Чтение онлайн

— Он мастер своего дела. — сказала по пути вверх Эльза. — Бьется на среднем уровне, но руководит всеми мастерски.

— Тем не менее главная здесь ты.

— Он очень вспыльчивый для такой должности, а вот у меня холодная голова, мы добились такого успеха благодаря тому, что видим свои недостатки и не пытаемся прыгнуть выше своей головы. Он знает, что сильно вспыльчив, когда дело касается оружия или золота, поэтому все планирую я, а он хорош в импровизации. И это как раз тот случай, когда нужно уступить командование ему.

Когда девушки преодолели не очень легкий путь наверх, они с ужасом взглянули на черных псов с адскими пылающими глазами и все они, как и говорил парень, хромают на переднюю левую лапу.

— Такое чувство будто это один пес, который разделен на десять копий… — произнесла Марианна.

Действительно собаки были поразительно синхронны в своих действиях и издали могло показаться что их большое количество всего лишь зрительная иллюзия. Марианна настояла на том, что она хочет знать о псах Гекаты, о самой Гекате и о том, почему лесные разбойники знают о ней, а она ни сном, ни духом. После того как Эльза поведал краткий рассказ о тысячелетней ведьме и ее питомцах, попутно подбирая лук и собирая все стрелы в одну кобуру, девушка приступила к обстрелу собак, тем давая сигнал своим людям. Одни стояли стеной с деревянными не очень прочными щитами и импровизированными копьями, сделанными на скорую руку из ножей, кинжалов и палке, к которой их привязывали, они были похожи на римских солдат, которые держали оборону, или что-то в этом роде. В так называемой стенной обороне было всего десять человек. Семеро стояли позади них вооружившись двумя клинками и готовыми отражать атаку, а четверо лучников, среди которых был и Терн стояли на самых низких домиках, которые возвышались над землей более чем на три метра. Вот такие три линии обороны, но Марианне это бы показалось глупым, если учесть, что на них бегут всего десять собак, но после того что ей рассказала Эльза, даже такой защиты от них было недостаточно.

— Ты умеешь стрелять? — спросила Эльза, кивая на еще один лук позади них.

— Да… — неуверенно произнесла девушка, — Я однажды держала лук в руках.

— Успешно?

— Ну, как сказать…

— Моих людей не пристрелишь?

— Эльза, обладая своими возможностями, я могу заставить стрелу полететь в цель, даже если выстрелю совсем в другу сторону.

— Так чего ты стоишь? Бери лук! И целься…прямо в сердце, Марианна.

Девушка кивнула, взяла оружие и начала стрелять. Поразительная выносливость псов просто страшно восхищала всех. Со стрелами в боках, животе, груди и даже голове, они упорно прыгали на щиты, разрывая их как картонные и нападали на людей Эльзы. Первая линия обороны почти сразу пала, правда ей удалось окончательно сбить с ног троих псов, пришпилив их копьями к земле. Брант был во второй линии обороны и он отчаянно дрался плечом к плечу со своими собратьями. Внимание Эльзы полностью переключилось на брата, и она стреляла только в тех псов, которые нападали на него. Вскоре замертво упали еще три собаки, две находились на грани, а вот еще двое не получили практически никаких ранений, они отбивали стрелы зубами, а клинки просто проскальзывали мимо них и вот эти два пса свободно ломали вторую линию обороны, сильно покалечив уже четырех разбойников. Эльза не выдержала и крикнула брату, чтобы тот взбирался на ближайшее дерево, но тот напрочь отказался бросать своих людей, отдав приказ немного отступит назад. Последние стрелы Марианна заколдовывала на смерть, на увечья, на сон, на все что угодно, только магия ничуть не действовала на этих тварей. Чародейка больше не могла смотреть как эти псы по одному обезвреживали своих врагов, все ближе добираясь к цели. Она бросила лук и прыгнула вниз, не церемонясь с канатами, а перед самой землей задержала себя в воздухе и плавно опустилась на ноги.

— Что ты делаешь? Немедленно поднимайся! — кричала Эльза.

Брант на секунду отвлекся и чуть не поплатился за это жизнью, ибо зубы пса щелкнули у самой его шеи, но он успел отпрянуть назад.

— Какого черта, Марианна!? — крикнул он, нанося очередной удар и опять промахиваясь.

