Чтение онлайн

– Да уж... Где же ты теперь отжиматься будешь? – не удержавшись, хихикнула я.

– Да пусть развлекается, – фыркнул Пашка.
– Так даже интереснее, - притянул меня чуть ближе к себе, скользнул носом по волосам. – Просто теперь нам надо быть ещё натуральнее.

– А по-моему вы оба заигрались! Что ты, что твоя мачеха, - по спине огромным табуном пробежали мурашки, тонко и сладко заныло внизу живота, и я, боясь потерять голову, чуть отстранилась. Но стало только хуже – теперь его ласковые лучистые глаза заглядывали мне прямо в душу. Опустила, спасаясь от них, голову. – Это просто дом, Паш. Ладно, там, тебе он дорог как память, но ей-то? Она себе пару десятков таких же купить может! И жить там с кем и как хочет. В чём смысл воевать?

– Она стерва, и этим всё сказано, – шепнул Пашка и аккуратно взял меня за подбородок, заставляя поднять голову. – Давай её порадуем?..

И коснулся лёгким, почти дружеским поцелуем самого уголка моих губ. Я со скрытым наслаждением обвила его шею руками и, запустив пальцы в волосы на затылке, затихла. Если смотреть со стороны, то можно подумать, что мы реально целуемся... Но нет. Это была лишь иллюзия. С того случая на озере Пашка больше не целовал меня по-настоящему. И даже не пытался. Одна сплошная фикция – работа на камеру и на публику. А мне так хотелось, чтобы всё было натурально! Повторить тот безумный порыв! Целоваться до беспамятства, до болезненных трещинок на припухших губах и, отбросив разум, отдаться во власть инстинктов!

В тот раз на озере я сама всё начала, сама и испортила, побоявшись, вдруг, показаться слишком легкомысленной. А может, просто испугалась? Ведь в тот момент я реально была готова не изображать, а прожить эти отношения по-настоящему. Хотя бы одну ночь. Хотя бы один раз.

И сейчас я хочу этого снова. Постоянно. Изнываю от дикого желания ощутить прикосновения Пашкиных рук на своём теле – хотя бы мимолётных объятий. Но мы даже секс перед сном перестали изображать. Пашке это оказалось не нужно. Так не слишком ли быстро и отчаянно поддаюсь безумию я?

Ещё раз попыталась вспомнить, кто был инициатором поцелуя на озере.

Я? Он? Или вино?

Ногу свело, да, но к тому моменту, как мы добрались до берега – уже практически отпустило, и не было нужды в дальнейшем... Вот только ногу отпустило, а меня наоборот – накрыло. Ощущение сильного Пашкиного тела под руками, когда, плывя, держалась за его шею и отчаянное желание продлить наш безумный подводный флирт хоть на минутку... Я переступила свои личные границы, когда позволила ему перенять инициативу и действовать смелее - на грани вседозволенности. О боже, вот этот момент, когда он будто случайно опустил мою ногу до своего стоящего члена... А его пальцы во мне? А тот момент, когда всё едва не случилось, но мне вздумалось впасть в оправдания?

Блин-блин-блин... При воспоминании об этом сильнее стиснула в пальцах Пашкины волосы и подалась ему навстречу, а он вдруг ответил, тоже обнимая меня сильнее, но как-то сдержанно, совсем не так, как мог бы... Да и поцелуй его остался прежним театральным касанием щеки. Конечно. Его женщины другие – такие же свободные и простые, как и он, зачем ему наивная скромняшка, которая не может придержать язык в самый пикантный момент? Да ещё и этот долбанный третий пункт! Я слишком рьяно на нём наставила, чтобы Пашка мог забыть о нём. И Тим... Этот долбанный фантом из прошлой жизни, который словно стоит между нами.

В общем, всё сложно. И лучше бы мне брать пример с Пашки и не заигрываться.

