-адно! Можно подумать ты прям расстарался, чтоб в богатенькой семье родиться!
– брякнула и тут же прикусила язык.

Вообще это моя больная тема. Я много лет старалась уничтожить в себе нездоровую ненависть к деткам богатых родителей. Они же пальцем о палец не ударили, а им всё! Зато другим надо зубами выгрызать своё место под солнцем и крутиться без остановки - просто ради того, чтобы однажды не сдохнуть от голода! Я даже к психологу одно время ходила, чтоб избавиться от этой неприязни. Скажем прямо – в какой-то степени зависти, да. Но сейчас она снова всплыла. И очень некстати.

Я тут же постаралась разрядить обстановку, восхищаясь вековыми соснами, озером, уточкам и милым кроликами, свободно скачущим по территории базы. Всё здесь было каким-то слишком сказочным, чтобы существовать на самом деле. Но мне действительно очень, очень нравилось!

Ужинали на веранде, а после того, как на столе осталась только бутылка вина и сырная нарезка, Пашка притащил откуда-то кресло-качалку. Предложил мне, но я отказалась, с робким интересом поглядывая на натянутый здесь же гамак. Ни разу в жизни в нём не лежала... Пашка недолго думая развалился в кресле сам, блаженно прикрыл глаза:

– Чего вино не пьёшь? Я же специально для тебя взял.

– Ой, нет, спасибо! Меня так быстро развозит, что достаточно просто понюхать. К тому же, видела я в меню, сколько оно стоит... Я точно не смогу оценить его по достоинству. Тогда зачем переводить продукт?

– Ох, МиниБо-о-осс… - вздохнул Пашка. – Откуда ты вообще взялась, такая? Какая разница сколько оно стоит? Главное, чтобы тебе нравилось!

– Не… Я так не могу. Сразу такое чувство возникает, словно в долги влезла. Не люблю так.