Любви все возрасты покорны
Шрифт:
Мы наконец–то выехали из этого леса и сразу попали на солнечную поляну. Солнце ярко светило, обогревая землю и насыщая воздух теплом. Звонко пели птицы, ветер доносил запах травы и цветов.
Подставляя лицо солнечным лучам, улыбались. Как будто мы попали в другой мир — солнечный и красочный.
Вся поляна пестрела цветами, и солнечные зайчики то и дело вспыхивали на листьях, отражаясь от капелек росы. Решили остановиться на время здесь, завтра двинемся дальше.
Мужчины, как раньше, занялись костром и готовкой. Этого у них не отнять, заботой нас не обделяют. Девчата собрались вместе: кто–то рассказывает, кто–то слушает. За всё это время они не подходили ко мне. Не получился у меня с ними контакт.
Они молодые, мне их не понять, им меня. Если посмотреть на наше положение, мы все в одной п…е. Надеюсь, что ребята их не бросят. Посмотрела на своих парней, они весело что–то обсуждают с другими, смеются.
Да, вскоре встретятся со своими родными. Они уже дома. Станет ли этот мир мне домом? Моим домом?
Вдруг взгляд зацепился за людей, которые тихо выходили из леса. Их никто не замечал. Одеты в брюки, сапоги, плащи и оружие на изготовке. Оглянувшись, увидела, что нас берут в кольцо. Неужели никто не видит?
У меня перехватило дыхание, и я закричала:
— Окружают!
Все сначала посмотрели на меня удивлённо: мол, что она там кричит? А я показываю на людей. Оглянувшись, все встали в ступор. А нас окружили вооружённые люди. Несколько наших сопровождающих тоже вытащили оружие. У парней его не было. Заметила, что только пятеро приготовились к бою, а пятеро отошли к врагам.
Вперёд вышел один из них: наверное, предводитель. Загорелое лицо, чёрные волосы заплетены в косу, острые ушки. Пронизывающим взглядом осмотрел всех. Кивнул и у каждого парня встал один вооружённый воин, наставив меч.
— Мы не тронем вас. Нам нужны только девушки.
Ребята дёрнулись к ним, но наткнулись на мечи. Все молчали, даже жрецы не проронили ни звука.
— А на каком основании вы претендуете на них?— вот что бы мне не помолчать! Вечно вперёд паровоза бегу.
Нет, ты погляди на них, пришли на готовенькое и отдайте им!
— Ты бы помолчала, старуха,— проронил Грек, первый из иуд.
— А тебе, случайно, не тридцать серебряников заплатили?— ехидно спросила его. Он даже побагровел. Ох, какая у нас с ним взаимная ' любовь'! Аж пылает весь.
— Девушки все — пары этим ребятам. И вы не можете так просто их забрать,— продолжила я, не обращая на его злые взгляды. На меня смотрел заинтересованным взглядом их предводитель.
— На них нет браслетов,— спокойно пояснил он, улыбаясь ехидной улыбкой.
— Их и не будет пока. Мы из другого мира. И чтобы вернуться им домой, было решение вашего Бога. Только с парой они могут пройти портал,— спокойно разъясняла ему, подойдя поближе.
А что, жрецы скинули на меня эти переговоры? Сами молчат и спокойно стоят!
— И где бы они могли взять кольца, в лесу? Вот дойдём до города, там и пойдут в храм.
— Я тебя выслушал внимательно. Но девушки считаются свободными без браслета. И мы их забираем. Только тебя это не касается,— также улыбаясь своей ехидной улыбкой, ответил он.
Я стояла и не знала, что ещё делать.
— Девушки, если пойдёте добровольно, то мы никому не причиним вреда. У нас много мужчин. Если не будет пары, то каждый изъявит желание быть вашим консортом,— любезно обратился он к девушкам. Они и так стояли все испуганные, у некоторых были слёзы.
— Кто сделает хоть шаг, девушки погибнут,— грозно обратился к остальным.
— Смотрю, ты не боишься гнева Фирона. Может так случиться, что вы никогда не узнаете родительского счастья,— тихо сказала я ему.
Он повернулся и прищурился. Быстро подошёл и прошипел:
— Ты бы не открывала рот, старуха.
— А что ты мне сделаешь? Ударишь?— также прошипела я ему.
М ы в стретились гневными взглядами, прямо глаза в глаза. Он молчал, только сжимал губы и играл скулами.
— Уходим,— приказал он, разворачиваясь от меня.
Девушки, кто молча, кто со всхлипами, последовали за ними. На поляне стояла тишина.
Я обвела всех злым взглядом. Понимала, что они ничего не могли поделать, но могли бы хоть что–то сказать, особенно жрецы. Всего с оружием осталось пять человек.
— Почему вы не привезли оружие ребятам, зная, что путь неблизкий и что вот такое может случиться? И как произошло, что в охране были предатели?— быстро подходя к жрецу, обратилась к нему. У меня сжимались кулаки, а лицо пылало от гнева.
— Мы не думали, что степняки на это пойдут. И кто знал, что их приспешники были среди охраны,— спокойно ответил он.
— И не отрицайте! В этой ситуации вы виноваты! И что теперь будете делать?
Все сгрудились, и начался мужской разговор на повышенных тонах, нет–нет и проскальзывал мат. Отошла к костру и села, обдумывая всё.
Меня била мелкая дрожь, я нарывалась, когда говорила степняку нелицеприятные слова. Даже не понимала, как они слетели с губ. Обхватив голову руками, постаралась успокоиться.
Несколько ребят с охранниками направились следом за степняками: наверное, хотели узнать, куда те ушли. Только дело сделано, и ничего не исправишь.
Мне даже страшно представить, чтобы произошло, если бы они вступили в безоружный бой. Что можно сделать с ножом, если в тебя упирается меч?
Непростительная оплошность со стороны Орса. Или это все было запланировано?
Взглянув на него, увидела его спокойный взгляд. Мне показалось, что он даже улыбнулся уголком рта. Не жрец, а змея. Сволочь!
Ребята все сидели понурыеи ошарашенные происшедшим. Вскоре вернулись парни, но они ничего не узнали. Эльф Лароэль сказал, что они ушли порталом.
Интересно, ужрецов даже нет портальных камней?Он говорил, что нет магии. А портальные камни работают разве без магии?
Это мне совсем не захотелось выяснять у него. Из разговоров я узнала, что об этом инциденте они никому не будут говорить. Слишком нелицеприятная история. Вот так просто в этом мире. Были пары и нет их.
Пока мужчины опять сгрудились и что–то решали, я собрала вещи. Не хочется здесь оставаться. Неизвестно, что будет со мной дальше. От их бездействия и лжи что—то страшновато стало.