Чтение онлайн

— Ох! — выдохнула Кати. — Тут так скользко!

— Сиди на месте! — крикнула ей Мариша. — Не двигайся.

— Нет, мне нужно к Густаву, — ответила Кати. — Не беспокойтесь за меня, я осторожно.

И она стала спускаться, не поднимаясь с пятой точки. Съехав в небольшое углубление, которое образовывали собой две скалы, она вполне благополучно добралась до низу. Мы последовали за ней. Скалы и в самом деле местами были такими скользкими, словно их полили маслом. Но сейчас нам было не до выводов. Мы торопились узнать, что случилось с Густавом.

— Ну как он? — спросила Юлька у Кати, когда мы все оказались в ущелье.

— Не знаю, — дрожащим голосом ответила Кати. — У него голова вся мокрая.

Мариша направила луч фонарика на голову Густава, и мы увидели, что все его лицо залито кровью.

— Проверь пульс, — мрачно шепнула мне Мариша. — Видишь, Кати не может. Она в шоке.

Я с трепетом взяла руку парня и принялась нащупывать пульс. Пульс не находился, хотя рука была еще теплой и гибкой.

— Поищи у него на шее, — предложила мне Мариша.

— Что поискать? — не поняла я.

— Пульс, — рявкнула моя подруга, и фонарик в ее руках нервно заплясал.

Ощупав шею Густава, я грустно покачала головой.

— По-моему, он мертв, — сказала я. — Нужно звать Грека или кого-нибудь более опытного.

Рыдающую Кати мы забрали с собой. От места, где разбился Густав, до площадки с фонтанчиком и в самом деле было всего несколько десятков метров. Мы вышли к фонтанчику, побрызгали водой на теряющую сознание Кати, умылись сами и побрели к отелю.

По дороге нам некогда было переговариваться, потому что Кати умудрилась терять сознание не меньше трех раз. И каждый раз нам приходилось тащить ее на себе. Бросить ее одну мы почему-то боялись. Вдруг она бы помчалась снова к тому месту, где лежал ее Густав, и по дороге сверзилась со скалы. В ее помраченном состоянии разума это было раз плюнуть.

Грека мы нашли в его номере. При виде висящей у нас на руках Кати и нашей измазанной светлой пылью и пятнами масла одежды он побледнел.

— Что случилось на этот раз? — с тревогой посмотрев на Кати, спросил он у нас.

— Очередное несчастье, — прошептала я. — Ее друг свалился со скалы. И кажется, он мертв.

Грек позеленел.

— Где? — прошептал он мне в ответ. — Где это произошло?

— Пойдем, мы покажем, — кивнула Мариша. — Только возьми фонарь. И иди осторожно. Там снова кто-то полил маслом дорогу.

— Господи, за что мне это? — пробормотал Грек, надевая ботинки. — Девочки, пусть кто-то из вас пойдет со мной.

А две других отведут эту бедняжку в номер и вообще позаботятся о ней.

Мы так и сделали. Мариша пошла показывать дорогу, а мы с Юлькой потащили Кати в их бывший с Густавом номер. К счастью, в отеле было уже безлюдно. И мы по дороге никого не встретили. Дотащив Кати до дверей их номера, мы встали перед проблемой. Ключей от номера в карманах Кати не было.

— Потащили ее к нам, — прошептала мне Юлька. — Так будет еще лучше. А то она очнется у себя в номере, сразу вспомнит, что Густава больше нет, и начнет рыдать. А у нас в номере ей будет легче. И вообще нужно за ней присмотреть.

Так как другого выхода у нас все равно не было, мы потащили Кати к себе. Уложив ее на кровать, я помчалась к Тате за нашатырным спиртом. В результате вернулась я не только с нашатырем, но и с Татой. Мы привели Кати в чувство, дали ей успокоительное, которое тоже нашлось у Таты, и сели в кружок у кровати. Юлька держала Кати за руку и уговаривала, что все еще, может быть, обойдется.

На наше счастье, успокаивающее средство подействовало быстро и оказалось достаточно сильным. Кати уснула, а мы смогли обсудить сложившуюся ситуацию. То есть смогли бы, если бы в это время не вернулись Грек с Маришей. Вид у него был просто несчастный. Казалось, что за полчаса он похудел килограммов на десять. Увидев Тату, он тут же поманил ее за собой. И они вдвоем выскользнули из нашего номера.

— Ну что? — спросила я у Мариши.

— То самое, — мрачно ответила та. — Скалы политы маслом. Густав стопроцентно мертв. И к тому же от него пахнет спиртным. Похоже, они с Кати отпраздновали свое примирение по полной программе. Так что неудивительно, что он громыхнулся со скалы. В таком состоянии это легко могло случиться и без оливкового масла.

— Ты думаешь, что?..

— Конечно, — кивнула Мариша. — Кто-то подготовил ловушку. И Густав в нее угодил.

— Но кому могло понадобиться избавляться от Густава? — прошептала я. — И кто мог полить маслом скалы?

— Не знаю, — покачала головой Мариша. — Но я точно знаю, кто этого сделать не мог.

Мы с интересом уставились на Маришу.

— Вот она, — кивнула Мариша на спящую Кати.

— Почему? — спросила я.

— Потому что маслом скалы политы совсем недавно, — сказала Мариша. — Грек сказал, что днем этой дорожкой пользовались и все было в полном порядке. Он бы заметил, если бы скала была полита маслом. Так что полили маслом скалу уже ближе к вечеру. А Кати была в это время на Сицилии. А потом мы плыли домой, и Кати не могла ничего поливать маслом. Потом они с Густавом посидели в баре, где он так и нализался.

А потом они пошли прогуляться до фонтанчика. Тоже вместе.

— Да уж ясно, — кивнула Юлька. — У Кати просто не было времени, чтобы полить маслом скалу.

— Нет, ловушку готовили для кого-то другого, — задумчиво сказала Мариша.

— Девчонки, а ведь считайте, что нам повезло, — неожиданно прошептала Юлька. — Мы с вами ломали голову, как бы подсунуть Греку и Тате фальшивый труп, а тут пожалуйста. Словно по заказу появился самый настоящий, стопроцентный труп.

— Юля, — простонала я. — Ты думай хоть иногда, что говоришь. Ты ведь о мертвом человеке говоришь. Нельзя ли хоть немного уважения?

— А что такого? — встала на сторону Юльки Мариша. — Она права. Если мы хотим проследить за действиями Грека и Таты, то сейчас самое время.

— И мне безнадежно больной притворяться не придется! — подхватила Юлька. — И мазаться разной дрянью, чтобы лишаи по телу пошли, тоже не придется. И вообще, умирать даже понарошку не очень-то полезно для здоровья. Вдруг накаркаешь.

И придя к выводу: что ни делается, все нам на руку, мы приступили к обсуждению того, как мы будем следить за Татой и Греком.