Чтение онлайн

Жора провёл меня до самой двери и протянул руку на прощание. Я крепко её пожал и уже с лестницы громко крикнул:

— До свидания, Надя!

Ответа из глубины квартиры не последовало, из чего следовало, что женщина наверняка была увлечена чем-то более серьёзным, чем внимание к моей отвратительной персоне…

Добравшись на метро домой, я спешно разделся, на скорую руку сварил себе кофе и лихорадочно разложил в кухне на столе принесённые от Жоры бумаги. К сожалению, прочитать не удалось ни единой строки.

Неожиданный звонок в дверь застал меня, если можно так сказать, врасплох. Если это Татьяна пришла мириться, в чем я, естественно, очень сомневался, то визит её был как нельзя не кстати. Будь за дверью она или кто-то иной, — видеть этого человека мне в равной степени не хотелось. В душе появилось желание на несколько минут затаить дыхание и дождаться, когда посетитель еще дважды или трижды позвонит, поймет, что никого дома нет, и, не солоно хлебавши, уберётся восвояси. Мои глаза несколько растерянно блуждали по стенам и потолку, будто бы выискивая там след от замурованного клада.

В дверь позвонили повторно, причём звонок звучал так настойчиво, что мне пришлось трепетно дёрнуться и неуклюже перекинуть табуретку. Грохот наверняка был услышан по ту сторону двери. Ещё раз оглянувшись по сторонам, я наспех сложил бумаги в одну стопку, набросил на них висевшее на спинке стула кухонное полотенце и галопом помчался в прихожую открывать.

На пороге собственной персоной стоял ни кто иной, как капитан Виктор Иванович Харченко. Как обычно, он был без головного убора, одетый в неизменное кожаное пальто и закутанный в длинный шерстяной шарф.

— Здравствуйте, Андрей Николаевич, — любезно поприветствовал меня он несколько охрипшим голосом.

— Доброе утро. — Ничуть не скрывая своего удивления, я отошёл в сторону и жестом пригласил его в квартиру. — Давненько что-то мы с вами не виделись. Уже как-то и соскучиться успел.

— Опять иронизируете. Ну, что ж, валяйте, — это даже в некоторой степени интересно. — Харченко дружелюбно улыбнулся и, слегка закашлявшись, снял со своей шеи шарф. — Что-то простуда-злодейка одолела, просто спасу от неё нет.

— Это, наверное, от того, что вы простоволосым ходите. Неужели десять гривен на кепку из зарплаты тяжело выделить?

— Вполне возможно, — согласно кивнул капитан, вешая пальто. — Да и кепка у меня в наличии имеется, только вот никак не могу себя заставить ее на себя одеть. Жена ругается, а я всё равно её на заднем сидении в машине всегда оставляю. Привычка, знаете ли.

— Непослушный вы муж, — издевательски констатировал я.

— Если разобраться, то по большому счету все мы непослушны, Андрей Николаевич, а вы, так особенно.

— Ну почему же? Я то как раз слушаю добрые советы умных людей, — всегда хожу по улице в головном уборе.

Харченко усмехнулся и без приглашения прошёл на кухню.

— Не угостите ли вы меня горячим чаем, Андрей Николаевич? — бесцеремонно попросил он.

— Могу предложить кофе, если не возражаете?

— Ради бога, кофе даже лучше.

Я ловко разлил по маленьким узорчатым чашкам крепко заваренную тёмную жидкость. Харченко присел за стол, пододвинул один из приборов к себе и принялся старательно греть об него свои замерзшие ладони.

— Какими судьбами объявились в наших краях, товарищ капитан? — несколько обнаглевшим тоном спросил я.

— Знаете ли, удивительное стечение обстоятельств получилось. Проезжал случайно мимо вашего дома, гляжу, — вы быстро двигаетесь от станции метрополитена к своему дому, озабоченный такой, весь в делах, ни на что вокруг никакого внимания не обращаете. Дай, думаю, зайду в гости, узнаю, может, чем помочь человеку нужно. Заодно и кофейку выпью, если предложат.

— Спасибо за заботу, но должен вас разочаровать, — помощи от вас пока что никакой не требуется. А то, что я быстро шёл, так это я всегда так хожу. Ездил, знаете ли, к другу, договаривался о нашей будущей встрече в узком семейном кругу, если вас это интересует. Он у меня известный журналист, — его, кроме как утром в выходной, дома поймать никогда невозможно.

Я сел за стол напротив капитана и положил руки прямо на полотенце, которым были накрыты бумаги.

— Вы совсем не обязаны передо мной ни в чём отчитываться, — дружелюбно заявил Харченко. — Я ведь спросил об этом просто так, ради приличия. Неужели мы, работники уголовного розыска, не можем в свое свободное время нанести нашим подопечным простой визит вежливости?

— Ну, слава Богу, я вашим подопечным пока ещё не являюсь, так что проявлять особой заботы обо мне не стоит, а насчёт визита вежливости… — Я искренне боялся, как бы не взмахнуть руками и не сдвинуть находящееся под ними полотенце хоть на сантиметр в сторону. — Вы ведь пришли не просто так. Признайтесь, капитан. Ведь по глазам вижу, что есть у вас ко мне какой-то серьёзный разговор.

Харченко заулыбался, отхлебнул из своей чашки первый глоток и блаженно расслабился, как только кофе разлилось по горлу. Это у себя в кабинете пускай он строит погоду, а сейчас, в своей собственной квартире, хозяином положения являлся я, что вполне наглядно давал понять собеседнику, чтобы особо не расслаблялся.

— Как приятно, — не без удовольствия произнёс он, — отлично заварили кофе, как раз по моему вкусу… Разговор, говорите? Да, конечно, как же без этого? Только он не настолько серьёзный, как вы себе представляете. Скажем, это просто дружеская беседа. Мы ведь с вами практически одного возраста, — мне всего тридцать лет, — почему, в таком случае, мы не можем быть друзьями?

— Иметь друзей в милиции?.. — насмешливо заявил я. — Да чтобы они сами подобное предлагали?.. Это уже что-то новенькое.

— А почему бы и нет? В наше время все люди, наоборот, только и стараются с нами подружиться. Подобное положение дел удобно для всех — и для них, и для нас. Не все менты такие уж плохие, Андрей Николаевич, поверьте. И дружить с нами вам все же придётся, хотите вы того или нет. Думаю, лучше для вас будет поддерживать приятельские отношения со мною, чем с кем-то другим.

— В этом вы правы, — охотно согласился я, — культурный и воспитанный человек в вашей системе — большая редкость.

— Вот видите, все то вы понимаете. — Харченко встал из-за стола и приблизился к окну. — Стало быть, контакт между нами можно считать налаженным. Поверьте, я могу завести подобного рода дружбу с любым человеком. С вами это сделать легче; мы — люди одного типа, хотя и специализируемся по разному профилю. Такие, как вы и я, понимают друг друга с полуслова и полувзгляда. Мне было достаточно одной беседы с вами, чтобы понять, — вы никак не можете быть преступником, и вообще ничего общего с преступностью не имеете. Приятелей такого рода мне как раз и не хватает, — просто не хватает общения с внешним кругом людей. Иногда хочется побыть в своей тарелке, почувствовать себя не зубастой овчаркой готовой перегрызть любому подонку горло по первому же приказу, а образованным и культурным человеком. Я думаю, вы эту ситуацию понимаете, небось, сами подобное испытывали.