Как только псы унюхали девушку, они начали с двойной силой прорываться и один из них прорвался к чародейке, но она тут же выставила руку вперед и животное остановилось словно рывком. Это так и было, за лапу собаку схватил…корень! Вдруг из земли начали подниматься корни, растения, стебля, все что только могла хранить под собой почва. И уже через несколько секунд пес был полностью заключен в живую клетку, что сдавливала его до тех пор, пока он вовсе не перестал шевелится. Нет, он был жив, но не мог пошевелить и одним своим мускулом. Такой же трюк девушка применила еще к одному псу, и еще к одному, и еще… пока все дееспособные собаки не были связаны живыми прутьями. Все затихло и все стали переглядываться. Марианна быстро скомандовала всем живым и несильно раненым оттащить других к их лазарету немедленно. Тут же начали обнаруживать что почти все павшие были живыми, но очень сильно ранеными. Брант стоял в оцепенении и смотрел на девушку. В его глазах отчетливо читалось: «Почему ты не сделала этого раньше?», но он все никак не решался этого произнести, пока это не крикнул Терн, добавляя несколько ругательств.

— Извините, но я не знала, что так умею, это было случайностью.

— Тогда ответь на мой вопрос, — вдруг ожил Брант, — какого черта ты спустилась?

— Я прочитала их мысли… не совсем мысли, точнее данный кем-то приказ. Они приходили по меня и Терна. Я…

— Ты хотела пожертвовать собой!? — обезумевшим взглядом одарил ее Брант.

— И Терном…

— Да ты с ума сошла! — крикнул мужчина, спрыгивая с чьего-то домика на землю. — Ты собиралась пожертвовать собой и мной ради них?

— Да! Я не знаю, зачем мы нужны этим псам, но они, — девушка обвела взглядом всех стоявших и лежащих разбойников, — они тут не при чем.

— Ненормальная… — выпал тот и, бросив на землю лук ушел в неизвестном направлении, крича на последок, что с него хватит, и он сваливает.

— Терн! — крикнула Марианна ему вслед, и он обернулся. — Бери мою лошадь и езжай к Ворану. Я остаюсь с ними.

Тот, казалось, уже остыл и если бы вместо этих слов она попросила остаться, то он бы остался, но девушка сказала именно то что хотела сказать. Мужчина кивнул.

— Простите меня…и прощайте. Спасибо вам за все и… тебе, Марианна, спасибо.

— Мы еще встретимся.

— Не уверен.

После этих слов он развернулся и быстро ушел в сторону небольшой поляны в лесу, где у разбойников было что-то вроде пастбища для животных. К этому Времени Эльза уже спустилась на землю, а всех раненых перенесли поближе к госпиталю. Брант все еще не сдвинулся с места и не сводил глаз с девушки.

— В следующий раз, когда тебе в голову придет какая-то бредовая идея, не забудь нас предупредить, чтобы мы успели тебя остановить, хорошо?

— Ребят! — крикнул кто-то из разбойников, — они встают!

Все обратили взор на павших собак, которые вытаскивали зубами стрелы из своих тел или перегрызали копья.

— Оружие к бою! Защищаем лазарет! — крикнула Эльза.

И тут резко все собаки вспыхнули, будто изнутри были набиты соломой, псы стали выть от жуткой боли, этот вой заставил всех бросить свое оружие и закрыть уши руками, пока все это не прекратилось и от адских псов остался один пепел

— Как ты это сделала? — в один голос спросили Эльза и Брант.

Но Марианна, обернулась к ним, и смотря в глаза то ему, то ей, тихо сказала:

