Чтение онлайн

— Позвать его сюда, сэр? — спросила официантка.

— Если он здесь, то, конечно, позовите, будьте так любезны, — сказал Герберт.

Официантка сделала книксен и удалилась. Снедаемая любопытством, Кларри развязала ленту. Сняв крышку, она обнаружила, что корзина полна деликатесов: сыра, пирожных, орехов, засахаренных фруктов, пакетов с чаем и кофейными зернами.

— Какая щедрость! — воскликнула она.

— Вы достойны ее, — раздался низкий голос за ее спиной.

Резко обернувшись, Кларри увидела Уэсли. Он сдержанно поклонился ей и протянул Герберту руку.

— Мы знакомы, не правда ли? — спросил Герберт.

— Уэсли Робсон, родственник Вэрити. Я был на свадьбе вашего сына.

— Да, конечно, — вспомнил Герберт, пожимая ему руку. — Это очень великодушно с вашей стороны и довольно неожиданно.

— Я был другом отца Кларри в Индии, — объяснил ему Уэсли. — Это лишь скромное проявление почтения к Белхэйвенам и к вам лично.

— Мы чрезвычайно вам признательны, — сказал Герберт, восхищенно глядя на Кларри, — не правда ли, дорогая?

Они оба смотрели на нее. Ей стало тяжело дышать. Бешено пульсирующая кровь шумела в ушах.

Проявление почтения к Белхэйвенам? Друг ее отца? Какая наглая ложь! Но еще более неприятным, чем его наглость, стало открытие, что Уэсли является владельцем этого заведения — ее любимой чайной. Всего два дня назад Кларри хвасталась ему, что здесь состоится ее свадебная вечеринка. Она внутренне сжалась при воспоминании о том, как она отчитывала Уэсли в его собственном заведении, а затем умчалась. Ее окатила жаркая волна стыда.

— Кларри? — снова обратился к ней Герберт.

— Да, — проговорила она слабым голосом, стараясь не смотреть Уэсли в глаза. — Мы очень вам благодарны.

— Могу ли я просить разрешения потанцевать с невестой? — спросил Уэсли.

— С радостью предоставляю вам такую возможность, — улыбнулся Герберт. — Боюсь, сам я не в состоянии танцевать.

Кларри тревожно взглянула на супруга. Меньше всего ей хотелось танцевать с Уэсли, но как она может отказаться? Герберт кивнул ей, приободряя.

— Иди, моя дорогая. Я хочу, чтобы ты наслаждалась этим вечером так же, как и я.

Уэсли протянул Кларри ладонь, глядя на нее. Девушка тяжело сглотнула и выдавила из себя улыбку, подавая ему вспотевшую, дрожащую руку.

Проведя Кларри к танцующим, Уэсли обнял ее за талию. У нее учащенно забилось сердце, и ее охватила слабость. Она чувствовала, что вот-вот упадет в обморок.

— Вы хорошо себя чувствуете, Кларри? — спросил Уэсли, крепче сжимая ее в объятиях.

— Да, — выдохнула она.

Он сделал первые па, и у нее закружилась голова.

— Посмотрите на меня, Кларри, — прошептал ей Уэсли.

Нехотя она выполнила его просьбу. Они были так близко друг к другу, что она хорошо видела зеленые радужные оболочки его глаз между черными ресницами и ямочку на подбородке. Кларри вдруг испытала желание, такое же сильное, как и много лет назад, когда этот человек поцеловал ее. Придя в ужас от этого чувства, она попыталась вызвать в себе недавний гнев.

— Почему вы не сказали мне, что являетесь владельцем «Имперской чайной»? — спросила Кларри с упреком.

— Вы не дали мне такой возможности, — ответил Уэсли, глядя ей в глаза. — Вы убежали от меня, как испуганный заяц.

— Прошу прощения, — сказала Кларри, краснея. — Это было невежливо с моей стороны.

— Вы огорчились по моей вине, — возразил Уэсли. — Но я был сбит с толку неожиданной встречей с вами. Подумать только, вы все это время жили у Стоков! Мы могли встретиться в любую минуту…

— Я думала, что вы торгуете чаем в Лондоне, — произнесла Кларри, уводя разговор в сторону.

— Да, я занимался этим некоторое время. После женитьбы Берти я снова уехал в Индию. Но обстоятельства заставили меня вернуться, и у меня появилась возможность купить чайную. Я намереваюсь открыть еще несколько подобных заведений.

Кларри уколола зависть: он мог так спокойно, как будто между делом, говорить об открытии чайных. Она была бы счастлива, если бы владела хоть одной из них. Кларри подумала о том, что успешные Робсоны снова обошли Белхэйвенов.

Уэсли привлек ее к себе.

— Если бы только рядом со мной была достойная бизнес-леди, с которой можно было бы совместно вести дела, кто-нибудь, кто хорошо разбирается в чае…

Он опять над ней смеется? Или это предложение?

— Вы всегда думаете о делах. Даже на свадьбе, — сухо отозвалась Кларри.

Она вспомнила элегантную даму в красной шляпе, которую видела вместе с ним.

— Так что же, миссис Уэсли Робсон пока еще нет?

— Нет, — ответил он.

К своему удивлению, она заметила, как на его щеках выступил румянец.

— Нам следовало бы встретиться раньше, Кларри. Если бы я только знал, что вы здесь, в Ньюкасле! Я никогда не видел вас такой прекрасной, — сказал Уэсли, пристально глядя на нее.

— Не надо, — прошептала она.

— Но это правда. Мне больно видеть, что вы вышли замуж за человека, который почти в три раза старше вас.

— Как вы смеете говорить мне такое в день моей свадьбы?! — воскликнула Кларри возмущенно. — Это ничего не изменило бы. Неужели вы думаете, будто я могла допустить хотя бы мысль о замужестве с Робсоном?

Уэсли крепко прижал ее к себе, кружа по залу.

— Но вы допускали эту мысль, — проговорил он строго. — Вы приезжали в Оксфорд, чтобы встретиться со мной. Я знаю, вы кое-что чувствовали ко мне…

— Тогда я была очень юной, — оборвала она его. — На этот шаг меня толкнуло отчаяние. Но я не повторила бы этой ошибки.

— Я вам не верю, — сказал Уэсли. — Если бы я отыскал вас до того, как Герберт сделал вам предложение, думаю, вы были бы ко мне более благосклонны.

Рассерженная его самонадеянностью, Кларри процедила:

— Вы ошибаетесь. Я виделась с вами задолго до нашей последней встречи. Это было в парке, в Саммерхилле, в день свадьбы Берти. Если бы я питала, как вы говорите, благосклонность к вам, я открылась бы вам тогда, а не назвалась бы чужим именем.

Уэсли удивленно уставился на нее.

— Так то были вы?

— Да, я. Я могла бы тогда сказать вам, кто я, но не захотела.

Кларри собрала всю свою волю, чтобы произнести следующие слова высокомерным тоном:

— Я не люблю вас и никогда не любила. Поэтому, прошу вас, оставьте меня в покое. Я жена Герберта, и вам не следует говорить мне подобные вещи.