Чтение онлайн

— Почему?

— Потому что, когда Андрей вернулся, Степа сказал ему, что я отдалась Степану по доброй воле и пол деревни еще приплел. — усмехается. — А тот поверил брату, а не мне. Бросил меня и уехал. Не знаю куда.

— А Степан?

— А Степан все же изнасиловал одну девушку в нашей деревне, она забеременела от него, но бедняжка не выдержала и утопилась.

— На пруду? — выпучиваю глаза.

— Нет, на речке, километра два отсюда. Но его бог наказал, — кивает своим словам, — в пьяной драке убили его. — вздыхает. — Я что хочу сказать своим рассказом, из-за недоверия мы потеряли друг друга с Андреем, ведь я ему все рассказала, а он поверил брату. А я… Я не смогла построить отношения и как видишь погубила свою жизнь одним походом в лес. Но, — берет меня за руку, — у тебя другая история, ты уже не любила того, хм «человека», и сейчас не любишь, так зачем губишь себя?

— Боюсь, — плачу.

— Это нормально, — вижу тетя тоже вытирает слезы, — нормально, дочка, но если всю жизнь бояться, то можно очнуться одинокой старухой в богом забытой деревне.

После разговора с тетей я долго прокручивала её слова. Ведь она права, я молода, да потаскана жизнью, но я женщина, которая почувствовала тягу к мужчине. Даже если это будет мимолетный деревенский роман, ведь я понимаю, что Ваня тут лишь в отпуске, я хочу, чтобы он был!

Вечером освежившись в бане, надеваю джинсы и футболку, на ноги кеды и иду к соседям. Тетя вручает молоко и яйца, якобы чтобы Анне Сергеевне утром не приходить.

Звоню в звонок, вроде, как и предлог прихода имеется, а меня трясет. Может он уже передумал и не хочет общаться со мной?

— Ой, Мира, здравствуй, — открывает мне Анна Сергеевна, — проходи.

— Здравствуйте, тут Вам тетя передала, — вручаю банку и пакет с яйцами.

— Спасибо, — улыбается.

— Сказала потом рассчитаетесь, — мнусь на пороге.

— Конечно, конечно. Зайдешь?

— М-м-м, а Ваня дома? — боже, как в детстве. Мысленно бью себя рукой по голове.

— Дома, — улыбается, — позвать? Или ты все же войдешь?

— Позовите пожалуйста, если вам не трудно. — прошу я.

— Не трудно, — кивает и уходит.

Хожу из стороны в сторону, мотаю руками. В голове прокручиваю речь. Но вот он появляется в дверях и все слова вылетаю из моей головы. Он высокий и крепкий мужчина, почти занимает весь проем, может быть именно этот факт дает мне ощущение защиты и безопасности.

— Привет, — произношу неуверенно.

— Привет, — спускается с крыльца и обувает кроссовки, — ты хотела меня видеть? — подходит ближе. На нем спортивные штаны и майка, у него очень красивое тело, я оценила на пруду.

— Да, мы можем поговорить?

— Конечно, — кивает, — пойдем за дом, там беседка.

Идем в том направлении, он впереди, я сзади. Меня даже и не видно из-за него. Садимся напротив друг друга. Он откидывается на скамейке, я сижу с идеально ровно спиной.

— Вань, — во рту сухо от волнения, он молчит, смотрит на меня, — по поводу нашего разговора на пруду.

— А что его обсуждать? Мы вроде все сказали друг другу. — достает пачку сигарет и закуривает. А я сижу с открытым ртом. Не думала, что он курит. Не думала, что это будет так сексуально.

— Я готова попробовать, — опускаю взгляд, — и открыться тоже, но я боюсь.

— Я тоже, Мира, — выдыхает густой дым, — я тоже.

Иван

Молчит, лишь глаза бегают. Растеряла всю решительность?

— Так что? — подталкиваю её.

— Ты хочешь всего и сразу, — усмехается она, опускает взгляд на ладони. Делаю тоже самое, вижу, как дрожат её руки. Боится? Или волнуется?

— Я такой, — киваю. — И если ты решила продолжить, то свыкайся с этим. А еще я мнительный, честный, вспыльчивый, но… отходчивый. И сегодня я вспылил, — тушу сигарету и закидываю мятную конфету в рот. — Я ведь в тебя с пол-оборота, — усмехаюсь, — а тебе не мил.

— Вань, — двигается чуть ближе ко мне, — ты не прав.

— В чем же? — скрещиваю руки на груди.

— Что не «мил» мне, — вскидывается.

— М-м-м, тогда иди ко мне.

— Что? — пугается.

— Ближе сядь, — смеюсь, — не съем я тебя.

Пересаживается рядом со мной, бедром чувствую её тепло. Так хочется обнять, почувствовать запах кожи. Аж руки зачесались, тру ладони друг об друга.

— Рассказывай, — опираюсь локтями на колени.

— Только не перебивай, — громко сглатывает. Киваю.

— Моё полное имя Лаврентьева Мирослава Вячеславовна, родилась пятнадцатого августа девяносто четвертого, высшее образование, обожаю… обожала рисовать, — улыбается, — моя страсть к живописи и сделала меня такой. — вытирает ладошки об джинсы, видимо от волнения потеют руки. — Однажды, я рисовала в парке, в Питере, я оттуда. И со мной познакомился парень. Я была наивна, ведь обычно парни считали меня блаженной, не нормальной, — сжимаю кулаки, каждому бы зубы выбил, но молчу. — И поэтому было в новинку общение так скажем «с интересом». — вздыхает. — Он ухаживал за мной, дарил цветы. Я влюбилась, наверно. Хотя сейчас думаю, что просто сильно увлеклась.

— Дальше, — после минутного молчания прошу.

— А дальше, он начал приставать, — голос задрожал, — а я…я не хотела. Я с детства считала, что у меня будет один мужчина на всю жизнь и…

— Берегла себя для мужа?

— Ну да, — сажусь в полубоком, чтобы видеть её эмоции. — А он, он был очень настойчив, агрессивен. И в один из таких моментов ударил… Я убежала тогда, сообщила родителям, но… он их подкупил, заявил, что я его невеста и скоро мы поженимся, они о таком зяте и мечтать не могли. — морщится.

— О каком таком? Он богат и влиятелен?

— Его отец, — кивает, — ну и он соответственно. Когда он ударил меня второй раз и пытался, пытался…

— Я понял, — перебиваю её.

— Я пошла в полицию, написала заявление. Ваня, — неосознанно хватает меня за руку, пытаясь доказать, что так и было, глупая, я итак вижу, что ты не врешь, — я честно хотела, чтобы он отстал от меня и моей семьи. Я его очень боюсь, — вижу её слезы. Но я должен услышать рассказ до конца, если обниму она еще больше разрыдается. — Но, что может молодая девушка против системы. Как только увидели на кого я написала заявление сразу же порвали его, а меня вытурили.

Вот суки, ну я найду то отделение, не переживай девочка.

— Я пошла домой и снова просила защиты у отца, но он наорал, ударил и запер в спальне. Кричал, что он растил нас столько лет и теперь мы ему должны. И если я сама не готова «рогатку» раздвигать, то он вполне может помочь в этом. — слышу скрип своих зубов. Старый утырок, он тоже ответит. — В итоге мне хотела помочь моя сестра, Агата. Но у нас не получилось сбежать. Люди того мол…

— Имя, Мира! — злюсь, почему она прикрывает его.