Любовь выше страсти
Шрифт:
— Садитесь, пожалуйста, — холодно предложила она. — Я пригласила вас, чтобы поговорить об угнанной машине.
Эми обменялась взглядом с Полом. Как же она хотела сесть рядом с ним на диван, стоявший напротив камина, а ей пришлось занять кресло в отдалении.
Ну что ж, делать нечего. Эми устроилась поудобнее и еще раз оглядела комнату.
Надо же, семейные фотографии! Справа от камина вся стена была увешана ими. Первой Эми попалась на глаза фотография седоволосой четы с очаровательным маленьким мальчиком. Неужели это дед и бабушка Роберта, которые завещали ему дом? Немного выше располагались цветные фотографии лабрадора и четы средних лет, по-видимому родителей Роберта, сидящих за столом, накрытым по-праздничному и сверкающим хрусталем и серебром. На противоположной стене висел большой цветной портрет Роберта, когда ему было лет двадцать, на лошади.
Эми не поняла, чему она, собственно, удивляется. Роберт — обыкновенный человек, у которого есть семья, следовательно, есть семейные праздники, и его родственники вполне могли держать собаку и гордиться ребенком. Однако между фотографиями она заметила довольно много пустых мест, где скорее всего раньше висели другие фотографии.
Тут Эми сообразила, что не видит ни одной свадебной фотографии самого Роберта.
Поначалу она даже рассердилась на себя. С какой стати им висеть тут, если Роберт и Сара разведены? Но потом она поняла, почему удивилась их отсутствию.
— Это ваша комната? — спросила она Сару. — Роберт сохранил ее в точности такой, какой она была при вас, да?
Страдальческое выражение изменило взгляд Сары, но она все же ответила:
— Он сказал, что не мог заставить себя заходить сюда… — Она умолкла, сообразив, что вновь теряет над собой контроль. — Так что это за глупость с украденной машиной?
На сей раз ответил Пол с естественной для него спокойной твердостью:
— Думаю, мы подождем с этим, пока не вернется ваш… ваш муж.
Эми обратила внимание на то, что Пол запнулся на слове «муж», и поняла его. Узаконили Роберт и Сара свои отношения или не узаконили? Каков бы ни был Роберт, он говорил правду о своем разводе, и вряд ли за четыре дня они успели вновь сочетаться браком. Эми сгорала от любопытства, но не позволила себе спросить, что случилось с ними и какие у них планы на будущее. Вместо этого она мысленно кивнула головой, заметив веник в углу.
— Прошу прощения за то, что мы оторвали вас от уборки, — вежливо, словно пришедший в гости викарий, проговорила она. — У вас, верно, немного времени, ведь вы — занятая женщина.
— Я почти закончила, — недовольно отозвалась Сара. — Здесь было столько пыли и паутины, ужас.
— Да… Теперь смотрится прекрасно. Правда.
Она проговорила это из желания как-то наладить отношения, но сразу поняла, что не кривит душой. Может быть, кому-то комната пришлась бы не по вкусу, но в ней было свое очарование, очарование вековой традиции, которое успокаивает глаза и умиротворяет душу. Еще бы зажечь здесь камин, подать домашний кекс — и лучшего места для вечернего чая не найти!
Сара хмыкнула в ответ на комплимент Эми, но, наклонив голову, пристально поглядела на нее из-под густых черных бровей.
Неожиданно в голову Эми пришла еще одна мысль.
— Вы что-то печете?
— Кекс, — ответила Сара.
Так я и знала, с удивлением подумала Эми, забыв о своих горестях, эта женщина — прирожденная хозяйка дома. Ну и дурак Роберт!
Сара стояла в той же напряженной позе, сцепив на животе пальцы и не сводя с Эми черных глаз. Ее как будто раздирали два противоречивых чувства. С одной стороны, она хотела ненавидеть Эми, а с другой… произвести на нее впечатление, что ли? Ею овладело желание победить соперницу? Или ей не терпелось произнести имя своего возлюбленного и показать, как она умеет ублажить его?
— Роберт говорит, что пять лет после нашего развода не ел таких вкусных кексов.
Ну, конечно, ей нравится произносить его имя. Ее красивый голос словно ласкал его своими нежными и мечтательными переливами. И Эми решила сыграть на этом.
— Значит, вы опять вместе?
— Нет. Из-за вас. — От нежности в ее голосе не осталось и следа. — Если бы не вы с вашими посулами, это могло бы случиться уже давно.
Эми хотела ответить, что никогда не обещала мужчинам больше, чем могла им дать, зато всегда крепко держала свое слово, но вовремя прикусила язык.
— И что же я сулила ему? — спросила она.
— Вы заставили его поверить, что относитесь к нему серьезно, разве не так? — повысила голос Сара. — И он поверил, поэтому сделал вам предложение, но тут-то вы себя и показали. Вы его отвергли! — почти что крикнула она, выражая свое возмущение. — Мужчина предлагает вам руку и сердце — и какой мужчина! — а вы его отвергаете! Отвергаете моего Роберта!
Вопреки всему Эми почувствовала расположение к Саре. Каким бы чудовищным ни был Роберт, она все еще любит его и ее ужасно возмущает, что какая-то женщина могла отвергнуть его, тем более такая недостойная, какой она считает Эми.
— Честное слово, мне и в голову не приходило ничего подобного, — еле нашлась Эми.
— И зря. Вы же… — Сара помолчала, подбирая слова. — Вы же спали с ним. И не один раз. Разве не так?
Эми закусила губу, не в силах поднять глаза на Пола.
— Я знаю, он сделал вам предложение, только чтобы вернуть меня, — продолжала Сара, вполне довольная историей, придуманной для нее Робертом. — Но вы же должны были знать… не могли не знать, что ваша связь… — она с отвращением произнесла это слово, — к чему-то приведет.
Эми не сводила глаз с коврика в виде полумесяца перед камином.
— Разве не так? — стояла на своем Сара. — О чем вы, интересно, думали?
Эми не отвечала. Да и что тут ответишь? По крайней мере, правду сказать она не могла. Не объяснять же, что три месяца раз в две недели она приезжала к Роберту получить удовольствие, а потом как ни в чем не бывало возвращалась к своей обычной жизни и даже не вспоминала о нем.
— Я… Я не понимаю, почему вы сердитесь на меня, — наконец произнесла она. — И почему Роберт?..
— Ах, Роберт? Да бедняжка всю ночь до утра глаз не мог сомкнуть.
— Не он один, — сказала Эми, пытаясь как-то защитить себя. — Он вел себя со мной ужасно. Делал такое…
— Что бы он ни сделал, вы это заслужили, — заявила Сара, возмущенно качнув хвостиком. — Много есть на свете похотливых сук…
— Спокойно, — вмешался Пол.
— Кстати, — все еще защищаясь, добавила Эми, — его представление о браке отличается от моего.
— Тем хуже для вас, если вы по глупости отказываетесь от собственного блага.