Чтение онлайн

В своем времени я никак не мог понять, почему, даже гонимые на убой, заключенные концлагерей, уже зная, что неминуемо погибнут, не бросались на своих мучителей? Казалось бы, конвоиров намного меньше, чем их, хоть кто-то, да уцелеет, сцепившись с ними врукопашную! Вполне вероятно завладеть оружием, а там уже, как карта ляжет. Если и погибнуть, так в бою, а не бессловесной скотиной, как на бойне! Но, видимо, велика тяга к жизни, даже такой незавидной. Все еще на что-то надеются.

Мы же, направляясь в командировку на Северный Кавказ, в обязательном порядке прятали в швах одежды третью струну от гитары. Великолепная вещь! В сочетании с пуговицами очень даже убойная, если умеешь пользоваться! А обращаться с этой последней надеждой, абсолютно бесшумным оружием в умелых руках, «Царь» научил, зная, что не за горами поездки на войну. От плена же не застрахован никто. Кто-то сдается добровольно, только не СОБРы, другие же попадают в бессознательном состоянии. Обыскивать «духи» по нормальному не умеют, за исключением некоторых. Да и тем найти спрятанную в одежде стальную пластичную жилу очень даже затруднительно, если не сказать невозможно. А еще нужно знать, что она есть. Для этого требуется думать точно так же, как спецназ.

— Герр оберст-лейтенант! К Вам гауптман Крейнер и лейтенант Вайде!

— Приглашайте, Август.

— Герр оберст-лейтенант! Гауптман Крейнер по Вашему приказанию прибыл!

— Герр оберст-лейтенант! Лейтенант Вайде по Вашему приказанию прибыл!

— Проходите, господа, присаживайтесь. Лейтенант, как мне уже доложили, Вы оказались правы. Прошу прощения, что позволил себе усомниться в Вашем профессионализме. Однако, Ваши люди, по-моему, снова опростоволосились. Наши потери просто немыслимы! Или у меня неверные сведения? Докладывайте.

— Герр оберст-лейтенант! — произнес Вайде, вставая. — Инструктаж с солдатами я проводил лично. Особое внимание обратил на то, чтобы не было никакой самодеятельности, все действия только по приказу командира. Но вмешались случайность и подлое коварство наших противников, тем самым их отличная подготовка и высокий профессионализм вновь подтвердились. У одного из проводников собака вырвала из рук поводок, тот кинулся за ней, а за ним побежали остальные солдаты. Как результат, сработала ловушка «Призраков». Надо отдать должное, они очень тщательно просчитали наши действия. В ловушку угодил также один из моих людей. Могу только отметить, что в подразделении он служит недавно, еще не успел стать настоящим диверсантом в полном смысле этого слова. И уже не станет.

— И где же они сейчас?

— Я предполагаю, что сейчас диверсанты снова затаились. У них нет другого пути, кроме как возвращаться по своему старому маршруту, через то место, где им удалось захватить автомашину. Все остальные направления перекрыты войсками. Эта лазейка оставлена им умышленно. В месте вероятного прохода выставлена засада, там находятся мои люди. Местность позволяет прижать разведгруппу огнем и предложить им сдаться. В этом случае шансов уйти у них нет. Отступать по открытому простреливаемому пространству равносильно самоубийству. Сзади же их готова прижать рота СС. Не думаю, что у русских появится возможность их уничтожить, хотя, потери и в этом случае неизбежны. Слишком уж они эффективны. Мне бы очень хотелось познакомиться с системой их подготовки. Тут у большевиков есть, чему поучиться. Надеюсь, герр оберст-лейтенант, что Вы предоставите мне возможность пообщаться с их командиром?

— Как говорят русские, лейтенант, давайте не будем, делить шкуру неубитого медведя. Вы сначала доставьте их ко мне, а там уже будет, о чем предметно разговаривать. Действуйте. Диверсанты должны быть схвачены любой ценой. Что у Вас, Крейнер?

— Герр оберст-лейтенант! — Вытянувшись, начал доклад начальник абвергруппы. — В соответствии с рекомендациями лейтенанта Вайде произведены перемещения приданных подразделений, отданы недвусмысленные указания их командирам по захвату или связыванию боем разведчиков. Необходимость захвата их живыми тоже разъяснена. С сегодняшнего дня вновь задействована авиация, которой четко указаны районы наблюдения. На дорогах в местах вероятного появления «Призраков» выставлены усиленные посты. Производится минирование бродов на пути вероятного перемещения группы. Силами вспомогательной полиции организовано патрулирование населенных пунктов в районе предполагаемого местонахождения диверсантов. Агентуре и старостам даны задания на выявление всех без исключения незнакомых лиц в окрестностях их поселений. Думаю, в этот раз выскочить из кольца русским не удастся. Я закончил, герр оберст-лейтенант!

— Хорошо, гауптман, присаживайтесь. Вы оба хорошо поработали. Будем надеяться, что результаты ваших усилий не заставят долго себя ждать. Но помните, «Призраки» ни в коем случае не должны уйти. Мне они нужны живыми, по крайней мере, их командир. Только это может оправдать затраченные усилия и понесенные потери. Не смею больше вас задерживать, господа! Работайте!

