Чтение онлайн

Обойдя обе комнаты – прятаться здесь было решительно негде, - я стала подниматься по крутой лестнице в мансарду.

– Глеб!

В ответ тишина. Оглядевшись и убедившись в том, что мансарда пуста, я слезла обратно вниз.

– Глеб! – на всякий случай позвала еще раз, дивясь, куда он мог деваться, не закрыв ни дверь, ни калитку. Хотя… что тут красть-то? Ни телевизора, ни какой-либо другой техники здесь не было. Дивану и вовсе больше лет, чем мне.

Вероятно, он поехал в местный магазинчик, минутах в пятнадцати ходьбы. А Глебу на машине – пять минут езды.

Я уже хотела выйти снова на улицу и подождать его, как за моей спиной, за дверью кладовой, зашевелилось что-то тяжелое. Подскочив от страха, я обернулась. Деревянная, выкрашенная белой краской дверь была плотно закрыта. Никаких звуков из-за нее не доносилось. Но ведь и галлюцинациями я не страдаю! По звуку мне показалось, что это было что-то живое, и оно шевелилось. Может, родители Глеба купили большую собаку? Но кто закроет собаку в кладовке? Уж она-то наведет там свои «порядки»!

По спине пробежали мурашки. Я очень не люблю подобного рода загадки. Открыть дверь и посмотреть было для меня просто невыполнимо. Уже решив для себя выйти на улицу и ждать Глеба – пусть он сам решает этот вопрос! – я остановилась, услыхав уже повторный шорох – тише, чем в прошлый раз, зато теперь прозвучал негромкий, но отчетливый, короткий стон. Голос высокий. Он мог принадлежать, пожалуй, молодой девушке, но никак не женщине или мужчине.

Я шагнула вперед и, повернув ручку, рванула дверь на себя.

Я охнула от удивления.

К слову, в кладовке свет включался автоматически, поэтому лампочка вспыхнула сразу, как только я распахнула створку.

Но я не предполагала, что этот голос будет принадлежать… девочке.

Школьнице, лет тринадцати – четырнадцати. Она полулежала на полу, с завязанным грязной тряпкой ртом и завязанными за спиной руками. При виде меня она в ужасе попыталась отползти подальше, но ей мешали полки с трехлитровыми банками. Она застонала еще громче, пытаясь закричать от страха. Лицо в грязных потеках от слез, глаза совершенно круглые и полные паники. Светло-русые волосы всклокочены и разметались по плечам.

– Не бойся, - я присела подле нее, пытаясь утихомирить перепуганного ребенка. – Я не сделаю тебе ничего плохого. Я развяжу тебя. Не кричи.

Я сняла с ее рта некогда белую, а нынче темно-серую, возможно, в уличной грязи, тряпку.

– Ты кто такая? Как ты тут очутилась?

Девочка лихорадочно дышала, преисполненная чистого страха, но пролепетала:

– Таня.

– А я Ира, - следовало установить контакт. – Что случилось?

– А вы не с ним?

– С кем?

– С этим… Щуплым.

– С каким щуплым? Это кто?

– Его так похитители называли. Имени я не знаю.

– Тебя похитили? – похолодела я.

– Да. Какие-то люди. На цыган похожи.

– Мужчины?

– Там в сообщниках и мужчины, и женщины! – частила девочка громким шепотом.

– Давай все по порядку. Как ты ЗДЕСЬ оказалась?

– Помогите! Надо бежать, пока он не вернулся!

– Кто?

– Дядька этот! Он меня отвезет на пароход и продаст в рабство! – заплакала Таня.

– Что?! Тебя привезли сюда на машине?

– Да.

– Когда?!

– Сегодня утром.

– Машина какая?!

– Я не знаю…

– Какого цвета?

– Не помню… - проклацала Таня зубами. – Кажется, красная…

У меня сердце оборвалось. Неужели… Нет, нет. Но неужели… Нет!

