Любви все возрасты покорны
Шрифт:
Решила пока сложить шерсть, потом ей займусь, только промелькнула ехидная мысль: «интересненько, когда?»
В лесу поспели ягоды, которые тоже можно собрать и заготовить. Запас карман не тянет. В основном укладывала их в ледник на заморозку, так как сахара нет. А для сушки надо было бы сначала убраться на чердаке: по—моему, там самое подходящее место.
В один из дождливых дней занялась там уборкой. Сначала поставила опару на хлеб. Мука ржаная и я попробовала сделатьзакваску. Правда, пришлось неделю её выводить, но получилось. Теперь ставлю хлеб, а то лепёшки, которые пекла первое время, всё же не заменили мне настоящего хлеба.
Поднявшись по лестнице на чердак, стала наводить порядок. Пришлось несколько раз спускаться и выносить хлам. Зато под ним нашла два сундука.
Убрав паутину, вытерев пыль, перемыв полы, только тогда открыла сундуки.
Там лежали вещи. Неужели и их забыли?
Впрочем, сундуки были завалены всяким хламом: может, поэтому и не заметили их прежние жильцы.
В первом были платья, женское бельё, платки. Всё аккуратно уложено. Пришлось всё доставать, осматривать и высушивать. Как долго они тут находились, непонятно. А сушка не помешает.
8
Длинные платья, юбки, напоминали одежду среднего века. Здесь преобладали и яркие, и тёмные цвета. Верхние платья имели узоры понизу и на рукавах.
Сейчас я носила брюки и футболки. Спасибо ребятам, что они накупили много спортивной одежды. Даже умудрились женское бельё купить. Видно, Михаил им всё рассказал. Так что, разбирая свои вещи, нашла много интересных вещей и мелочей.
Здесь же, в сундуке, нашла и зеркало. Маленькое такое, с ладошку. Взглянув в него, ничего нового не увидела.
Те же морщинки, старческие пятна, только волосы отрастают шоколадным цветом, в который я была окрашена.
' Привет, старушенция!' — улыбнулась сама себе. Не видела себя столько времени, можно и дальше не смотреть.
В другом — нашла женскую верхнюю одежду. Может, могу ошибиться, но эта одежда походила на зипун. И если один из них был теплым и оторочен мехом, выходит, что тут есть зима.
«А это значит, Оленька, надо запасаться крупой и мукой. Если тут снежные зимы, выбраться тебе до весны будет ой, как трудно.» Только где взять деньги? Над этим надо хорошенько подумать.
Вынув всё и повесив тоже сушиться, стала протирать внутри сундука мокрой тряпкой, убирая пыль. И увидела, что днище, похоже, двойное.
Подняв верхнюю часть, увидела деньги. Они ровными рядами лежали на дне. Во втором сундуке тоже нашла такое же второе дно.
' Вот это да! Неужели забыли? Да нет! Похоже, тут было несколько хозяев. Один почему–то не взял и оставил. А другие, видя хлам, не стали тут убираться. А может тут разбойники жили? Как в сказке оразбойниках и Алладине. Ну и придумала! А что, и такая версия подходит.'
Сглотнув слюну от нахлынувшего страха о разбойниках, села на пол.
Я здесь расположилась, так сказать, по– свойски, а тут нежданно могут нагрянуть хозяева этого добра. И отнюдь они могут быть не очень дружелюбными.
Но по запустению дома можно их уже и не ожидать. Если бы хотели, то давно бы наведались бы в дом и забрали сундуки.
' Что было ваше, стало наше',— с такими словами стала собирать деньги, но всё же основную часть оставила в сундуках. Пусть лежат, всё равно негде прятать в доме.
' Везение, конечно, хорошо. Но как бы это везение не отвернулось от меня. Тьфу, тьфу — не сглазить.'
Плохо, что не знаю их номинальную стоимость. Здесь были золотые монеты, серебряные и медные. Что на них можно купить, тоже неизвестно?
Нашла и сумку, и кошелёк. Надо всё же решиться и проведать хоть первое селение, которое встретиться на пути. Разведать и прикупить продуктов, грех не потратить немного денег.
Надолго не могу отлучаться, всё же живность требует заботы. Решила завтра поутру проехать на ямуре и посмотреть, что там дальше в этом мире есть.
В небольшой кувшин положила сыр. Его положила в сумку, туда же положила кошелёк. Переоделась в платье, пришлось сначала надетьподъюбник. Накинула накидку с капюшоном, которая плавными складками спадала на плечи.
«Бедному собраться — только подпоясаться»,— усмехнулась, оглядывая себя.
Что же, в путь. Интересно, что там меня ждёт?
Олег.
Вот я и дома! Встреча с родными после долгой разлуки сопровождалась слезамирадости, радостными восклицаниями и крепкими объятиями.
Все давно ждалименя и с волнением встречали каждый день, который приближал мой приезд.
Даже сестра с мужьями на это время поселились у родителей. Их всех предупредили о недельном путешествии, пока мы будем добираться до дома.
За столько веков они уже потеряли надежду на наше возвращение. И когда им объявили, что Бог Фирон возвращает изгнанников, многие не поверили сразу.
Слишком большой срок прошёл с того времени, а живы ли мы и все ли вернуться домой — этот вопрос был у всех на устах.
Вдыхая запах родного дома, обнимая родных, и чувствовал, как душа пела. ДОМА! ДОМА!
Немного отдохнув и приведя себя в порядок, спустился на ужин. За столом сидела вся моя семья.
Пока добирался до зала, понимал, что отвык от такого большого пространства. И чувствовал себя немного неуютно в таких больших коридорах.
— Садись, сын. Поедим, а потом расскажешь, как добрались.
Придётся вспоминать и привыкать и к дому, и к еде. Иногда мне казалось, что я сплю, и всё вокруг нереально.
Вот–вот проснусь, и я окажусь в своей маленькой однокомнатной квартире, в которой я редко бывал. Но в которой отдыхал после служебных командировок.
Мама смотрела на меня с такой нежностью и радостью, что хотелось прижаться к ней как в детстве.
Даже замечал слёзы на глазах, которые она так умело прятала и незаметно смахивала платочком.
За столом было немного натянутое общение, или мне только казалось от того, что я давно отвык от такого изобилия блюд и этикета.
И как понял, это неудобство испытывал только я. Но отец и все остальные не подавали вида, когда я старательно вспоминал, какая вилка подходит для блюда.