Чтение онлайн

— Как они?

И Пол с Оуэном несколько минут поговорили о жене Оуэна по имени Хайди и о его детях, которым Эми мгновенно потеряла счет, поняв лишь, что их не меньше трех. В пабе появились еще посетители, и Оэун вернулся к своим обязанностям.

— Налить вам выпить? — спросил он.

Эми и Пол переглянулись и отрицательно покачали головами.

— Спасибо, — сказал Пол. — Но нам сегодня нужна ясная… гм… голова.

Эми промолчала, вспомнив, куда они идут. Как она могла забыть? Даже ненадолго? Теперь на ее плечи опять легла тяжесть, которая несколько минут ей не досаждала. Наверное, потому, подумала она, что это место такое… удивительное.

— Приехали поесть карпа? — спросил Оуэн. — Сегодня у нас в основном любители карпа, — пояснил он с нескрываемой гордостью. — Мы повесили объявление в окошке.

— А я обещал Эми ростбиф.

— Росбиф тоже есть. Не все ведь любят рыбу.

Ресторанный зал находился напротив бара, и уже в половине седьмого в нем набралось немало посетителей. На столах лежали зеленые скатерти, стояли свечи в зеленых подсвечниках и цветы в серебряных вазах. Посредине на большом столе между растениями в горшках на огромном серебряном блюде были затейливо разложены всевозможные фрукты.

Три столика были заняты, на двух еще стояли таблички. За одним из столиков уже ели что-то золотисто-коричневое с невероятно привлекательным ароматом специй.

— Может быть, карп? — спросила Эми, когда юная черноволосая официантка проводила их к столику и зажгла свечу.

— Почему бы и нет? Хочешь попробовать?

— В следующий раз, — с сожалением отозвалась Эми. — Мой желудок жаждет ростбифа.

И ее желудок не был разочарован. Официантка без всякой суеты приняла заказ и, сразу поняв, что они заехали в паб по дороге, почти тотчас принесла ростбиф. Даже если бы Эми хотела к чему-нибудь придраться, она бы не смогла это сделать при всем желании. Ростбиф был такой нежный, что ей почти не требовался нож, овощи и соус приготовлены так, словно повар стоял у Эми за спиной, когда она сама готовила ростбиф для своего семейства. Пудинг же оказался выше всяких похвал.

Аппетит вернулся к Эми мгновенно, и она сама не заметила, как опустошила тарелку, после чего почувствовала себя куда увереннее и сильнее. Слишком долго она не давала своему телу нормального топлива, держась исключительно на нервах, и теперь как будто опьянела от еды. Она посмотрела на Пола, и ей понравилось, как он ест — сосредоточенно, неторопливо, аккуратно. Как я ему благодарна, думала она, за то, что он привез меня сюда, за все, что он для меня сделал, за то, что он такой милый…

Эми одернула себя и сказала первое, что пришло ей в голову:

— Тарелки не такие.

— Что? — не понял Пол. — Почему не такие?

— На них должны быть ивы, — зачем-то сказала Эми. — А ножи… — Она коснулась ручки своего ножа. — Ножи должны быть тяжелые, серебряные. — Эми умолкла и, опустив глаза в тарелку, сложила вместе вилку и нож. — Извини. Сегодня такой длинный день.

— Приятно видеть, что ты наконец-то нормально ешь.

— Ужасно вкусно, Пол. Не помню, чтобы мне еще где-то так понравилось.

— Ну, Хайди — великая кулинарка.

Умиротворенная его голосом и всей атмосферой ресторана, Эми с удовольствием смотрела, как он доедает ростбиф.

— Хайди как будто не английское имя.

— Наверное. Она ведь шведка. Они познакомились, когда девушка приехала сюда на год учить английский язык.

— А где она научилась так хорошо готовить английские блюда?

— Не знаю. Научилась где-то. Она и Оуэн — замечательная пара. Стоит им к чему-нибудь прикоснуться, и все у них получается.

Эми улыбнулась. Ей понравилось, как Пол с любовью и без зависти говорил о своем друге.

— А что он имел в виду, когда сказал, что ваши прозвища имеют свою логику? — спросила она. — Я что-то не поняла. Вряд ли он был в детстве толстым.

— Не был.

— А почему тебя звали Фрик?

— Я тебе расскажу, но не сейчас. Сначала надо закончить с одним делом.

— Ты прав. — Однако Эми трудно было удержаться от вопросов. — А что из себя представляла школа, где учили говорить прирожденно властным тоном?

Когда Пол назвал одну из самых известных школ, Эми обуяло любопытство, недаром она сама работала в школе.

— Неужели там в самом деле учили мальчиков говорить уверенно?

— Это получалось само собой.

— А у тебя не получалось? — Эми знала, что задает слишком личный вопрос, но ей неудержимо хотелось знать о Поле как можно больше. — Ты специально решил говорить иначе?

— Не знаю.

Пол забыл о еде. Потом он с одному ему присущей грацией пожал плечами и стал глядеть на огонек свечи, возможно вспоминая прошлое. Судя по выражению его лица, картинки были не из веселых.

— Я ее ненавидел, — наконец произнес он.

Эми отпрянула, в очередной раз осознав, что она ничего не знает о Поле. Они настолько хорошо понимали друг друга, что ей не верилось, что вчера она еще и не подозревала о его существовании.

— Тебе было плохо в школе? — сочувственно спросила она. — С самого начала и до конца?

Пол нахмурился.

— С годами привыкаешь.

— Но это похоже на пожизненное заключение… — Эми представила маленького печального мальчика, выброшенного из любящего дома в мальчишеское злое общество. — Думаю, твои родители хотели как лучше.

Пол кивнул.

— Когда мой отец… — Пол помолчал, подбирая слова. — Когда он был при деньгах, то отложил некоторую сумму на мое образование. Для него это явилось большой жертвой.

— А твоя мать? Наверное, ей не хотелось посылать тебя в школу, где тебе было плохо?

— Она не знала. Я и виду не показывал… Кроме того, — невесело проговорил он, — ей, наверное, хотелось остаться наедине со своим новым мужем.

— Ты с ним ладишь? С отчимом?

— Да. Правда, я его редко вижу. У него поместье в Шотландии… — Пол замолчал и огляделся в поисках официантки. — Надо позвонить Фелисити. У нее ведь Джим.

Ресторан был уже полон, и маленькая официантка торопливо перебегала от одного столика к другому, принимая заказы и разнося еду. Она кивнула Полу и исчезла на кухне.

Эми размышляла о том, что услышала. Пол посещал дорогую школу, а у его отчима поместье в Шотландии. Другими словами, он вышел из круга, в котором люди имеют много денег… с самого младенчества. Почему ее это удивляет?

Эми спросила себя, можно ли верить Полу, и тотчас ответила утвердительно. Он ведь совсем не хвастался, наоборот, довольно неохотно отвечал на вопросы. Да и его одежда. Поношенная, но очень дорогая. Даже украденная куртка… И Оуэн говорил о школе не для бедняков.