Чтение онлайн

Ветров снова отступил, отошел на шаг, сел на кровать, свесив вниз длинные руки. Уставился на них с таким видом, будто это было нечто интересное.

— Ты знал? — спросила Люся. — Про проституцию, про убийства?

— Я до сих пор не уверен, что твоя навь не выдумала все это.

— У умертвий, знаешь ли, очень плохо развита фантазия. А вообще ты сам во всем виноват!

Он резко вскинул голову и посмотрел на нее с неподдельным сердитым удивлением:

— Да ладно?

— Где была твоя охрана? Женщина, за которой охотится маньяк, преспокойно разъезжает ночью по всяким злачным местам, а никто и в ус не дует. А если бы меня убили?

— Да, хорошо бы было, — мечтательно кивнул он. — Если хочешь знать, ты разминулась с моими ребятами минуты на три. Никто не ожидал от тебя такой прыти, а платить за ночные бдения весьма накладно.

— Ты на мне экономишь? — возмутилась Люся, мигом припомнив его слова о том, что у системы нет ресурсов на ее охрану, зато они есть у Ветрова. Мысль о том, что грязные деньги бывшего губернатора наконец-то пошли на благое дело, приободрила.

— Я все время спрашиваю себя: и зачем мне вообще это чертово повышение?

— Ну-ну, не огорчайся. Может, я все-таки докажу твою причастность к управлению клубом, и тогда тебя просто вышибут из органов, — Люся сползла с кровати, посмотрела на телефон: десять утра и куча звонков и сообщений. — Мне пора в редакцию. А тебе — искать следы убийства навей. Если только ты сам не был в деле, ведь о патологической жадности маренов ходят легенды. Так же как и о вашей похотливости. Кто знает, может, тебе наскучили ярилки. Захотелось погорячее.

— Да пошла ты!

— Сам иди.

На том и порешили.

Печальный Носов лежал на диване в ее кабинете и смотрел в потолок.

— И что?

— И все.

На Люсю тоже напала апатия. Иногда ее накрывало бессмысленностью бытия.

В студенчестве она мечтала изменить этот мир к лучшему, но мир упорно становился только хуже, а она просто регулярно макалась в дерьмо без всякого толку.

— Может, поболтаться по городу? — предложил Носов. — Поговорить с другими навями? Они стайные, держатся вместе. Кто-то что-то слышал, кто-то что-то видел…

— Нави не верят в человеческое правосудие, — напомнила Люся. — И правильно, в общем, делают.

Она подумала, достала из шкафа пузатую бутылку виски, стаканы. Подошла к дивану, села, задвинув Носова бедром к спинке, разлила алкоголь.

— А если позвонить Китаеву?

— А чего именно мы от него хотим? Доказать причастность Ветрова-старшего к клубу? И дальше что? Репутации заведения, конечно, каюк, но состава преступления как не было, так и нет.

Они выпили, не чокаясь.

— Опросить сотрудников клуба? — спросил Носов, который переживал поражения еще хуже Люси.

— Клуб опечатан, контактов у нас нет, а сотрудники сейчас попрячутся по норам.

Они оба понимали, что только видовики могли что-то нарыть.

Но вряд ли станут это делать, учитывая обстоятельства.

— А какие вообще у Ветровых отношения? — снова задал вопрос Носов. Они синхронизировались и мыслили в одном направлении.

— Хрен их знает, но папаша лишился должности, отмазывая сына от тюрьмы. Вряд ли в Ветрове-младшем проснется Павлик Морозов.

— Вряд ли, — со вздохом согласился Носов.

Что-то возмущенно заговорила Ольга в приемной, дверь распахнулась, вошел Ветров — легок на помине.

Закрыл за собой, окинул взглядом открывшуюся картину, хмыкнул:

— Предаетесь моральному разложению?

— Скорбим, Павел Викторович, — поправила его Люся.

— Собирайтесь, Людмила Николаевна. Отвезете меня к нави, которую вы скрыли от правосудия.

Люся не пошевелилась:

— Зачем?

— Найдем и перепрячем. Пляшите, господа писаки, кажется, мы нарыли доказательства.

Вот теперь Люся ожила. Вся натянувшись от напряжения, она выпрямила спину, подалась вперед:

— Какие?

— Один из тамошних бомжей неделю назад нашел перья в мусорном баке. И на всякий случай припрятал несколько. Говорит, хотел загнать на черном рынке, — оказывается, есть ценители. Признаться, я жил куда счастливее, пока не сделал для себя столько открытий, связанных с навями.

— Да! — закричала Люся и полезла к Носову целоваться. Он ловко увильнул, но потрепал ее по голове, как щенка.

Нави существовали недолго. Спустя примерно десять лет рассыпались в пыль сами собой.

Но если уничтожить их осиной, то оставалась кучка почерневших перьев.

Перья всегда, при любом раскладе, были признаком насильственного истребления.

— А можно как-то ускориться? — вмешался Ветров. — Судя по дорожным камерам, на которые ночью попала твоя машина, ехать нам за город.

— Можно, — согласилась Люся, встала на ноги, но не спешила за курткой.

Кто его знает.

Вдруг он просто ухлопает навь как единственного свидетеля?

А с другой стороны — нави все равно никто не поверит, так что вроде она никому пока не мешает.

— Поехали уже, — раздраженно поторопил Ветров.

Люся переглянулась с Носовым. Тот пожал плечами.

— Глеб Жеглов тоже был мареном, — ни с того ни с сего брякнул он.

Фигасе у него аргументация!

— Поехали, — решила она.

Люся устроилась сзади, не желая находиться к Ветрову слишком близко.

Он никак не прокомментировал это, махнул рукой охране, сел за руль.

Охрана за ними не поехала.

Это плохо или хорошо?

Вдруг она все-таки довела Ветрова до ручки и он прикопает ее в ближайшем лесочке?

Но интуиция не предвещала опасности, и Люся решила довериться судьбе.

— Не думай слишком много, — посоветовал Ветров, — я собираюсь создать прецедент и предоставить навь в качестве свидетеля. Войду в анналы судебной практики — вдруг тебя все-таки убьют и повышение накроется медным тазом. Слава меня утешит.

— А твой отец?

— А при чем тут отец? Он в Москве, а Терентьев сядет.