Чтение онлайн

Через непонятно сколько дней зашёл врач и будничным тоном объявил, что Ди и Сью скончались. Сью не пережила операцию, а Ди, узнав про это, просто уснула, так и не открыв глаза.

Джек замолчал. Каждая фраза в его истории постепенно разрезала мою грудь, пока она полностью не оказалась вскрыта. Отчасти я понимал, почему Джек винит себя, но в мире не нашлось бы слов, способных его утешить. Потому я тихо произнёс, подняв стакан:

– Покойтесь с миром. – С моих глаз скатились слёзы.

Джек повторил моё движение, закурил сигарету и замолчал, позволяя алкоголю и музыке лечить его мёртвую душу.

– Ты уже их видел?

– Как только отпустили, сразу помчался в больницу. Благо дом был по пути и мне не пришлось до конца терпеть компанию таксиста, который будто специально решил ехать по всем правилам. Дома я переоделся, взял ключи от второй машины и быстро поехал в центр, не обращая внимания на ограничивающие знаки. Скажем так, они просто исчезли из моего восприятия.

Как увидел их, по началу не узнал: тощие, ни одного волоска… "Это не они", подумалось мне. Отрицание порождало убеждение: это были именно они. Об этом сказал врач, об этом говорили татуировки на руке Ди и небольшая родинка на шее Сью. Невпопад я спросил у доктора: "Почему у жены и дочери какие-то отметины на голове? Почему они без волос? Почему их тела такие белые, хотя они больше недели провели на палящем Солнце?". В ответ он только бормотал невпопад…

– Отметины? – повторил я, словно попугай.

– Да как сказать, какие-то небольшие черные точки, в диаметре не больше пуговицы. Просто в детстве у Сью не было ничего подобного. Док начал мне объяснять про передовой метод исследования нервной системы, который позволяет отслеживать состояние всего организма в реальном времени, все его достоинства и недостатки, но мне уже было плевать. Надо было, вот и сделали. Потом я заполнил бумаги и решил позвонить тебе, так как единственное, что мне хотелось – упиться и забыться.

– У тебя это очень хорошо получается.

Джек выдавил из себя пьяную улыбку ради приличия и уткнулся в стакан, в который раз обращаясь к своим мыслям. В тот момент он всячески старался найти для себя хоть какую-то опору, хотя бы одну вещь, которая ведёт к свету, а не погружает во тьму. Единственное, что я мог сделать со своей стороны – это находиться рядом и слушать, что он говорит, периодически подливая ему виски и подкуривая сигареты.

– Знаешь, Джек, - сказал я, положив руку ему на плечо, - я могу посоветовать только одно: закончи книгу для Сью. Мне почему-то кажется, что там ты найдёшь все ответы. А дальше - будь как будет. Давай, я вызову тебе такси и поедешь отоспишься хорошенько.

Джек встал, глаза его были полузакрытыми, но как только он сфокусировался на моем взгляде, на его лице появилась небольшая улыбка, которая словно хотела произнести: "Я постараюсь. Спасибо".

Таксист довёз нас до загородного дома Джека, который всё же смог расплатиться за поездку. Задние фонари такси бизнес-класса растворились в предрассветном тумане. Джек взял телефон и несколькими движениями заставил ворота открыться, выключил ночные фонари и включил музыку из расставленных по всему участку колонок.

– «Этюд Наедине», - сказал Джек. Начинался рассвет.

– Сегодня на небе ни облачка. Красиво, правда?

Джек бледными глазами посмотрел на восходящую звезду, что-то промямлил и хотел уже отправиться в сторону дома, но в самом начале запутался в ногах и упал в снег, создав прекрасного пьяного ангела. Я вытащил его из снега, хотя он изрядно сопротивлялся, пытаясь добавить к его снежной картине ещё одного персонажа. У него ничего не вышло и мы наконец попали в дом, где Джек смог успокоиться, лёг на ближайший диван и уснул. Время перевалило за восемь, капсульная кофеварка уже ждала команды на приготовление клинового капучино, а в доме была поразительная тишина, которую я никогда здесь и не думал застать. В ожидании кофе с нотками ушедшей осени, я стоял и смотрел на храпящее тело Джека. Мне было трудно представить, как он сможет дальше жить, потеряв две самые важные частицы своей жизни.