Понукаемые конвоирами, пленные все так же без энтузиазма продолжали разбор завалов. Такими темпами работы им хватит до морковкина заговенья [95] . Вызволить парней из плена — задача вполне выполнимая нашими силами, только что потом с ними делать? Тащить с собой — значит «запалиться» по полной программе. Нашего темпа они просто не выдержат, маскировка у них, естественно, ни к черту — издалека видать. Даже обуви нормальной нет, а без этого по лесам нечего делать. Да и по полям не больно-то поскачешь. Вдалеке, приблизительно южнее Мерефы послышался звук самолетного двигателя. С нашего места источника не видно, но однозначно похоже на моторы «Рамы». Неужели снова будет висеть над нами, не давая днем шагу ступить? С другой стороны, в этом есть свои плюсы. Если только разведчику не задана очень уж широкая область поиска, то по району, где он кружит, четко будет видно, в каком месте нас ожидают лицезреть. Приятно получить помощь из рук врага, особенно когда он сам не подозревает об этом. Хотя, что ни говори, а предпосылки к этому подарку мы подготовили сами.

Полюбовавшись на творение рук своих, сняв наблюдение, вернулись к группе. За время нашего отсутствия парни под чутким руководством Марины приготовили вкусный калорийный обед. Они и сами имеют богатый опыт в этом деле, но умелые женские руки способны буквально творить чудеса. На первое был полноценный щавелевый суп с тушенкой, к которому не хватало только сметаны. Ну, а где ее возьмешь-то во вражьем тылу? Вместо щавеля пошла так называемая заячья капуста. Очень даже полезная травка, являющаяся биогенным стимулятором, способствует лечению и профилактике гастрита, который мы при нашем очень даже «регулярном» питании имеем все основания получить. Вместо картофеля какие-то корешки, даже затрудняюсь сказать, какие. На второе оказалась перловка с мясом, но как она приготовлена — пальчики оближешь! На третье, как и положено — чай, да со свежесобранной малиной. Интересно, сколько парней Марина подрядила на сбор ягод? Хоть кто-то оставался ее охранять? Не-ет, это уже похоже на брюзжание… А не на ревность ли? Пожалуй, второе вернее. Ну и ну! А, ведь, поводов-то и не было. Отношение единственной девушки в нашем отряде ко всем одинаковое, никого особо не выделяет. Нужно реально смотреть на вещи. Я для нее — просто командир, и ничего больше, хотя и хотелось бы…

Костра уже нет, вероятно, загасили, когда услышали самолет, да и был-то он бездымным, не первый раз замужем, знаем, что для этого нужно.

Со смаком впервые за несколько дней нормально пообедали. Есть все же прелести и в такой жизни, когда простой по меркам мирного времени прием пищи вызывает столько эмоций. А на сытый желудок и поспать не грех. Всю ночь снова придется идти и бежать, поэтому сейчас лучше отдохнуть впрок, чего и другим желаю, исключая охранение…

— Командир!.. Командир!..

— Что?! Чего орешь? Не глухой я.

— Стрельба. — Марков рукой указал направление на Яковлевку. Я и сам уже обратил внимание на винтовочные и автоматные выстрелы, слабо раздававшиеся в той стороне.

— Прутко, Лыков, Потапов, Никифоров — за мной! Остальным занять круговую оборону, подготовиться к передислокации. — Впятером рванули навстречу стрельбе. — Если не будет прямой угрозы, не стрелять, что бы ни случилось. Ясно?

— Так точно!

Когда приближались к опушке, над нами в деревья ударились несколько пуль, пришлось упасть, и дальше — ползком. Глянув, что творится на месте бывшей МТС, только зло сплюнул и матернулся. Ну кто же так делает, мать вашу? Что это за порнография? Прежде чем что-то предпринимать, надо было хотя бы согласовать действия между собой. На месте же взрыва практически заканчивался расстрел пленных, большая часть которых уже безжизненно валялась на земле, а несколько человек еще пытались добраться до такого близкого и родного леса. Но ряды их стремительно таяли. До леса удалось добежать только одному, следом за ним азартно неслись два солдата, на ходу стреляя из карабинов. Один из них, вероятно помоложе, вырвался вперед. Следом семенил другой. Вот и они скрылись в лесу…

— Лежать здесь, наблюдать! Не вмешиваться.

Пригнувшись, рванул за приотставшим «фрицем». Дам парню шанс на спасение. Может и повезет до наших добраться, но уж точно без нас. «Ганса» настиг довольно быстро. Ну и топает же он, как будто стадо носорогов несется. За таким шумом меня он точно не услышит. Решение созрело на ходу. Подсек ему ногу, находившуюся в тот момент сзади. Многим известен этот прием, в детстве часто баловались, роняя, таким образом, сверстников. Только уронил я его прямо на пенек, во время полета еще и придал рукой ускорение. Вот уж чего не ожидал немец, так это именно такой подлянки с чьей-либо стороны. Надо ж было случиться еще и такой незадаче — головой прямо в цель, не промахнулся, растут же на каждом шагу — бедному фашисту упасть некуда. Повезло, конечно, ничего инсценировать не нужно, а так бы пришлось перетаскивать, позу нормальную придавать, да следы ликвидировать. Ну-ка пульс? Уже отсутствует, что не может не радовать! Пусть полежит, авось найдут. Второго, глядишь, бывший пленный сам прикончит, или спрячется покачественнее. А главное, что сейчас боец — сам хозяин своей судьбы. Как распорядится ей, так и будет. Нам он навредить не сможет — не видел… Вернулся к своим.

— Ну, что тут у вас?

— Да, похоже, надоело пленным на немцев горбатиться. Видишь, вон там, «фриц» лежит с лопатой в башке? Правее еще двое. Парням бы всем скопом навалиться, а часть, видимо, решила под шумок сбежать, наплевав на остальных. Вот и результат, покрошили всех.

— М-м-да. Мертвый лев лучше живого шакала.

— Что говоришь, командир?

— Да так, про себя…

— А ты как сбегал?

— Удачно. Плохо шваб бегает, не тренируется. Упал вот, башку расколотил, причем сразу насмерть.