Чтение онлайн

Грибы засмеялись, отчего шляпки их мелко затряслись.

– Гимн выучили?- строго спросил Хрысь.

– А как же! – и запели дурными скрипучими голосами:

Славься, Братство, ты едино

И ваще непобедимо.

Во главе у нас герой,

А зовут его Глухой.

Он красив, умен , могуч,

Разгоняет стаи туч

И волнует сине море….ээээ… чегой-то не туда нас понесло, извиняйте!

Грибы явно издевались. Хрысь сердито зыркнул на них из-под косматых бровей, и болтуны неожиданно притихли.

– Что-то ты не веселый,- озабочено произнес один.- Не обижайся, выучим в срок, зуб даем. Ну, не свой, конечно - своих у нас отродясь не водилось, а вот твой даем. Хоть все, нам не жалко, - И грибы опять залились веселым смехом.

Хрысь, молча, поднял кулак и стукнул одного по шляпке.

– Ой,- обиделись синегрибы,- Злющий ты, хуже мохнорыла. Замыкаемся в гордом молчании!
– И зашушукались о чем-то своем.

Серебристый шерстокан терся о ноги.

– А ну брысь!
– Прикрикнул Хрысь и устыдился. Протянул руку, погладил зверя. Шерстокан заурчал и лег на спину, подставляя голое брюхо.
– Скучаешь? Эх ты, скотина сердечная. Хозяина я твоего не уберег, ты уж прости меня… - Старик подавил горестный всхлип и громко кашлянул. – Ладно, пошли, почешу, вон колтуны какие.

Хрысь, кряхтя, поднялся и побрел в нору. Шерстокан потрусил следом.

– Эй, ты куда?
– Подали голос грибы. – Мы же тебе такооооое пришли рассказать…

Хрысь не ответил, лишь рукой махнул. Ему было тошно, как никогда.

– Пусть Крысомать тебя согреет, все мы там будем, - Шептал он, шагая по темному тоннелю.

***

Весь вечер Женя просидела в компании руферов. Разглядывала свежие снимки, спорила о том, с какого здания живописнее вид, и слушала Ларса. Он снова пел про ту, которая любила гулять по крышам, и смотрел на Женьку со значением. А, может, ей только так казалось, и взгляды, выпавшие на ее долю, ничем не отличались от брошенных в сторону зеленоволосой Тины, а заодно - еще пары таких же странных девиц.

Хотя, наверное, не казалось. После каждого подобного взгляда Тим начинал громче сопеть в углу комнаты и принимался с остервенением лупить резиновым мячиком, отобранным у Борова, в стену мансарды. Злился. Похоже, он считал Женьку своей собственностью. Никакого другого объяснения его дурному настроению ей в голову не приходило.

– Пора! – Шепот появился неожиданно, заставив ее вздрогнуть, - Скоро полночь.

Мутный страх весь день ждал этих слов. Зрел где-то в глубине, чтобы в нужный момент, словно переспелый гриб-дождевик, выбросить порцию спор, наполнив ими каждую клеточку Женькиного тела. Ей сразу стало холодно и почему-то захотелось есть. Она, молча, поднялась и пошла за Шепотом. Тим последовал за ней.

Возле фонтана ее задержал Федор.

– Жень, возьми меня с собой. Я вместе с остальными тебя на крыше Башни Самоубийц подожду. Ну, возьми, а?

– Э-э-э… А Родион Петрович разрешил?

– Конечно, разрешил! – затараторил ученик целителя, честно глядя Женьке в глаза. – К тому же слово того, кто проходит инициацию – закон. Если ты скажешь, чтобы меня взяли, они послушают.

– Врет он все! – Встрял Тимофей. – Нет такого правила. Да и Шепот ему не позволит ночью по городу шляться. Федь, топай спать уже!

Женя развела руками – мол, я бы с удовольствием, но ты же понимаешь – и взлетела на крышу. Разочарованный Федор остался стоять на фоне залитого светом дверного проема.