Глава 15.2

***

На следующий день, как и предупреждал Пашка, по всему офису стали монтировать дополнительные камеры, и в моём кабинете действительно повесили аж три штуки! Ощущение было очень поганое. Мне всё время казалось, что кто-то не только смотрит на меня, но и заглядывает в мои бумаги, монитор и даже в экран смартфона. Я весь день сидела с прямой спиной, как на параде, и стеснялась даже лямку от лифчика поправить, не то, что там скинуть туфли и завалиться на диванчик, задрав ноги на его спинку!

Сотрудники гудели недовольством – мол, осталось еще в туалетах повесить и совсем красота будет! Я понимала и разделяла их возмущение. И мне было гадко понимать, что я невольно причастна к этим неудобствам. Но я естественно помалкивала, тем более что в отличие от остальных мне было вдвойне тяжелее - ко мне ведь ещё и живой «жучок» в виде Олечки приставили!

Я всё смотрела на неё и не понимала - почему именно её подослали? Она выполняла свою миссию как-то топорно и чересчур неумело. Все эти её попытки втереться в доверие и выспросить подробности моей личной жизни, казались такими жалкими и наигранными! Она так усердно набивалась ко мне в подружки, что даже замучила предложением посидеть в каком-нибудь кафе после работы и поболтать. Так навязчиво! Ну что это такое?

И специально для Олечки (читай – для Лилечки) у меня всегда было припасено несколько стандартных фраз, которые давали понять, что я ни секунды не могу без своего Пашеньки, так как безумно люблю его, а он меня.

Этот цирк порядком надоел. Он выматывал и физически и морально, и хотелось поскорее вернуться к нормальной жизни. Кроме того, на его почве у меня начала развиваться паранойя – мне даже во снах снилась Лилька, которая подлавливает меня не неосторожной фразе и весь Пашкин план летит к чертям... Из-за меня.

***

Да и сам Пашка стал каким-то чересчур озабоченным и хмурым. Всю неделю пропадал то в бухгалтерии, то у безопасников, то вообще непонятно где. Что уж он там выискивал – я могла только предполагать исходя из того давнего разговора об обнаруженных им махинациях. Но все мои попытки узнать что-то новое, заканчивались сдержанным советом заниматься своими делами. Иногда после работы мы заезжали в ресторан, и там Пашка, отсадив меня за отдельный столик, встречался с двумя «курьерами» из нашей компании.

Они раскладывали на столе документы и что-то долго объясняли Пашке, чертили схемы, строили графики. Он, хмурясь и потирая виски, вникал. А вечером, уже дома, сидя над теми же самыми бумагами, психовал и ругался, что в них полная неразбериха на древне-китайском. Снова и снова проклинал отца и его ближайшего помощника, за то, что те так запустили компанию. А потом, когда я ложилась, закрывался в кабинете и продолжал работать. И чаще всего я даже не помнила, когда он пришёл спать.

Я старалась его не трогать, чтобы не нервировать ещё больше. Да оно и понятно! Новый человек пришёл руководить огромной компанией. Сразу с головой окунулся в дела. Конечно, сложно. Тем более что он никогда в этой сфере не крутился и не знает что да как.

Я вспоминала себя - как начала работать в отделе статистики под пристальным вниманием Григория Андреевича, как дням и ночами думала только о статистике, выполняла функции двоих-троих человек, а выходные, сидя уже дома на кухне, занимала заполнением сводных таблиц... Я всё понимала – Пашке тяжело, но это временно. И сначала пыталась поддержать и успокоить его. Посоветовала даже довериться Олегу Макарову, но была бесцеремонно выставлена за дверь с приказом «Не лезть не в своё дело!»

Я не обижалась, но дико скучала и изнывала от безделья. Просиживать вечера в своей комнате было невыносимо. Хотелось на свободу, но это было чем-то нереальным, особенно если Лилька тоже находилась дома. Тогда она, как правило, занимала собой всё пространство, собирая шумные компании гостей, которые без церемоний шастали по всему дому, и как-то раз я даже слышала, что кто-то из них занимается сексом в гостевом туалете второго этажа! Кошмар! Так что ещё непонятно, кто кого выживет скорее: мы её или она нас с Пашкой.