Чтение онлайн

Глупостей…

— Но как? Он… — я трясу головой. — Как ему вообще могло такое присниться?

Майк пожимает плечами.

— Даже не знаю, что тут сказать. Хорошо это или плохо, но он сильно изменился.

— Он начал меняться ещё во время съёмок!

Майк больше не отвечает. Ясно, что его волнует только одно — эти дурацкие интервью. Но я до сих пор думаю о том, как ужасно повела себя с Кристофом, когда он хотел передо мной извиниться.

На всём протяжении интервью я веду себя отстранённо, утопая в собственных мыслях. Некоторые вопросы интервьюера и вовсе пролетают мимо ушей. Только когда в помещении воцаряется полнейшая тишина, я понимаю, что что-то не так. Смотрю на Майка, стоящего рядом с оператором, тот посылает мне какие-то знаки, и только спустя несколько секунд я понимаю, что должна ответить.

Я переспрашиваю:

— Простите, что? Вы что-то сказали?

Девушка, берущая интервью, сидящая напротив меня, смотрит так, словно я пришла в рваной одежде. Она стоит недовольную гримасу, смотрит на планшет, лежащий на колене, поднимает его и повторяет:

— Я спросила вас: как вы относитесь к тому, что случилось с Кристофом Лабером? Вы ведь в курсе, что совсем недавно он вышел из комы?

Что за странные вопросы. Почему она спрашивает меня об этом? Я смотрю на Майка, пытаясь задать ему немой вопрос: разве это есть в сценарии? Разве она может задавать такие вопросы? Майк пытается что-то изобразить, но я совершенно его не понимаю. Оборачиваюсь обратно к девушке.

— Да… — неуверенно начинаю я. — Да, я в курсе. Только… какое это отношение имеет к фильму?

— Никакого, — непонимающе пожимает плечами девушка. — Это ведь интервью не только касаемо фильма, но и касаемо всей вашей жизни. Думаю, если бы мы хотели поговорить исключительно о фильме, мы бы позвали сюда режиссера проекта.

Она смотрит куда-то в сторону. Ищет поддержки у своего начальства. Видимо, ей порядком поднадоело разговаривать со мной. Мне, если честно, тоже.

Снова оборачивается ко мне.

— Эвелина, скажите, каковы ваши отношения с Кристофом Ламбером? — звучит очередной вопрос.

Я смотрю на Майка. Он мотает головой.

— Исключительно рабочие, — отвечаю я как есть.

Это если не заглядывать в мою голову и не рыться во всей той каше, которая там сейчас происходит. Потому что я уже не знаю, какие отношения между нами на самом деле. Может, мне и вовсе уже стоит подбирать свадебное платье?

— Касаемо того ареста, когда вас обнаружили в компании господина Ламбера…

— Я ведь уже сотню раз на разных интервью говорила, что это была случайность. Я не работала в том клубе. Я сотню раз объясняла, как именно началась моя карьера и называла картины, в которых играла.

— Второсортные сериалы, — девушка смотрит в планшет, — это не показатель серьёзного актёрского портфолио. Скорее наоборот — только подтверждает, что вы вполне могли работать в клубе. Плата за сериалы была мала, поэтому вы и подрабатывали в клубе, пока не наткнулись на такую звезду как Кристоф.

Да что она себе позволяет?

— Да что вы себе позволяете?! — возмущаюсь я.

— Успокойтесь, Эвелина, это всего лишь вопрос.

— Вопрос?! — не на шутку разозлившись, продолжаю недовольствовать я. — Вы даже ничего не спросили. Только и утверждаете, якобы я работала стриптизёршей!

На лице этой нахалки появляется довольная ухмылка. Она специально провоцирует меня. Вот ведь дрянь!

— Эвелина, успокойтесь, пожалуйста. Это всего лишь интервью. Я всего лишь задаю вам вопросы. Ну нужно вести себя так. Хорошо?

Успокойтесь… Успокойся — это последнее слово, которое нужно говорить разгорячённому человеку, если хочешь, чтобы он действительно успокоился. Она это прекрасно понимает. И я понимаю тоже — если сейчас продолжу вести себя как ненормальная, то наврежу своей карьере куда больше, если буду просто молчать или вовсе уйду отсюда. Но не тут-то было. Вместо того, чтобы выбрать один из этих вариантов, я решают поступить иначе.

— Да, — киваю я. — Я работала в том клубе.

Склоняю голову чуть вбок и жду её реакции. Ну, что можно сказать? Как минимум, она не ожидала услышать ничего подобного. Как максимум, у неё теперь нет повода продолжать давление.

— То есть, я правильно поняла? Вы соглашаетесь с тем, что работали стриптизёршей?

— Конечно, — снова совершенно спокойно отвечаю я. — Если вам так удобнее и если это то, что вы хотите услышать, то я соглашаюсь. Вам же совершенно не важно, кто я на самом деле и как я на самом деле добивалась успеха в кинобизнесе. Поэтому да, — киваю снова. — Да, я была стриптизёршей, потом за мной пришёл Кристоф, предложил сняться в фильме, и я согласилась.

Смотрю на Майка. Думаю, что он сейчас рвёт и мечет в гневе. Но нет… Он поднял телефон и, кажется, снимает происходящее на камеру.

Возвращаюсь к девушке.

— Что-то ещё? Может, какие-то другие вопросы? — деловито спрашиваю её. Чуть наклоняюсь, чтобы быть ближе и говорю уже тише: — Знаете, полагаю, не важно, кем я была до этого. Пусть зрители судят меня по моей работе, по тому, как я сыграла в фильме, но уж точно не вы и не по вашим дурацким, провокационным вопросам. Даже если я и была раньше стриптизёршей, то сейчас это совершенно неважно. Людям свойственно меняться. Понимаете? И та, кем я была раньше — это совершенно иной человек, нежели та, кем я являюсь сейчас.

И нет, это я сейчас не про себя… Из моих уст звучат мысли Кристофа… По крайне мере, мне хочется в это верить.

Кристоф.

Я пролежал в этой грёбаной больнице пять дней, после того, как пришёл в себя и теперь меня наконец выписывают. Спасибо Майку и Эвелине за то, что пригрозили персоналу адвокатами — в случае, если учреждение и дальше будет отказывать в выписке, ссылаясь на моё плохое состояние, они будут вынуждены подать в суд. Тут уж местный глава не смог ничего противопоставить и был вынужден позволить мне выписаться.

Врач выписал рекомендации, которые я, конечно же, не собираюсь соблюдать и отпустил меня на все четыре стороны. Теперь я покорно сижу и жду, пока за мной не приедут. Как максимум, должен приехать Майк, как минимум — тот, кого он пошлёт.

Я жду. У меня есть сильное желание наплевать на Майка и уже прямо сейчас свалить отсюда на хрен, но я жду. Потому что… что? Потому что надеюсь, что придёт она. Надеюсь, что ко мне придёт Эвелина. Не знаю, почему я так решил. Да и не решал я ни хрена. Просто хочу. Очень хочу увидеть её здесь.