Чтение онлайн

Он слегка пожимает плечами, и хотя я вижу, как вопрос почти крутит шестеренки в его голове, он, кажется, погружается в свои мысли. Видимо, вопрос и впрямь был сложным.

Мы снова погружаемся в долгое молчание, и мне приходится гадать, почувствовал ли он тот вопрос, витавший на моих губах, даже не заданный.

— Что ж, э-э, у меня кое-что есть для тебя, — говорит он, прочищая горло и выпрямляясь, когда поворачивается ко мне. Я смотрю на него с удивлением и чувствую легкое трепетание возбуждения где-то внутри, кажется, в районе печени. На мгновение я вспоминаю цветы, которые он оставил на моем столе. Кажется, я не осознавала, как сильно хотела какого-то маленького, непринужденного романтического жеста от Совена до этого самого момента. Чего-то, что ясно демонстрировало бы чувства или намерения.

Я вижу, как он сдерживает улыбку или нечто максимально близкое к улыбке, учитывая строение его челюстей.

— Ты уже довольно долго работаешь с нами, так что я хотел бы вручить тебе подарок за пять лет службы, — говорит он, извлекая довольно стандартного вида ожерелье с подвеской, на одной стороне которой вытеснена эмблема Зловещего Господства, а на другой красный камень.

Я замираю, моргая.

Совен счел это подходящим моментом, чтобы надеть ожерелье мне на шею.

— Я думала, мне полагается выбрать что-то из каталога компании, — выдавливаю я, и это единственная мысль в голове, не связанная с громоподобным разочарованием. Я едва решаюсь признаться себе, из-за чего разочарована, на что так надеялась. На что-то искреннее. Что-то вроде тех цветов, но без открытки, которая превращала их из романтического жеста в неловкое извинение.

— Это подарок на юбилей, — он пожимает плечами и выглядит таким довольным собой, вручив мне этот поздравительный юбилейный подарок.

Затем он, кажется, замечает мою не слишком-то восторженную реакцию.

— Тебе… не нравится?

— Оно прекрасно, — быстро говорю я. — Я, э-э, буду хранить его вечно.

Он снова растягивает губы в подобии улыбки вокруг клыков, и мое сердце слегка сбивается с ритма. Я не могу продолжать возлагать на него надежды.

6

Когда на следующее утро я пришла на работу, мой стол был украшен конфетти. Моя старая, опустевшая кабинка, разумеется.

Остальные в офисе, видимо, знали, что у меня пятилетний юбилей, и Джанис даже воспользовалась случаем, чтобы принести кексы без сахара. Честно говоря, я до сих пор не могу определить, был ли это добрый жест или нет.

По крайней мере, они не знали, что я уже переехала, и мой настоящий рабочий стол в приемной Темного Святилища остается идеально чистым. Тем не менее, я задержалась у опустевшей кабинки с ежедневником, составляя список дел на день и принимая поздравления от сотрудников бухгалтерии. Рэндалл даже вручил мне открытку, что было неожиданно мило с его стороны.

Я нырнула в уборную после того, как кто-то осыпал меня пригоршней конфетти под возгласы «с пятилетием», и пока выковыривала блестки из волос, взгляд упал на цепочку ожерелья, уходящую под платье, кулон был скрыт воротником.

Я потратила каждую свободную минуту перед работой, пытаясь решить, надевать ли его вообще. Было немного пошло носить в офисе ожерелье с символом Зловещего Режима. Не то чтобы мне нужно было это афишировать.

Но Совен выглядел таким гордым, вручая его мне, что я почувствовала себя виноватой, оставив его дома. Дело было не в том, что оно некрасивое; дело было в его значении. Вернее, во всех тех значениях, которых у него не было, а мне так хотелось обратного, как какой-нибудь глупой, наивной смертной. В итоге я пошла на компромисс, надела его, но запрятала под блузку.

Я повертела цепочку в пальцах и наконец решила вытащить кулон, позволив ему открыто лежать на груди. Если уж и был день, когда его стоит надеть, то, пожалуй, в мой пятилетний юбилей на этой работе.

Я вышла в офис с открыто надетым ожерельем и вернулась к своему столу в приемной.

Здесь было странно тихо, и я не знала, нравится мне это или нет. Я жаждала этой тишины, этого уединения всю неделю, пока ждала, когда мой стол восстановят, но теперь у меня не осталось ничего, что отвлекало бы меня от взглядов на узкое пространство между моим столом и дверями Темного Святилища.

И вот, когда я отвела взгляд в другую сторону, меня осенило: окно во всю стену исчезло. Раньше я могла смотреть через него в офис, махать людям в кабинках. Теперь здесь была просто стена.

Это изолирует. С какой стати Совен убрал окно?

Я вздрагиваю, услышав, как Совен зовет меня по ту сторону дверей.

— Лили?

Я сижу неподвижно и какое-то время просто смотрю. Конечно, он знал, что я здесь, я же обычно тут. Не знаю, боюсь ли я переступить этот черту между нами или надеюсь на это. Я знаю, что не могу перестать думать о нем, но я также знаю, как легко он может разбить мое сердце.

Я встаю и на мгновение расправляю юбку, будто это что-то изменит. Он видел меня куда более растрепанной. Я тяну время.

Я открываю двери Святилища и заглядываю внутрь. Глаза привыкают к свету, я замечаю, что его стол пуст. Мои брови сходятся, пока взгляд скользит по встроенным книжным полкам, ящикам с ингредиентами и небольшой библиотеке алхимических текстов.

— Вы звали, Совен? — окликаю я, оглядывая все привычные места. Пока это еще не вылетело из головы, спрашиваю: — И что это вдруг с, э-э, моим окном? Его нет.

И тут я замечаю Совена посреди ритуального круга.

Алтарь выглядит иначе, чем обычно. Сегодня это сиденье, достаточно большое, чтобы вместить Совена, и он откидывается в нем с комфортом, обнаженный, с тремя членами, живописно покоящимися на его бедре.

Я слегка смущена, видя его в таком виде, все-таки раннее утро на дворе.

Вид его, осознание той страсти и упоения, что он способен пробудить в моем теле во время этих ритуалов, мгновенно разжигают тепло внизу живота и вызывают влажность между ног.

— Ах, — выдаю я, закрывая за собой дверь и подходя к нему. Я чувствую себя немного глупо с ежедневником и списком дел на день, а также свежезаправленным пером в руках. Сомневаюсь, что он хочет прямо сейчас услышать о сообщениях или встречах.

Совен кивает, жестом когтя подзывая меня ближе. Я быстро оставляю ежедневник и перо на ближайшем столе, поднимаюсь на платформу и устраиваюсь у него на коленях, как уже вошло в нашу привычку за последнюю неделю.

— Сегодня у меня кое-что новенькое для тебя, — проурчал он, проводя когтем по ложбинке между моих ягодиц поверх юбки.

Мое тело отозвалось волной жара и трепетным возбуждением.

— Что именно?

Он открыл стеклянный флакон с темно-синей жидкостью, переливающейся в свете свечей. Я наблюдала, как он тянется к столу и поднимает нечто небольшое.

Совен поймал мой взгляд, любопытство на моем лице было очевидным.

— Приподними юбку, — он кивнул.

Я откинулась на его коленях, задрала юбку до живота и широко развела ноги.

— Это и есть сюрприз? — спросила я, не отрывая глаз от маленькой штуки в его руке. Она была металлической, яйцевидной формы, расширяющейся к основанию. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, где я видела нечто подобное раньше. Ах.