Чтение онлайн

– Угу, - Вовка так и не вернулся в реальность из своих дум.

– Свидание-то хоть было? – попыталась заглянуть в его пустые глаза.

– Было, - хрипло ответил Вовка, но взгляд остался остекленевшим.

– Что-то случилось? Поругались? – участливо положила я руку на его локоть.

– Ира! – он вдруг вскочил, сильно раздраженный.- Отцепись! Не лезь не в свое дело!

Он вихрем умчался в свою комнату. Я, недоумевая, с чего он такой странный, потопала в ванную. Приняв душ, я уселась на кухне у окна, озадаченная отношениями брата, которые, похоже, не приносили ему никакой радости, и выкурила сигарету. Сон не шел, но поглядев на часы, я решила, что пора хотя бы принять горизонтальное положение, иначе утром не встану. Устроившись на диване в гостиной, я осталась один на один с событиями сегодняшнего дня. И, не смотря на все волнения, я уснула с улыбкой на лице, охваченная самым радостным и важным воспоминанием этого замечательного воскресенья…

Ксюха, разумеется, не преминула отведенным нам перерывом, чтобы расспросить о моем вчерашнем «свидании». Я тщательно разжевала ей, что это вовсе и не свидание было, а встреча старых знакомых, но и скрывать свою симпатию к Андрею я от новоявленной подружки не стала. В конце концов, не было в Ксюхе ни малейшего подлога, или скептицизма, или недоброжелательности, и ей можно было рассказать о чем-то личном.

Вовка все еще пребывал в хмуром настроении, причем это продлилось всю неделю, пока в субботу вечером не поговорил с кем-то по телефону, и сразу засобирался, как я поняла, на новое свидание. Я лишь головой покачала, когда он умчался на крыльях любви к девушке, которая, похоже, просто его дурачила. Что это еще за отношения: в какой-то момент оттолкнула парня (хотя «пареньку» уж тридцатник стукнул, - вдвойне подозрительно, как эта девушка водит за нос и помыкает взрослым мужчиной…), а лишь спустя несколько дней, за которые он весь извелся, призвала его к себе. А он и побежал, не чуя под собою ног от радости…

Но суббота принесла мне лишь отголоски тревоги, - гораздо больший повод для переживаний появился у меня накануне, в пятницу вечером, когда я закончила смену.

Покинув наш «связистский» отдел, я позвонила Вовке на мобильный, но он сообщил, что задерживается на работе, и чтобы я его не ждала. Ничего удивительного – как истинный программист, он готов был сутками творить и создавать, и заставлять работать всякие программы.

Мы с Оксаной попрощались у входа и разошлись каждая своей дорогой. Мне нужно было перейти на другую улицу, чтобы попасть на нужную автобусную остановку. По обыкновению, я решила сократить путь до нее, пройдя через дворы жилых многоэтажек.

На улице было еще светло – лето, все-таки. Но дворы были густо засажены деревьями, и в них царили сумерки.

Проходя по темному безлюдному тротуару, я услыхала позади себя шаги, но не насторожилась. Что удивительного в том, что кто-то, как и я, возвращается домой с работы? Но жизнь была бы чересчур прозаична и скучна, если бы все было так просто.

– Ира! – негромко окликнул меня до ужаса знакомый голос.

До ужаса знакомый! Я резко обернулась. Мы находились под тенью густых крон, которые создавали полумрак, но я сразу его узнала. Этот силуэт я бы ни с чьим не спутала.

– Что ты здесь делаешь, Глеб?! – меня охватило отнюдь не доброе предчувствие.

– Тебя жду, что же еще?

Я не видела его лица четко, но поняла, что он усмехнулся, и не по-доброму.

– Как ты меня нашел?

– Не твое дело!

Он сделал по направлению ко мне пару шагов.

– Не приближайся ко мне! – с истеричными нотками в голосе вскрикнула я.

– А мне и не нужно к тебе приближаться,- услышала я все такой же усмехающийся тон.

– Тебе что-то сделали? – дрожащим голосом спросила я. – За то, что не выполнил задание?