Звуковой сигнал оповестил о готовности моего напитка. Я сел за стол и написал нашим общим друзьям о трагедии, которая случилась с нашим другом, и предложил организовать за ним своего рода дежурство, потому что искренне боялся за его состояние. Мне казалось, что если он начнёт работать, то придёт в себя за месяц другой, и все меня поддержали. Мы составили график до конца месяца, где на мою долю выпадали все оставшиеся воскресенья в году. Искренне всех поблагодарив, я выпил кофе и пошёл на автобусную остановку. Сегодня вечером к нему приедут Маргарет с мужем, привезут ему еду и немного последят за ним.

– Надеюсь они не будут пить. Хотя, чего ещё ожидать от семьи Дранк, они всё счастье и несчастье алкоголем заливают… Эх, Джек, надеюсь ты сможешь вновь взглянуть на рассвет и искренне улыбнуться.

Вскоре подъехал автобус, и я отправился в сторону дома, решив остальное оставить на произвол судьбы.

Шум пробудившегося города отрезвлял, а аромат свежеиспечённых булочек радовал всех случайных прохожих в том числе и меня. Вскоре моё сопротивление пало, и я зашёл в кафе, вывеска которого кричала о выгодных предложениях на завтраки в выходные дни, а доносившиеся с кухни запахи окончательно убедили меня остаться здесь. Стоило мне сесть за свободный столик рядом с окном, как тут же подошла официантка и я, не разворачивая меню, заказал классический завтрак с кофе и попросил поставить пепельницу. Не желая слушать разговоры радостных людей, которые дышали полной грудью в свободе от офисного заточения, я надел наушники и включил неоклассику, собираясь на какое-то время убежать от реальности.

– Waah, значится…

Аббревиатура, с которой я столкнулся дважды за последние несколько дней. Я достал блокнот и открыл записи с пятничной встречи с Лиз и миссис Стоун. На одном из листов была обведённая заметка "Агент W.A.A.H." и знак вопроса рядом с ней. Рекламу этой компании можно было увидеть абсолютно везде, если приглядеться, но её нельзя назвать надоедающей или раздражающей. Она действовала так, что абсолютно любой человек в нашей стране мог назвать номер телефона компании и чем она занимается. Для детей даже специально придумали стишок, чтобы им было проще запомнить номер. Однако, реальную известность компании принесла разработка прививки от Людоума. Так что не исключено, что о ней знают все жители нашей планеты. За счёт выручки с продажи вакцины, компания начала скупать малые и средние страховые компании, а спустя несколько лет совершила несколько крупных сделок с акулами страхового бизнеса, став, по сути, монополистом в этой области. Но, так как цены они сделали более чем приемлемыми, а помимо этого ещё занимались благотворительностью и даже спонсировали новейшие разработки в области медицины, никто так и не смог предъявить им внятных обвинений в нечестном ведении бизнеса, да и население сразу же поднималось на защиту этой "святой" компании, как только в её адрес доносились обвинения в захвате рынке или чего-то подобного.

– Ваш завтрак, прошу! Приятного аппетита! – пропела молодая официантка, ставя передо мной целую тарелку с едой. Классический английский завтрак: жареные яйца, бекон, тосты с маслом и колбасой, а также приготовленные на гриле помидоры и грибы.

– Благодарю!

Я принялся за пищу, отпуская ход мыслей в дальнейшее плавание. В момент, когда я жевал очередную сосиску, меня осенило, да так, что я чуть не подавился. Достав смартфон, я нашёл записи с интервью, за которое мне пришлось заплатить 20$, и включил его на минимальной громкости: "Ах, это неудачная татуировка." В этот момент передо мной пролетели несколько десятков различных вариантов возможной взаимосвязи между моим делом и трагедией Джека. На несколько секунд я даже почувствовал себя параноиком, из-за чего глупо рассмеялся и навлёк на себя немилый взгляд официантки. Мне стало до жути интересно, с какой долей вероятности небольшая татуировка на голове у того подростка будет идентична чёрным точкам у Ди и Сью. Звонить и расспрашивать Джека было бесполезно, да и нечего ему лишний раз напоминать об этом, так что я принял решение отправиться в головной офис компании, которая не раз хвасталась своей открытостью.