— Это не я…

Маркус очнулся посреди ночи где-то ближе к трем. Он был крайне возмущен тем что проснулся не от огня, как предполагал, ведь теперь псы тоже бодрствуют и до рассвета точно доберутся до Марианны. Мужчина встал, отряхнул одежду и начал думать. Убить себя он не мог, нет, мог конечно, но сейчас не настолько отчаянный случай. Значит ему нужно было так себя покалечить, чтобы это конкретно помешало собакам. Не считая даже того что у не забрали клинок, резать себя, спускать кровь и подобное не было смысла, ведь эти собаки, благодаря своей адской породе просто не чувствуют боль от ранений и порезов и прочего, лишь от огня, и они запросто продолжат драться даже с дырой в сердце, ведь их физическая оболочка лишь то что видят люди, сама их сущность невидима, и лишь немного уязвима для обычного оружия. То, что действительно им помешает, так это сломанная лапа. Маркус недолго думая, вскарабкался немного по стене, становясь ногами на совсем крохотные выступы, благодаря несовершенству стен, вставил руку между прутьев решетки в окошке, развернулся спиной и спрыгнул на пол. Рука, что была поставлена под неестественным углом и резко дернута вниз тут же вывихнулась, принося Маркусу очень уж неприятную боль. Для того чтобы не закричать, ему пришлось вцепится зубами в рукав правой руки, ведь вывихнул он левую, и терпел что есть сил, ведь привлекать ненужное внимание к себе он не хотел. Конечно, был шанс что его усыпят снова, и псы тоже задремлют спокойным сном, но так как колдун находился в темнице того замка, где его мучал Эрнальд, мужчине вовсе не хотелось, чтобы кто-то его узнал. Боль от вывихнутой руки было не сравнить с тем, что ждало его на рассвете и Маркус предпочел бы другую смерть, но именно сожжение кратчайший путь к его второму дому в лесу. Правда, когда солнце уже встало, а его никто не спешил сжигать, мужчина заволновался. «Если они будут медлить еще хоть полчаса, придется жертвовать и второй рукой.». И когда полчаса прошло, а Маркус вновь собирался повторить проделанное, он наткнулся на ту сложность, что сделать это довольствуясь только одной рукой намного сложнее. Колдун не успел искалечить свою правую руку, ибо за ним уже пришла стража. «Ну наконец-то» — подумал он и понял, что никогда раньше так не ждал собственного сожжения. Маркуса вели к месту для костра очень медленно, словно растягивая удовольствие, или ему просто так казалось. Тем не менее, как-только его привязали к столпу и начали зачитывать обвинение, Маркус вслух ругнулся и произнес слово на латыни, которым сам поджег костер. Такого рвения сгореть живьем никто еще не видел, и кто-то даже предложил затушить огонь, ведь что-то здесь не чисто, вот только пламя разгорелось уже так сильно, что даже если бы его и начали тушить, то вряд ли б спасли Маркусу жизнь. Колдун научился немного притуплять свою боль, к сожалению, только к ожогам, но он был рад и этому умению. Так же мужчина был рад, что огонь не все способен сжечь. Да, он оставлял от тела лишь пепел, а душу в особых случаях отправлял в ад, но вот чувства огонь сжечь не мог. Маркус любил Марианну, и эта любовь не могла сгореть даже в самом сильном огне, хотя иногда он этого и хотел.

— У меня сейчас крыша поедет. — Честно признался Брант, — Что, черт возьми, это все было!?

— Выясним это позже, — ответила девушка, — теперь нужно спасти как можно больше ваших людей.

С этими словам Марианна побежала к лазарету. Сначала она излечивала мужчин и парней, которые находились на грани между жизнью и смертью, у большинства оставались шрамы от укусов на руках, ногах и даже на лице. Тем, у кого было что-то сломано девушка практически помочь не могла, поэтому здесь орудовала Эльза, она вправляла кости на место, если была необходимость или делала импровизированные повязки из тканей, которые фиксировали руки или ноги. Брант же пошел к тем, кого оставили на поле боя — они были мертвы. Утрачено было шестеро ребят. Парень оттащил их к небольшому оврагу за лазарет, где в кустах виднелось несколько земляных насыпей. За все время существования отряда, что собрали они с сестрой, а это было добрых пять лет, умерло всего четверо, и только сегодня погибло шестеро, это было для них большой потерей. Эльза, справившись со своим заданием и оставляя Марианну с ранеными, подошла к брату и положила руку на плече.

— Они умерли с честью.

Брант одарил сестру многозначительным взглядом, но ничего не сказал. Он молча пошел за лопатой и принялся за дело. Парень не сказал ни слова, пока последний разбойник не был похоронен и напрочь отказывался от помощи. Он собственноручно выкопал шесть ям, опустил туда их тела и погреб их под толстым слоем земли. Эльза прекрасно понимала чувства брата, ведь он повел их в бой, он распределил их по местам, и он отдавал им приказы. Да, пускай прямой вины на нем не было, но парню хватало и косвенной. Марианна наблюдала за всем этим со стороны и не решалась подойти или что-то сказать. Брант иногда поглядывал в ее сторону и видел, как она себя мучает и бранит, но был рад что она стоит в стороне, ибо подсознательно он был на нее зол, хотя и понимал, что она тоже ни в чем не виновата. Когда Брант пошел к ручью чтобы вымыть руки от земли и умыться, Марианна не выдержала напряжения, витающего в воздухе, и пошла вслед за ним.