Чтение онлайн

— Вдруг что-то сломается, — пояснила я. Но Эмиль лишь рассеяно кивнул. Он много раз пытался связаться со своим кораблём, но ответом ему был лишь белый шум.

К ужину у меня уже был готов план работ. Его я и положила около себя на столе, когда в кухню-столовую на нашем корабле вошёл Эмиль.

— Вот, это тебе, — сказал он, ставя передо мной свой подарок.

Я с удивлением смотрела на склеенного лебедя перед собой.

— Тарелку, к сожалению, разбили на мелкие кусочки, — зачем-то пояснил Эмиль. — Уже не собрать.

— А лебедь раскололся при посадке, — машинально сказала я.

— Видимо, это его и спасло, — улыбнулся Эмиль. — Конечно, линия склеивания видна, но это лучшее, что я смог сделать в этих условиях.

Эмиль старательно ловил мой взгляд. И я посмотрела ему в глаза. Затаённое ожидание мелькнуло в них. Я заставила себя улыбнуться и отвела взгляд.

Полярная Звезда подери! Я так и не выяснила, кому принадлежала эта странная солонка. Раз он взял её с собой в полёт, значит, она для него что-то значила. И я как будущий капитан обязана вернуть лебедя владельцу.

— Спасибо, — я протянула руку к солонке. Эмиль, видимо, решил пододвинуть её ближе ко мне. Наши пальцы соприкоснулись. Я вздрогнула и могла бы уронить лебедя снова. Хорошо, что он стоял на столе.

Попыталась отдёрнуть руку, но мужчина легко удержал мои пальцы в своей ладони.

— Любовь, — тихо сказал он. Я подняла глаза и утонула в карих омутах. — Понимаю, что отношения не склеить, как солонку, но я искренне предлагаю начать сначала. У тебя остались друзья или… — Эмиль запнулся, но потом резко закончил: — любимый.

— Друзья? Любимый? — я невесело усмехнулась. — Я с детства грезила космосом и знала, что стану капитаном. Мало кому в моём городе было интересно обсуждать звёздные карты и технические характеристики межгалактических крейсеров.

— А на корабле?

— Уставом строго запрещены отношения между служащими разных рангов. Так что любое повышение, и ты уже снова один. Зачем тратить время и силы на что-то, что не ведёт тебя к твоей цели? Я всегда знала, что буду капитаном. А на корабле может быть только один капитан.

— Ну, хоть друзья в Академии? — не сдавался Эмиль.

— Как выяснилось, друзья познаются не в беде, а в успехе. Зависть разрушает дружбу.

Я чуть подумала и, не знаю почему, начала рассказ.

Инструктор медленно прошёл вдоль строя и обратно, развернулся и резко спросил:

— Кто убил Баттерфольда?

Говорил он негромко и мягко, но каждый кадет вздрогнул. По взгляду инструктора в мою сторону, я всё поняла. Мне даже вспоминать не надо было: вчера моя соседка попросила её прикрыть, пока она будет миловаться с Пенкиным, её молодым человеком. Я же разбираюсь во всех системах. Вот и отключила видео-регистратор в…

— Его нашли в седьмом отсеке, — вкрадчиво добавил инструктор и открыто посмотрел на меня.

Точно, именно в седьмом отсеке соседка попросила отключить видео-регистратор. Баттерфольды — редкие животные, которые водились на спутнике планеты К-10 и нигде больше. Их было не купить, только самые отчаянные пилоты отваживались садиться на спутник. Поймать даже одного Баттерфольда было огромной удачей. Их не продавали, их всегда оставляли себе. Историю о том, как инструктор поймал своего любимца, рассказывали первокурсникам на Посвящении. Баттерфольд был неприкосновенным!

Смысла отпираться не было. Мы с самого первого дня слышали: «Капитан знает всё, что творится на его корабле!» Наш инструктор и был нашим капитаном. Да и не особо я следы скрывала. Не думала, что кому-то будет до этого дело. Я начала про себя отсчёт последних секунд в Академии и сделала шаг вперёд. Десять.

— Я отключила регистратор, — девять.

— Зачем? — восемь. Инструктор встал передо мной. Я смотрела на верхнюю пуговицу его мундира.

— Перепутала провода, — семь.

— А Баттерфольд? — шесть.

— Это не я, — пять. Жалкая попытка оттянуть неизбежное, но ведь это, действительно, не я.

— Она б его хоть закопала, — гоготнул Пенкин. Четыре.

— Мы в космосе, дурак, — шёпотом осадил его кто-то из товарищей. Три.

Мы, действительно, были в космосе. Не в глубоком, конечно. Так на орбите одной из непригодных для жизни планет нашей системы. Это чтобы никто не мог сбежать вниз, чтобы мы прочувствовали, как жесток и неприветлив космос. Так это описывал наш Инструктор. Но когда до родного дома пара дней пути — по мне, что это за космос?

— Я капитан этого корабля, — два. — И я знаю всё, — один, — что на нём происходит. — Ноль. Сейчас меня исключат. — Кадет Пенкин, Вы отчислены за убийство беззащитного животного.

— Я? Почему я? Она же призналась, — заныл Пенкин.

— Да, почему он? — послышались голоса его товарищей.

Инструктор сделал шаг к Пенкину и повторил:

— Я — капитан этого корабля, и я знаю всё, что на нём происходит. У кого-то есть ещё вопросы? — друзья Пенкина замолчали. Я слышала тяжёлые шаги Пенкина у меня за спиной. Шаг назад, поворот, шаг, другой, третий. Кадет Пенкин перестал быть кадетом. Скоро звук его шагов стих в дали коридора.

Инструктор вернулся ко мне. Я снова уставилась в верхнюю пуговицу его мундира.

— Баттерфольды водятся только на спутнике планеты К-10, — строго произнёс инструктор, стоя передо мной. — Кадет Искар, в наказание Вы отправляетесь на транспортной шлюпке одна на спутник К-10, и без нового Баттерфольда не возвращайтесь!

— Будет исполнено!

Через несколько минут я уже была в шлюпке. Впервые я летела через пространство одна! Через несколько дней я была на спутнике планеты К-10. Самая неприятная планета в нашей системе, и спутник ей под стать. Но я справилась, и через неделю привезла инструктору двух Баттерфольдов. Кстати, он до сих пор их разводит и выгодно продаёт малышей. Возможно, единственный во всей Вселенной.

Я улыбнулась воспоминаниям: каждый раз инструктор присылал мне фотографии новорожденных малышей, а затем перевод за продажу одного из них.

— Ты очень сильная и достойна лучшего, — тихо сказал Эмиль.

Я смотрела на лебедя и думала, что именно это сказал мне инструктор, когда я вернулась. И ещё кое-то сказал. Ведь попросила меня не соседка, а друг Пенкина. Звезда Академии, сын одного из министров. И просто парень, который мне очень нравился. Стоя тогда перед всеми и отсчитывая, как я думала, последние секунды в Академии, я понимала, кто реально меня подставил.