Чтение онлайн

Эвелина меняется. Радость сменяет удивление. Нет, не удивление — непонимание. Она мотает головой, подходя ближе. Присаживается рядом и спрашивает:

— Кристоф, — говорит она, — конечно всё будет хорошо.

Я довольно улыбаюсь. Эвелина смотрит на Майка. Тот пожимает плечами.

— Что такое? — понимаю, что что-то не так. — Почему вы удивлены?

Слышу шаги. Пытаюсь обернуться в другую сторону и вдруг вижу людей в белых халатах. Постепенно меня начинает пробивать тревога. Я снова оборачиваюсь к Эвелине, смотрю на руку и вижу, как из неё торчит шприц. Тонкая трубка тянется к капельнице.

— Ох… чёрт… — сокрушаюсь я. — Душ не помог?

— Душ? — переспрашивает Эвелина.

— Ну он же смывал всю кровь, — пытаюсь объясниться, морщусь. — После него всегда легче было. Что, на этот раз не помог?

— Кристоф, — чувствую, как Эвелина берёт меня за руку. — Всё будет хорошо. Я же… я же говорила.

Я улыбаюсь. Странное ощущение. Как будто пьян. Но что-то тут не так…

— Позвольте? — спрашивает кто-то. Хочу ответить, но понимаю, что спрашивают не меня. Рука Эвелины отпускает мою.

— Нет, не уходи, — прошу я. — Не надо.

Снова открываю глаза и вижу, как около меня начинает суетиться медсестра. Смотрю на Эвелину. Она отступает к Майку. Взгляд совсем не радостный. Она чем-то обеспокоена. Складывает руки на груди, кусает ногти.

— Подскажите, как скоро он придёт в себя? — спрашивает моя жена.

— Я уже в порядке, — вываливается изо рта. Голос тягучий, вязкий как дёготь. — Не волнуйся, дорогая, я больше не буду пить.

— Сейчас доктор проведёт первичный осмотр. Полагаю, дня через два уже можно будет навестить его снова. Тогда он точно придёт в себя окончательно.

Кажется, мои слова тут никто не воспринимает всерьёз.

— Да я же говорю, что всё хорошо. Я прекрасно себя чувствую. Подумаешь, немного голова болит.

Смотрю на Эвелину. Она просит медсестру подойти не на долго. Медсестра разрешает. Эвелина снова присаживается рядом и берёт меня за руку. Улыбаюсь.

— Кристоф, всё хорошо, — пытается успокоить она. — Мы вернёмся через пару дней. Я очень рада, что ты снова с нами. Слышишь?

— Снова с вами? — продолжаю улыбаться. Но всё равно чувствую, что что-то не так. — Снова с вами… — повторяю я. — Снова… с… вами…

Понимаю, что отключаюсь.

Темнота, тишина, и ничего…

Снова прихожу в себя. Ощущение, как будто уснул на пару секунд. Но на этот раз всё чётче. Как будто картинка прояснилась. Больше нет никакой дымки. Никакого тумана. Оглядываюсь по сторонам. Понимаю, что лежу в больничной палате. Из руки всё ещё торчит грёбаная игла. Думаю: какого хрена. Пытаюсь сообразить, мозг скрипит, но с трудом восстанавливает картинку воспоминаний.

— Я женат на Эвелине? — тихо спрашиваю сам себя. — Бред какой-то.

Как будто те два года, что я на ней женат… это не по-настоящему. Как будто мне приснилось.

В палату входят.

Чёрт, Майк… может хоть он объяснит, что происходит.

— Привет, — говорит он, — ты как?

Мне всё ещё трудно двигаться, поэтому приходится обойтись только ртом.

— Да хер его знает.

— Ничего, скоро поправишься, — успокаивает он, присаживаясь в кресло.

— Что за херня, Майк? — спрашиваю я. — Мы с Эвелиной женаты?

У меня ощущение, что он сейчас просто посмеётся надо мной. Попробует как-нибудь отшутиться или типа того. Но нет. Вместо этого он смотрит на меня, как на какого-то бедолагу.

— Кристоф… — наконец произносит он. — Ты был в коме больше шести месяцев.

— Что? Ч-что? — не понимаю я. Пытаюсь сдвинуться. Попробовать встать. Верить услышанному не хочется совсем.

Видя, как я нервничаю, Майк подскакивает, пытаясь успокоить меня.

— Тебе нельзя делать резких движений.

— Какая, на хрен, кома?! — чуть ли не кричу я. Даже издать адекватный крик толком не могу. — Какая кома, Майк?

— Доброе утро, Кристоф, — доносится со стороны двери. Я оборачиваюсь и вижу её. Ту, на которой был женат два года. Ту, которую успел полюбить всем сердцем. И теперь оказывается, что это было лишь сном?

Эвелина.

Побыть с Критофом долго не получается. Мы с Майком вынуждены отправиться на очередное интервью. Проезжая по улицам мегаполиса на заднем сидении авто, я не могу выбросить из головы слова Кристофа. Мы были женаты? Врач сказал, что это последствия затяжного сна — так он назвал кому.

— Пациентам сниться разное. Некоторые и вовсе, выходя из комы, думают, что они в раю.

— Но как это возможно? — спросила я. — Мы с ним ненавидели друг друга.

В ответ на это доктор лишь пожал плечами и сказал:

— Вы же не можете знать до конца, что у человека в голове. Кто знает, как он относился к вам на самом деле.

И теперь я просто не могу забыть его слова. Все эти… «дорогая»… Всё это так странно и совсем не похоже на Ламбера. Я-то думала, как только он проснётся, сразу пошлёт меня куда подальше… Но, кажется, я действительно слишком плохо его знаю.

Автомобиль останавливается перед зданием. Мы выходим и отправляемся на место съёмок.

В павильоне душно. Много людей. Я привыкла к скоплению народа, особенно после съёмок последнего фильма, но не сегодня… сегодня мне не по себе. Хочется побыстрее закончить и сбежать туда, где я смогу остаться одна.

— Через пару недель заканчивает пост-продакшн фильма, — сообщает Майк. — Начнётся рекламная компания. Выход запланирован на начало следующего месяца.

— Я помню, — говорю я.

— Не забудь, что твоя задача сейчас разрекламировать фильм. Продюсеры будут недовольны, если ты этого не сделаешь. В контракте это чётко прописано.

— Я помню, — повторяю я твёрже.

— Эвелина, я понимаю, что ситуация с Кристофом могла выбить тебя из колеи. Но прошу, сохраняй самообладание. Сейчас не время для лишних мыслей. Ты должна сконцентрироваться на интервью.

— Он называл меня «дорогая», — словно не слушая Майка, говорю я. — Как такое возможно?

— Да, — прикрыв глаза кивает Майк, — но потом он пришёл в себя. Ты же видела, что сегодня его состояние стабилизировалось. Он и сам понимает, что наговорил глупостей.