Почему-то я все еще отказывалась верить в то, что он замешан в преступлении не меньше своих подельников. Мне было бы легче принять версию о том, что его заставили. Но ведь он скрывал от меня свою «работу» несколько лет. Почему же тогда я не хочу верить очевидным вещам?

– Ты бы лучше поинтересовалась, что я с тобой сейчас сделаю.

Я различила, как в его руке блеснул – без сомнений – пистолет. Он поднял вытянутую руку и направил его на меня.

– Ты меня убьешь? – мой голос слегка подрагивал, но сохранял твердость. – Сможешь?

– А ты думаешь, я тут с тобой в игрушки играюсь? – криво усмехнулся он. – Я проделал такой путь и потратил несколько дней на твои поиски, чтобы просто посмотреть тебе в глаза? Ты какого хрена влезла не в свое дело, дура? – зловеще прошептал Глеб. – Ты хоть знаешь, как меня подставила? Свидетелем чего стала?

– Можешь мне поверить, знаю, - во мне появилась непонятно откуда взявшаяся смелость и даже дерзость. – Но до этой минуты не могла принять сердцем того, что ты все это время занимался киднеппингом. Умом понимала, глазами видела, но сердце противилось до последнего, пока ты не направил на меня пистолет. Похоже, я несколько лет дорожила своими отношениями с полным отморозком.

– Закрой рот, сучка. Я из-за тебя влетел на такие бабки! Заплатил неустойку Рифату, но и этого оказалось мало. Я просто обязан тебя убить, чтобы это досадное происшествие как-то стерлось из моего «резюме». Мне Рифат чуть башку не оторвал за то, что моя же собственная баба завалила операцию. Дура! У нас уже заказ был на малолетку, а ты все испортила! Пришлось другую искать! А это время, дорогая, время!

– Ты сумасшедший! – прошептала я. – Как ты можешь так спокойно отбирать этих девочек у их родителей, а у девочек – их семью, и отдавать в лапы мерзких педофилов! Ты урод! Моральный урод, вот кто!

Глеб резко ринулся ко мне и, обхватив за талию и руки так, чтобы я не могла пошевелиться, приставил к моей голове пистолет.

– Глеб, пожалуйста, неужели ты сможешь убить меня? – прошептала я. – Неужели сможешь в меня выстрелить?

– А почему бы нет? – зло процедил он сквозь зубы, дыша мне в лицо. – Ты так крупно меня подставила! Что вполне заслужила пулю!

– Глеб, но ты же не такое чудовище, чтобы пустить пулю в лоб близкому человеку…

– Ты меня плохо знаешь, - его глаза лихорадочно блестели жаждой крови.

– Ты меня тоже! – я резко лягнула его по ноге, поскольку руками я пошевелить не могла.

Да, это было рискованно, но, чем без писка дать ему застрелить меня, я лучше поборюсь.

Глеб охнул, и я боднула его головой, попав в нос.

Он схватился за нос и отстранился.

– Сучка!

Я, воспользовавшись свободой, оттолкнула его и бросилась бежать, но в темноте споткнулась и шлепнулась прямо животом на тротуар. В ту же секунду раздался выстрел, но пуля чиркнула где-то рядом об асфальт, не зацепив меня. У меня болели пальцы ноги, которой я его ударила, лоб, которым я засадила ему в нос, а теперь еще и разодрала ладони. Неудачно осуществлялся мой героический побег, нечего сказать! Я перевернулась на спину, увидела, что Глеб побежал ко мне, снова перекатилась и вскочила на ноги.

Глеб опять направил на меня оружие, но снова промахнулся: мешал кровоточащий нос – ему то и дело приходилось задирать голову вверх.

Я заорала, прося о помощи, но двор и впрямь был безлюден.

Но убегать бесполезно, хлестнула меня догадка. Это будет всего лишь отсрочка. Завтра он попытается убить меня снова.

И тут он меня настиг, обхватил рукой за плечи, и снова я почувствовала виском дуло.

– Ай! – пикнула я, обожженная безрадостной мыслью, что проиграла и вот-вот расстанусь с жизнью.