Люди и призраки (Судьба короля - 4)
Шрифт:
– А ты, вместо того, чтобы сделать то, что тебе поручили...
– Я не смог. Я подумал, так будет лучше...
– Подумал он! Я вот твоей... даме расскажу, как ты тут перед другими рисуешься! И что это ты на себя напялил?
– Расскажу, если перестанешь ругаться. В конце концов, я твой начальник, поимей хоть немного уважения и не позорь меня перед дамами.
– Уважения? А ты его заслужил, товарищ начальник? Мало тебя наставник пи...
– Кантор оглянулся на дам и поспешно поправился: - бил в молодости за нездоровую склонность к плагиату, позор всего отдела пропаганды! Не способен сам приличную музыку писать, покупай, как порядочные поэты делают, а воровать нечего.
– А ты откуда знаешь?
– недовольно отозвался товарищ начальник.
– А вот знаю.
– проворчал Кантор и замолк, уложив голову на диванную подушечку. Видимо, он, наконец, выдохся и сил ругаться дальше у него не осталось.
– Сережку отдай, бард недоделанный.
– Да пожалуйста... Вот, бери. Я же не знал... Я ее на память взял... Только не надевай сразу, хоть водкой прополощи, у тебя же ухо разорвано, еще инфекцию занесешь...
– Давай мне, я сама прополощу, - протянула ладошку Ольга.
– И все-таки, не худо было бы объяснить, в чем дело. На этот раз честно. Кто кому чего поручил и кого о чем просил.
– Видишь ли, - вздохнул Пассионарио, опуская сережку в протянутую ладонь.
– Кантор просил своего друга и наставника сообщить тебе, если с ним что-то случится. Вот с ним и случилось... Наверное, сама знаешь, раз он здесь. А поскольку мы считали его погибшим, то этот самый друг и наставник послал меня, чтобы я тебе сообщил... Но я не смог. Подумал, что лучше будет солгать... прости, пожалуйста. Я больше не буду обманывать и присваивать чужие произведения. Я действительно услышал эту пьесу в другом мире, и она мне понравилась. А теперь, если желаете, могу исполнить что-нибудь действительно свое, Кантор не даст соврать.
– Постой, - приподнял голову Кантор.
– Когда это ты бывал в другом мире? Когда потерялся в начале весны?
– Нет, вот только что. Дело в том, что я опять... потерялся. Но на этот раз попал в цивилизованное место, где живут люди.
– И долго ты там был?
– Да дня три...
– А кто-нибудь уже знает, что ты нашелся?
– Еще нет. Я... видишь ли... я опять крупно поругался с... ну, все с тем же человеком, что и в прошлый раз... Только на этот раз я действительно со всех сторон виноват, и мне стыдно и боязно показываться ему на глаза. Я напился и так с ним поскандалил...
– Идиот, кончай выжевываться перед дамами, и скорей мотай на базу. Он же там с ума сходит, и опять, наверное, сам себе сочиняет сказку о том, что мы братья. Меня убили, ты потерялся... и бедняга совершенно не имеет понятия, что я жив а ты нашелся. Совесть у тебя есть? В другой раз споешь, никуда твои слушательницы не денутся.
Как ни печально было это сознавать, Кантор был полностью прав. И как ни печально было уходить до того, как общество приступит к дележу шоколадки, уходить все же надо было. Поэтому товарищ Пассионарио не стал спорить, а подхватил гитару и поднялся, намереваясь распрощаться с дамами и все-таки набраться мужества для предстоящей встречи с Амарго.
– Ты еще придешь?
– с надеждой спросила Ольга, мимоходом поглаживая Кантора по плечу.
– Обязательно, - заверил ее Пассионарио.
– По крайней мере, пока Кантор здесь, буду забегать иногда.
– Я тебе забегу!
– отозвался Кантор.
– Ты что, еще и с Элмаром хочешь познакомиться?
– Отчего же нет? Я давно собирался... Ах, да ты же еще не знаешь, наверное... я тут уже со многими познакомился, пожалуй, только с Элмаром еще не успел...
– Считай, что успел, - горестно простонал Кантор.
– Удирай отсюда, скорей, прямо сейчас, в библиотеке кто-то есть... Да что ты стоишь, забыл, как телепорт кастуют?
– Перестань психовать, тебе нельзя нервничать. Подумаешь, в библиотеке кто-то есть... что с того? Это, наверное, Мафей...
– Я его убью!
– донесся из библиотеки рев его высочества, полный отчаяния и бессильного гнева.
– Тханкварра! Своими руками убью! Без суда и прочих разбирательств! Оторву мерзавцу башку, насажу на кол и поставлю в кабинете в назидание его преемнику!
– Элмар, брось теперь разоряться, - не в тон весело ответствовал голос Жака.
– Не фиг было подписывать что попало.
– Ну вот, опять...
– развела руками Ольга.
– Что он, интересно, на этот раз подписал?
Дверь библиотеки рывком распахнулась и предмет папиного нежного томления вломился в гостиную, на ходу взревывая куда-то в направлении кухни:
– Ужинать! Немедленно! И водки! Бездельники!
Вслед за ним в дверь проскользнул Жак и резко остановился, заметив гостя.
– Опаньки...
– ошалело произнес он.
– А ты что здесь делаешь?
– Я... в гости пришел...
– растеряно произнес вождь и идеолог, слегка испуганный таким поведением хозяина.
– Я сейчас объясню... Я, вообще-то, уже ухожу...
Элмар, заметив, наконец, что в комнате находится посторонний, немедленно прекратил орать и внимательно оглядел гостя с ног до головы.
– Прошу прощения...
– на полтона ниже проворчал он.
– Этот казначей меня окончательно достал... С кем имею честь?
– Это...
– Начала Азиль, но Жак торопливо ее перебил.
– Постой, не надо, я сам скажу. Ладно? Элмар, я тебе потом тихонько на ушко скажу. А ты иди сюда, - он быстро подмигнул и скрылся в библиотеке, поманив с собой невезучего товарища Пассионарио.
– Извините, - развел руками так ничего и не понявший вождь и последовал за ним, на прощанье одарив присутствующих своей очаровательной улыбкой и не удержавшись от скромной попытки хоть на расстоянии немного успокоить разгневанного Элмара. Жак тут же закрыл за ним дверь и, ухватив за рукав, поволок в самый дальний угол.
– Ты что здесь делаешь?
– сердитым шепотом вопросил он.
– Как ты здесь оказался? Опять ошибся?
– Я к Ольге пришел, - в который раз пояснил Пассинарио.
– Амарго мне велел ей сообщить, что Кантора убили... А в чем дело? Что-то не так?
– Что-то не так?
– издевательски повторил королевский шут.
– Во-первых, кто, по-твоему, лежит на диване?
– Так я же не знал! Я думал, его правда убили!
– Вот недотепа хренов, Амарго с четверга знает, а ты еще нет! Ты что, только сегодня в родной мир добрался? Все это время с зелеными торчками траву курил? Фу, да от тебя до сих пор этой травой штыняет!
– Да, только сегодня. А что, Амарго уже знает? Так мне можно не торопиться...
– Балда, он же не знает, что ты уже дома! Сейчас же пойди покажись ему, на него смотреть страшно! Не бойся, он ругаться не будет.