Любовь рядом
Шрифт:
Она даже не стала возражать, когда он написал в своем блоге на сайте пост о том, что Грейс, как и многие другие женщины, была большой поклонницей «мне все равно, всё, что ты хочешь» в отношении еды и фильмов, только чтобы презрительно фыркнуть, когда то, что он хотел, было явно неправильным выбором.
Он полностью раскрыл эту маленькую женскую хитрость.
Но обиделась ли она? Обиделась ли она на него за то, что он использовал их обеденный спор «я хочу не тайскую, а китайскую кухню»?
Нет. Она была невозмутима.
Точно так же, как он не уклонился, когда она сообщила о том, как он обратил внимание на слишком большую грудь хозяйки. Он хотел быть осмотрительным. Он думал, что был осмотрительным. В конце концов, он был джентльменом. Но Грейс поймала его, и он ничуть не возражал.
Вот что они делали — встречались для всеобщего обозрения. Это было похоже на реалити-шоу без реальности. Не совсем по сценарию, но и не совсем по-настоящему.
За исключением тех случаев, когда все было по-настоящему.
И, к несчастью для него, гораздо чаще это казалось реальным. А для нее... ну, насколько он знал, она все ещё находилась в состоянии буйства «все мужчины могут отправиться к чёрту». Он не был идиотом. Он точно знал, чем закончиться то свидание в прошлые выходные.
Грейс Брайтон целыми днями писала о сексе и разговаривала с женщинами, которые писали о сексе, и все же у нее был только один парень.
Так что, конечно, она хотела поэкспериментировать.
И конечно, она выбрала бы для эксперимента Джейка Мэлоуна, не состоящего в отношениях. В конце концов, он предложил.
Так почему же он чувствовал себя таким... использованным?
Разве он не был виновен в том же самом? Это был Нью-Йорк. Случайный секс был такой же обыденностью, как и еда на вынос.
Но это был не просто секс.
Это был горячий секс. Действительно горячий секс.
Ну и что? Через две недели ты будешь в другой стране, а Грейс Брайтон будет счастливо жить одинокой жизнью.
— Ладно, значит ты знаешь, какой у нее любимый цветок, но ты с ней не спишь, — сказал Коул.
— Верно.
— Кэссиди сказал мне, что он отстраняет тебя от проекта в конце месяца.
— Ага. Кэссиди также сказал тебе прийти сюда и надоедать мне, или это была твоя собственная блестящая идея? Разве тебе не нужно в какую-то раздевалку, чтобы следить за кем-то, или выведать о спортивном бандаже?
Коул положил бейсбольный мяч совсем не на то место, где он его нашел, и начал играть ручкой, которую отец Джейка подарил ему на окончание колледжа. Джейк оставил попытки вернуться к своей работе и выхватил ручку из рук Коула.
— Значит, после этого месяца ты завязываешь с Грейс? — спросил Коул.
Нет.
Чёрт. Откуда взялась эта мысль? Дерьмо.
— Разве это не то, что я только что сказал? — Джейк огрызнулся.
— Отлично.
— Ещё бы, — сказал Джейк с энтузиазмом, которого он не чувствовал.
— Значит, ты не будешь возражать, если я приглашу ее на свидание?
Ручка в руке Джейка вдруг стала казаться ему не столько ностальгической письменной принадлежностью, сколько потенциальным оружием.
— Ты хочешь встречаться с Грейс?
Коул поднял плечо.
— Мне понравилось то, что я увидел, когда она пришла сюда в тот день. Она классная, понимаешь?
Он понимал. Она также принадлежала ему.
— Она не в твоем вкусе, — огрызнулся Джейк.
— Может, и нет, — дружелюбно сказал Коул. — Но разве не для этого нужны свидания? Чтобы выяснить это?
Чёрт побери. К чёрту все это. Не было абсолютно никакого разумного объяснения, почему Коул не может пригласить ее на свидание. Все, что он мог сделать, это ждать, что Грейс откажет Коулу.
И, конечно же, Грейс откажет ему. У нее был весь этот план на шесть месяцев.
Но после шестимесячного плана? Что потом? Коул был хорош собой. Богаче, чем грех. И он был похож на человека, который когда-нибудь захочет детей, миксер Kitchen-Aid и членство в теннисном клубе. Коул вряд ли сорвется и уедет в Пекин или Рейкьявик, потому что у него было непреодолимое желание.
Джейку нравилась Грейс. И поскольку она ему нравилась, он хотел, чтобы она была счастлива. Как только она преодолеет эту фазу одиночества, она захочет кого-то, кто знает, как быть хорошим парнем.
Она заслуживала кого-то, кто знал бы правила, выходящие за рамки «если любишь — отпусти».
Ты можешь остаться.
Нет. Чёрт. Он не мог остаться. Он не хотел быть никому не нужным журналистом, занимающимся одним и тем же до пятидесяти лет. Он хотел развиваться. Побывать в разных местах.
Он хотел счастья.
Грейс могла стать счастьем.
Он откинулся назад и закрыл глаза, пытаясь побороть предательские мысли, которые так и рвались наружу.
Грейс была не для него. Грейс была... особенной. И она заслуживала человека, который не питался три раза в день чипсами, потому что забыл сходить за покупками, и чей послужной список с женщинами достиг максимума ровно за три месяца и девятнадцать дней, прежде чем ему стало скучно.
Он бы не поступил так с Грейс.
— Ты должен попробовать, — сказал он Коулу, с легким удивлением обнаружив, что слова не застряли у него в горле. — Пригласи Грейс на свидание. Если тебе понадобятся какие-то подсказки, просто дай мне знать.
— И ты уверен, что не возражаешь?
— Да.
Я просто хочу убить тебя. Вот и все.
— Хорошо. Тогда я также полагаю, что ты не будешь возражать против того, что в приемной сидит устрашающая блондинка, которая требует встречи с тобой. Она говорит, что вы двое связаны?
Джейк замер.
— Короткие волосы или длинные? Пухлая или худая? У нее была родинка слева от рта?
Коул поднял брови.
— Есть несколько вариантов устрашающих блондинок, ожидающих в приемной твоего офиса?