Чтение онлайн

– Я не драматизирую. Ты мне обещал и не сдержал слово!

– Твоя дурацкая принципиальность меня под монастырь подведет!

– Вот уж этого я не дождусь, - невольно улыбнулась я. – Спасибо, что затушил.

Он махнул рукой, мол «видишь, на какие жертвы я иду ради тебя?!».

– Иди ко мне, - он притянул меня за плечи, а другой рукой стал мять мою грудь. – Признайся, с кем-нибудь флиртовала сегодня? А?

– Офонарел?! – я хотела вырваться, но Глеб навалился на меня всем телом.

– Да ладно, не боись. Пошутил я.

Он впился грубым поцелуем мне в шею, а руками шарил по моей фигуре.

– Давай, красивая моя, не сопротивляйся.

– Ты мне больно делаешь. Будь поаккуратней! Как тут не сопротивляться?

Он тем временем расстегивал мои джинсы.

– Что ты делаешь! – воскликнула я, не в силах контролировать его чисто животное возбуждение.

– Я хочу тебя. На то ты мне и девушка…

Его поцелуи и прикосновения доставляли мне больше боли и дискомфорта, но я и пикнуть не успела, как он сдернул с меня джинсы и снова навалился на меня, не оставляя пути к отступлению.

Несмотря на недовольство Глеба моей тотальной занятостью, я продолжала работать над диссертацией. Его напыщенное возмущение лишь наводило меня на мысль, что никто и ничто не может повлиять и тем более воспрепятствовать моему победному шествию к цели. Я столько лет трудилась ради грядущей степени кандидата филологических наук, что просто взять и бросить это представлялось немыслимым. К чему мне это опрометчивое повиновение человеку, которого я… не люблю.

Да, как не прискорбно, но наши отношения с Глебом ухудшались день ото дня. Я поняла, что и впрямь никогда его не любила. Ценила как друга, дорожила именно его дружбой. Да и теперь ценю и дорожу. Но – какой редкий случай! – сердце и разум твердили заодно: он не пара тебе. Он друг, а не мужчина твоей жизни. Он хороший друг и плохой спутник.

А сейчас… Уже и дружбу былую не вернешь, и расстаться нельзя – потеряешь близкого человека насовсем. Возможно, он тоже тяготится этим положением? Но как все вернуть без потерь?

И все-таки честолюбие взяло верх. Не смотря на претензии Глеба, я стала работать с утроенной энергией. Довольно быстро и без особых трудностей я сдала экзамены, - подготовилась я настолько тщательно, что выдержала с честью все попытки экзаменаторов меня «утопить». Затем опубликовала несколько статей, и завершила, наконец, рукопись. Перед защитой диссертации у меня тряслись все поджилки, но Глеб так и не удосужился приехать и поддержать меня морально, ссылаясь на срочную работу. Накануне собрания ученого совета меня успокаивала и настраивала на победу только Любаша – по скайпу, разумеется. На руках у нее сидела моя любимая крестница, которой было уже три с половиной года, и она то и дело перебивала мать, показывая мне своих кукол и новые наклейки.

С Вовкой мне поговорить не удалось, поскольку он как раз согласовывал с клиентом фирмы нюансы нового проекта, к работе над которым он приступал. Ведь он у меня теперь ведущий программист в крупной компьютерной компании.

Я легла спать в безмолвной квартире. Теперь со мной даже Маринки нет. Она переехала сразу после окончания университета – еще полтора года назад. С ума сойти, целых полтора года…

Глава 8.

Да! Да! Да! Всего полтора года – и я получила – да, получила официально! – степень кандидата филологических наук! У меня у самой не укладывалось в голове и казалось феноменальным и даже нереальным: уже в преддверии своего двадцатипятилетия я стала кандидатом наук. Как это возможно? С защиты я вылетела, не чуя под собою ног от счастья.

Во дворе института караулил – какая честь! – Глеб. Я, забыв о его вчерашнем игнорировании меня, бросилась к нему, вопя и подпрыгивая:

– Защитилась! Защитилась!