Оказалось, что Дорога Сохмет находится совсем недалеко. Они шли до нее всего полчаса. Соседнее с психиатрической лечебницей здание встретило их коридором огней. На плоской крыше пылали факелы, выстроенные в две параллельные шеренги. Сначала шли маленькие огоньки – размером со свечку, но по мере приближения к краю здания, они становились все больше, и в шаге от черной пропасти коридор заканчивался двумя огромными чащами с танцующим пламенем.

Она вдруг обнаружила, что на крыше собралось довольно много людей. Здесь была Дина, Ник и еще пара десятков кошек, пришедших ее проводить. Даже Мамаша Мурр и та каким-то чудом доставила свое пышное тело в это удаленное от центральных улиц место.

– Иди сюда, моя кошечка! – прогудела главная кормилица Народа крыш и погрузила Женю в свои колышущиеся складки, - Возвращайся скорее - я испеку тебе клубничный торт.

Ловя ртом воздух, Женя вынырнула из ее мягких объятий и пообещала вернуться этой же ночью.

Рядом с Мамашей Мурр стояла Дина. Она коснулась губами Женькиной щеки, пожелала удачи и поспешно отвела взгляд. Так же как Ник и большинство других, чьи имена Женя за сутки пребывания во Фратрии не успела узнать. От их слов и прикосновений она почувствовала горьковатый привкус во рту.

Наблюдатели.

Только наблюдатели.

Они не станут вмешиваться в ее судьбу. Лукавил Шепот, говоря, что Дорога Сохмет опасна для тех, кто уже прошел инициацию. Не опасна. Просто кошки не считают нужным ей помогать.

Почти у самых огней Жене преградил дорогу целитель. Он не стал прятать взгляд. Наоборот – взял ее за плечи и долго смотрел в глаза. Потом притянул к себе и обнял.

– Ничего не бойся и не сходи с Дороги, - услышала она его хрустящий голос. – Чтобы не случилось. Запомни.

Сказав это, Шепот сделал шаг в сторону, и Женя оказалась перед Мартой. Фигуру Главы Фратрии укутывал длинный черный плащ. Ее лицо, шею и грудь покрывала тугая вязь. Золотые и черные линии, сплетаясь друг с другом, мерцали в темноте подобно чешуе. Марта ничем не выдала своих чувств. Ее правильное лицо осталось абсолютно бесстрастным.

Несколько секунд она отстраненно смотрела на Женю, потом скользнула ей за спину и положила руки на плечи.

– Сохмет! – Заговорила Марта нараспев. – Возьми страх и малодушие, дай силу и спокойствие. Забери глупость и тщеславие, подари мудрость и веру в себя. Испытай дочь Лунной кошки, вставшую на твою Дорогу. Если дух ее крепок, а тело готово к боли, дай ей сверх того, что у нее есть. Если дух ее трепещет, а тело жаждет покоя, убей ее!

На последних словах Главы клана огни пришли в движение. Они медленно поплыли навстречу Жене, словно фонари на железнодорожной станции, когда поезд трогается с места. Она понимала: это оптический обман - на самом деле факелы остаются неподвижными, но не могла отделаться от жуткого ощущения, что Дорога огромной воронкой затягивает ее в себя.

– Беги! – крикнула Марта над ухом.

Ее голос в этот момент меньше всего напоминал кошачье пение. Скорее – раскатистый рык, заставивший мир вокруг содрогнуться. Плечи, которых касались руки Марты, обожгла острая боль.

Женя закричала и бросилась вперед.

***

Она не знала, чего ждать от Дороги Сохмет. Может, появления стаи крыс? Или танцующих в лунном свете скелетов? В ее воображении инициация должна была напоминать пещеру ужасов в Лунопарке. Только не с мумиями из папье-маше, а с самыми настоящим чудовищами, зубастыми и клыкастыми.