Неужели Глеб?!

Я с трудом освободила Танины руки от туго затянутых веревок и помогла ей подняться.

– Пойдем. Выберемся, а уж потом все объяснишь.

Мы направились к двери, которая вдруг, к нашему обоюдному ужасу, сама открылась, и на пороге возник Глеб с картонной упаковкой в руках, в которой были четыре банки пива.

Девочка, которую я держала за руку, издала такой вопль ужаса, что едва не оглушила меня на одно ухо. В ее крике было столько животного страха, что ее паника передалась и мне.

На лице Глеба промелькнул тоже настоящий испуг, и оно лишилось всяких красок.

Я еще до конца не верила, что он причастен к похищению ребенка, и ждала, пожалуй, его удивленного восклицания: «Что здесь происходит? Кто эта девочка?»

Но он не выказал ни малейшего изумления при виде ее. Его испуг был вызван исключительно моим появлением.

Таня металась и пыталась вырваться, и я поняла, что это единственный способ, ведь Глеб преградил нам выход.

– Беги! – я толкнула Таню в сторону второй комнаты, а сама рванула на кухню.

Растерявшийся Глеб погнался все-таки за мной.

Он быстро схватил меня и развернул к себе лицом:

– Ты какого хрена здесь делаешь?!

– К тебе приехала… - пролепетала я, дрожа, как осиновый лист. – В гости… хотела сделать сюрприз…

– Идиотка! Какого хрена?! Кто тебя звал? – он встряхивал меня за плечи снова и снова. – Что ты наделала?! Дура!

Я краем глаза заметила промелькнувшую девичью фигурку у выхода, но и Глеб ее заметил. Он бросился за ней.

– Нет! Стой! – я ухватила его за руки, но он резким движением нанес мне удар, попав ребром ладони мне в горло.

Я упала на спину и сильно закашлялась. Кашляя и задыхаясь, я поднялась, схватила с плиты большую чугунную сковородку и побежала на улицу за ними.

Я увидела Таню, бегущую по главной дачной аллее, а Глеб был еще только у калитки, за которой стояла его красная машина. Мне удалось его настичь. Я замахнулась на него сковородкой, но он перехватил мою руку, больно вывернув ее на излом. Я вскрикнула от боли и из последних сил ударила его каблуком туфли в ногу. Шпилька впилась ему в кроссовок. Глеб взвыл и схватился за ступню. Я не стала подбирать сковородку, а подняла из травы упавшие ключи от машины.

Вскочила на водительское сиденье, и рванула машину с места. Глеб сам научил меня на ней ездить, и я делала большие успехи. Но кто знал, что мои навыки пригодятся в такой ситуации?..

Я быстро нагнала Таню, притормозила и открыла пассажирскую дверцу. Испуганная и запыхавшаяся девочка запрыгнула в салон. В зеркале заднего вида я заметила бегущего за нами Глеба, но нажав на педаль газа, увидела, что он безнадежно отстал.

Остановились мы только в городе.

– Рассказывай, - велела я, повернувшись всем корпусом к Тане. – Когда, как тебя похитили, кто и зачем? Я хочу тебе помочь. Я тебе не враг, Таня.

– Я это уже поняла, – всхлипнул вконец напуганный ребенок. – Я все расскажу.

Таня – девочка из неполной семьи. А кто, как не сироты или полу-сироты попадают под риск быть похищенными? Живут они вдвоем с мамой на зарплату продавца. Не нищие, конечно, но и шиковать не приходится.

Мама задержалась вчера на работе, делала в магазине переучет. Воспользовавшись отсутствием родительницы, Таня допоздна засиделась за компьютерными играми в гостях у подружки. Когда дети спохватились, на улице уже давно стемнело. Таня побежала домой, надеясь, что мама еще не вернулась и не заметила пропажи дочери. Но в темном безлюдном переулке, у мусорных баков, ее схватили двое мужчин и затащили в машину.