Чтение онлайн

Да и даже если бы нет… что за отношение может быть между ним и такой женщиной, как Хуа Цин? — жадной, прижимистой, готовой в любой миг продать и забыть. Он уже дал ей серебро — на этом, по правде, всё между ними и должно бы закончиться.

Чаша за чашей — Ли Шаолин пил, не останавливаясь. Вино поднималось к голове, в груди нарастал огонь. И вот, в хмельном порыве, не сдержав себя, он метнул пустую чашу прочь — прямо в раскрытое окно.

Дело, в общем-то, привычное. В Хуа Мань Лоу каждый вечер что-нибудь да летело с верхних этажей — то чаши, то фляжки, то даже целые блюдца. Никто давно не удивлялся — называли это ветром весёлой жизни.

Но сегодня вышло иначе.

Случай — редкий и злой — вмешался. В тот самый момент внизу по улице верхом проезжал Юань Сысюнь — новоявленный надзиратель городской стражи. Наследник знатного рода, выдвинут по протекции старших, он ещё толком не успел похвастаться новой должностью, как на его тщательно уложенную причёску с неба прилетела тяжёлая фарфоровая чаша. Глухой удар — и на лбу вздулся знатный шишак.

Он взвыл. Прямо посреди улицы.

— Кто посмел?! — заорал Юань, спрыгивая с коня. Лицо его горело от унижения. — Кто смеет на меня, Юаня, чашами кидаться, как в уличного пса?!

Недолго думая, он бросился вверх по лестнице — прямо в Хуа Мань Лоу.

Дверь в комнату была распахнута с грохотом. Хуа Цин, испуганная, кинулась вперёд, пытаясь уладить:

— Господин Юань, это… это недоразумение, никто не хотел…

Но её грубо оттолкнули, как служанку. Юань влетел в комнату, ярость клубилась в его глазах:

— Что за тварь посмела метнуть чашу мне в голову?! Знаешь ли ты, кого ты ударил?! Я — начальник городской стражи!

Ли Шаолин, полупьяный, чуть прищурился и лениво взглянул на него. Взгляд был тяжёлый, презрительный. Вино уже заглушило в нём всякую дипломатичность.

Он ухмыльнулся.

— Очередной бездарь, которому дорогу расчищает фамильное имя…

— Что ты сказал?! — взревел Юань Сысюнь.

Он не знал, кто перед ним. Одет Ли Шаолин был просто, совсем не как чиновник. Ни эмблем, ни шёлков, ни украшенных поясных подвесок. Выглядел, как обычный ученик или младший писец. Потому Юань и решил, что с ним можно не церемониться.

— Бейте! — злобно крикнул он, махнув рукой, подзывая своих слуг. — Бейте насмерть! Если что — я всё возьму на себя!

Лицо Хуа Цин побледнело до меловой бледности. Она бросилась вперёд, стараясь остановить разъярённого Юаня, а сама одновременно торопливо приказала одному из слуг Ли Шаолина — немедленно бежать с вестью в Императорский дворец.

Обычный слуга во дворец и шагу бы не ступил — но не этот.

У него был при себе нефритовый пропуск — сама принцесса Чанлэ вручила его Ли Шаолину, и он открывал любые ворота. Так что слуга полетел, не задерживаясь ни на заставах, ни у проверяющих.

Во дворце в это время Чанлэ только что чокнулась кубком с императрицей, своей матерью, когда к ней тихо подступил вестник и прошептал о случившемся.

Хай Лань, стоявшая рядом, тоже всё услышала — и округлила глаза:

— В день рождения Чанлэ он не приходит, а сам в это время пьёт в Хуа Мань Лоу, дерётся с людьми — и ещё Чанлэ должна его спасать?! Как это понимать?!

Разъярённая, она уже было развернулась, чтобы идти с докладом к императору, но Чанлэ быстро схватила её за руку.

— Я быстро. Вернусь сразу. А ты — прикрой меня. — Она подмигнула, голос был тихий, просящий. — Старшая сестра, выручи…

Хай Лань едва не задохнулась от возмущения, но ничего не могла с ней поделать. Только стиснула зубы — и нехотя кивнула.

Тем временем Ли Шаолин уже принял на себя несколько тяжёлых ударов.

Он был всего лишь обладателем зелёной жилы — самой начальной ступени пути культиватора. А слуги, которых на него натравил Юань Сысюнь, имели в себе синие жилы — на порядок выше. Их удары были тяжёлыми, точными и неумолимыми. Один из них попал Ли Шаолину в висок, и он резко мотнул головой в сторону — из носа хлынула горячая струя крови.

На какой-то миг ему показалось, что это конец.

Перед глазами плыло. Один из слуг поднял тяжёлый медный треножник и, не колеблясь, замахнулся — прямо в его лоб, с силой, способной размозжить череп.

Но в следующую же секунду серый поток юань рассёк воздух и со свистом пронёсся через комнату. Сила была такой, что и треножник, и нападавший вместе с ним вылетели через окно, с грохотом полетев вниз с балкона.

— Наставник! — раздался знакомый голос.

Чанлэ спрыгнула прямо с летящего меча. Её небесно-голубое платье развевалось, как крыло журавля в буре. Она бросилась к Ли Шаолину и подняла его с пола.

Он, ошеломлённый, смотрел на неё, моргая. Только сейчас до него дошло — ведь она обладала врождёнными красными меридианами. Настоящий боец с рождения.

Она не унаследовала красоты своего отца и матери, но унаследовала куда более ценное — их мощную, царственную силу. И против этой силы ни один слуга, ни десять — ничто.

Она одним движением заслонила Ли Шаолина собой, откинув полы одежды, словно крылья, и гневно уставилась на Юаня:

— Среди бела дня… ты что, на убийство замахнулся?!

Юань Сысюнь, хоть и впервые был на дворцовой пиршественной церемонии и не знал в лицо принцессу, но девяти перьевая шпилька с фениксами на её голове была хорошо известна каждому, кто хоть раз бывал при дворе. А уж её округлая, заметная фигура — и вовсе не спутать ни с кем.

Он тут же рухнул на колени, заикаясь:

— Это он первым начал! Я ни при чём! Невинный я!

Чанлэ на миг растерялась. Она обернулась — и встретилась с его взглядом.

Ли Шаолин стоял, опираясь на стену, губы изогнулись в слабой усмешке, а в глазах отражался мягкий, почти ласковый свет:

— А вы чего здесь?.. — спросил он, и голос у него был спокойный, будто бы ничего не случилось.

И только этого взгляда было достаточно, чтобы она позабыла и обиду, и вино, и боль. Сбивчиво, с заминкой, она пробормотала:

— Я… я пришла… пригласить вас на свой день рождения.

Он протянул:

— О?

Лицо его было бледным, но улыбка всё же появилась — тёплая, обволакивающая. Он наклонился ближе и, словно дразня, спросил:

— А если я не хочу? Что тогда?

— Эм… — Чанлэ запнулась, взглянула на его рассечённую бровь, и на лице её отразилась тревога. — Тогда… вы просто идите домой и отдохните. Хорошо?

Она потянулась рукой, будто хотела прикоснуться к его лбу, но вдруг спохватилась, смутилась и быстро спрятала руку обратно в широкий рукав.