Он засмеялся и обнял меня:

– Умница моя! Ну наконец-то. Столько работала, готовилась, а сколько я тебя ждал! Иного результата я бы и не принял, - он чмокнул меня в холодную щеку – в конце ноября на Ростовские улицы уже обрушились первые морозы. – Ну теперь-то ты можешь уделять мне больше внимания? Теперь-то ты вольная птица!

– Ну как сказать, - ответила я. – Осталось буквально переплести диссертацию… - я запнулась, увидев, что на его лицо вновь медленно набегают тучи, и решила не продолжать. – Но в целом – да. Не сравнить с прежней нагрузкой.

Я довольно вздохнула, почувствовав физически легкость в плечах от осознания последнего факта. Я справилась! Я сделала это! И это уже позади… Это ли не счастье?

Мы поехали к Глебу отмечать мой успех. Заночевала я у него, а утром приехала домой и вызвала по скайпу Вовку.

– Ира, говори быстро и по факту. У меня времени нет, - «поприветствовал» меня брат.

– По факту, так по факту. Я – слушай и внимай, о презренный! – Я – КАНДИДАТ!

Взгляд брата наконец-то стал осмысленным, а не бегающим.

– Боже мой. Защита прошла удачно? Ты что, правда это сделала?! – он вскочил со своего места, как пружина.

– Да!!!

– Очуметь! – заорал он, схватившись за голову и, наконец-то, рассмеявшись. – Ты – кандидат наук! Ты – кандидат наук!

– Я знаю! – смеялась я в ответ, очень обрадованная его реакцией. – Сама в шоке!

– Ну, сестра! Ты – мозг! Ты – мозг! У меня просто слов нет! – он машинально поправил очки на переносице. – Ну даешь! Молодчина!

– Точно! – подхватила я.

– В двадцать пять лет – ученая степень! – не унимался Вовка.

– Через два месяца, - поправила я его.

– Что через два месяца?

– Будет двадцать пять!

– Ну сестра! Как вообще прошло? Завалить, небось, пытались?

– Ну-у… Читалось такое желание эдак на десятке лиц. Еще бы! В такие годы первую диссертацию до ума довести! Но тут мне повезло – моя Валентина Игоревна не последний человек в институте, так что, если и хотели, не посмели. Она за своих аспирантов глотки рвет. Да и с чего бы? Я свою кандидатскую честно отработала! На все их вопросы ответила, все разжевала и в рот положила, не подкопаешься. Так что все чисто…

– Умница, я очень за тебя рад. Поздравляю. Так ты скоро к докторской приступаешь? – улыбнулся он, заранее зная ответ.

– Еще чего! Имей совесть! Я хочу немного отдохнуть и оклематься. Несколько лет жила в библиотеке! Вот немного погодя… обязательно займусь!

– Боец! – сказал брат с такой гордостью, что я зарделась. – Ну, ты наслаждайся триумфом, а у меня заказ.

– Удачи! Пока!

Решив, что теперь можно сбавить обороты, я устроилась ко второму семестру в свой универ – теперь на преподавательскую ставку. Деньги смешные, но я умела быть экономной. Что мне, много ли надо? Живу одна, моя задача лишь прокормить и одеть себя. Вполне выполнимо.

Свой двадцать пятый день рождения я отмечала только с Глебом, Маринкой, которая уже успела выскочить замуж, и ее супругом Пашей. Любаша опасалась ехать с маленьким ребенком в такую даль, а Вовка, как всегда, «горел» на работе.

Мы сидели в клубе, как в старые добрые времена, только уже не дружеской студенческой компанией, а вроде как на двойном свидании. Маринка, еще когда мы с Глебом только начали встречаться (я тогда училась на пятом курсе), подхихикивала и долго подтрунивала надо мной, да и над Глебом, говоря, что более странной и несочетаемой пары ей видеть не доводилось. Как могли сойтись отчаянный гуляка – заводила – драчун и закоренелая заучка – домоседка – полудевственница? Правда, Глеб быстро ставил Маринку на место, сразу напыживаясь и готовясь к «битве» - с девушкой, естественно, только словесной.