Чтение онлайн

Оказывается, оно всё ещё такое же яркое, как и тогда.

— Мы готовимся к родео в Билере через пару недель, — сказал я.

— Удачи. Я уверена, у вас всё получится.

Я слегка кивнул.

— То, что мы притворялись друзьями на встрече в церкви, помогло тебе в том, что ты хотела?

— Не знаю. — Она пожала плечами, сжав руки. — Вы упрямые. Я ожидала, что город будет настроен против меня, но всё же надеялась, что меня простят быстрее.

— Они простят.

Может, кроме Дасти, но остальные точно. Джун было слишком легко любить, чтобы кто-то мог долго держать на неё обиду. Я был тому ярким примером. Я изо всех сил старался держаться за свою обиду, но, находясь рядом с ней, я просто хотел быть ещё ближе. Возможно, моя дистанция играла роль в том, как с ней обращались остальные.

— Я постараюсь лучше, когда мы будем среди людей.

— Такер, я не хочу ранить тебя больше, чем уже сделала. Я просто…

Она закрыла глаза на секунду, и вместе с этим забрала мое дыхание. Когда она снова открыла их, я понял, что не смогу сдвинуться с места под её взглядом. Я стоял здесь, на нижней ступеньке крыльца её отца, жалко ожидая, что она даст мне хоть маленький кусочек себя. Чёрт с этими глупыми идеями. Я всё ещё был влюблён в неё, и это было смешно.

Её влияние на меня было крепче, чем электрифицированный кулак.

— Я пообещала отцу остаться, пока он не сможет снова ходить. Ну, хотя бы водить машину. Он думает, что на это уйдёт пара недель, но я ставлю на два месяца. — Её взгляд был обеспокоенным. — Я хотела предложить уехать. Если моё присутствие здесь для тебя слишком тяжело, я хотела сказать, что могу уехать. Но… я не могу, Такер. Я не могу бросить отца.

Моё тело сжалось при мысли о том, что она снова так скоро уедет. Это было больно, как будто кто-то сжал грудь. Конечно, я не хотел каждый день сталкиваться с ней, но она ведь только что вернулась.

Джун спустилась на одну ступеньку, оказавшись на расстоянии вытянутой руки, и положила ладонь мне на предплечье, слегка сжав, пока я не посмотрел ей в глаза.

— Я могу избегать городских мероприятий. Не приходить на встречи, не участвовать в сборах и мероприятиях, держаться подальше от всего, что не касается моего дома или книжного магазина, если так будет лучше для тебя. Просто скажи.

Это была Джун, яснее некуда, говорящая, что она достаточно заботится обо мне, чтобы щадить мои чувства, если я этого захочу.

Но хочу ли я этого? Она предлагала мне лёгкий выход. Что-то, что облегчило бы ситуацию, но в то же время это пугало. Да, быть рядом с ней было тяжело. Но это не значило, что мне это не нравилось где-то глубоко-глубоко внутри.

Правда была в том, что я не мог мешать ей проводить время с отцом. Я видел, как он наслаждался её присутствием на встрече в церкви. Может, он хотел защитить её? Может, следил, чтобы её не обидели? Нет, это было не так. Ему просто нравилось, что она снова рядом.

Факт был в том, что он скучал по ней. И я тоже скучал, но не давал себе такой роскоши больше.

Факт был в том, что мне нравилось, как она держится за мою руку, намного больше, чем должно было бы.

— Тебе не нужно избегать меня, Джун. Мы оба теперь взрослые.

Её пальцы чуть сильнее сжали мою руку, заставляя меня наклониться ближе.

— Ты был таким злым, и я старалась уважать… — начала она.

— Я не был злым, — перебил я.

О, как же она ошибалась. Я поднялся ещё на одну ступеньку, почти касаясь её, так что наши глаза оказались на одном уровне. В животе вспыхнуло тепло, напоминая, как я когда-то любил дразнить Джун и как это дразнение часто переходило в нечто гораздо более приятное.

— Я был ранен. Я не хотел быть рядом с тобой, потому что это причиняло боль… но я не был злым.

Её дыхание сбилось, взгляд зацепился за мой. Она всё ещё держала меня на крючке, и я ничего не мог с этим поделать. Возможно, свидания с другими женщинами в конце концов вытолкнут её из моей головы, но пока это не сработало. Вчера вечером, когда Мэдди обвивала меня руками во время игры в курицу на реке, я думал только о Джун, которая собирала вещи в папин грузовик и разговаривала по телефону, уходя прочь.

Плечи расслабились, напряжение в них улетучилось, как только я понял, что, возможно, мне не придётся избегать Джун вечно. Сейчас я чувствовал себя лучше, стоя рядом и спокойно разговаривая. Может быть, дело было в том, что она нуждалась в помощи и пришла ко мне.

— Значит, всё ещё друзья? — спросила она.

— Всё ещё друзья, — подтвердил я, и на этот раз это звучало искреннее, чем в прошлый раз, когда мы заключили это соглашение. Может, причина, по которой я не мог забыть её последние пять лет, заключалась не только в боли или обиде, что гнили в моём разбитом сердце. Может, потому, что я всё ещё хотел, чтобы Джун была частью моей жизни.

Если я не могу быть с ней, могу ли я довольствоваться её дружбой?

Или, может, это было слишком многим для меня.

Я сделал шаг назад, и её рука опустилась.

— Дасти ждёт. Мне пора.

— Я могу отвезти тебя домой.

— Тут всего двести шагов, Джун.

Она улыбнулась.

— Ладно. Иди пешком. Больше не настаиваю.

Моё сердце сжалось странным образом. Неужели я действительно хотел, чтобы она перестала пытаться? Что-то в её стремлении всё исправить проникало в меня так глубоко, что усиливало каждый удар сердца.

Когда я вернулся домой, Дасти сидел на диване. В доме пахло мамиными энчиладами и осуждением. Я прошёл мимо него и направился на кухню проверить еду.

— Не смотри на меня так.

— Как именно? — спросил он, следуя за мной. — Как на человека без самоуважения или как на того, кто напрашивается на неприятности?

— Ладно. Напрашивается на неприятности? Ты это от моей мамы набрался?

— Возможно. Она думает, что так и есть, — пробормотал он, проводя рукой по своей тёмной щетине.

Я перестал доставать тарелки и повернулся к нему лицом.

— Ты действительно разговаривал с моей мамой?

Он прислонился к косяку двери и пожал плечами.

— Мы оба за тебя беспокоимся.

Опять эти хождения по тонкому льду.

— Ценю заботу, чувак, но серьёзно, хватит наезжать на Джун.

Взгляд Дасти стал твёрдым, напряжённым.

Я смотрел прямо на него в ответ. Я не собирался позволить ему доминировать надо мной и заставить признать, что Джун поступила со мной несправедливо. Да, она причинила мне боль. Но, может быть, хватит уже на этом зацикливаться?