Мачеха для дочки снежного короля
Шрифт:
Женщина за директорским столом махнула рукой.
– справимся, у меня есть в запасе несколько резюме,– сказала она,– сейчас работа
нужна многим. Да и у нас могут находиться детки работниц - не всякое частное
учреждение имеет подобный бонус. Кстати, Таська может доходить январь и
февраль. Вообще мы оставляем ребенка на месяц после увольнения, но в честь
праздников я сделаю исключение.
Сначала я не понял, о чем речь. Взглянул на Еву.
– Спасибо, дальше я что-то придумаю,– кивнула она и только тут до меня дошло.
– Я буду платить за сад для Таськи, никаких проблем.
Ева отчего-то покраснела и опустила глаза. Элеонора же напротив обратила на
меня пристальный взгляд.
– Хорошо, время покажет,– директор приподняла уголки губ.
Мы попрощались.
Мою спутницу довольно быстро рассчитали, она забрала документы, что-то из
личных вещей. Ребят мы уже давно отправили в группу. Ничего не мешало поехать
домой, но я решил поступить иначе.
– Ева, может, выпьем где-нибудь кофе?
Девушка шокировано подняла брови. Я выдохнул.
– Мм, а как же моя работа?—спросила няня.
– Мне хочется, чтобы Еся побыла наедине с малышкой,– пояснил свои действия я,–
возможно, ты заметила, у нас есть некоторые проблемы.
Говорил я совершенно искренне. Конечно же, мне было приятно находиться рядом
с Евой, но, вместе с тем, с равной силой сложно. Искать возможности остаться с
ней вдвоем я бы не стал. По крайней мере, сейчас. Хотя я, черт возьми, и рад был
поводу. Но я правда хотел сделать попытку пробудить материнские чувства в
Есении. Может, она, наконец, поймет, какая чудесная у нас дочь.
Остановился я у знакомой кофейни на пути к дому. Ева с восторгом осматривала
интерьер во французском стиле. А я вдруг представил, каким бы счастьем стало ее
удивлять. Баловать. Не просто помогать в жизненно важных вещах, а купать в
роскоши. Я никогда не был мечтателем, но сейчас отчетливо представил нас двоих,
бредущих по улочкам европейского города. Прогулки, покупки просто так. А вечером
упоительный секс в комфортном номере отеля. Я глубже вдохнул воздух. Наверное,
стоило сегодня заняться сексом с невестой, чтобы так не возбуждаться от одной
мысли про близость с Евой. Подумал об этом, и сразу стало противно. Зачатки
стояка как рукой сняло.
– Никита,– Ева начала осторожно, словно немного боялась,– если я останусь у вас,
нужно будет и правда решить вопрос о детском саде для Таси. Нельзя, чтобы она
крутилась возле малютки целыми днями. Они и в восторге друг от друга, но это
вполне справедливо не понравится Есении. Да и Таисия должна общаться со
сверстниками, развиваться. Устроим мой график так, чтоб я могла ее отвозить’? И,
может, ты поспособствуешь, чтоб нас взяли без очереди. Просто ты известный...
Завороженный, я смотрел на сочные порхающие губки, щеки, по которым разлился
румянец. Кажется, она что-то говорит про детский сад...
– Буду возить их со Степкой,– отмахнулся я.
– Я о весне. Когда закончится наш лимит
– Мы все оплатим.
Она облизала губы после глотка кофе, а я как последний пошляк проследил за ее
языком.
– Никита!– в голосе Евы появились строгие нотки.—Ты не знаешь, сколько стоит
наш сад. Это... дорого.
Я поморщился. Доход мужа моей сестры меньше моего, и при троих детях они
могут позволить себе такой садик.
– Не думаю,– совершенно искренне заметил я.
– Ник, это уже ненормально!
Ее тон, наконец, заставил меня очнуться. В нем было столько возмущения, и
слышались слезы. Да что же такое’?
– Ева, так будет удобнее всем.
Она взялась за щеки.
– Никита,– темные глаза проникали в саму мою душу,– что мы делаем’? Мне хочется
себя ущипнуть! Не представляю, как Есения еще не выкинула меня из вашего дома
за волосы. А теперь ты собираешься оплачивать дорогой садик моей дочке. Ник,
что творится с вашей семьей?
Я еще не знал такую Еву. Она говорила искренне, но жестко. И вот именно это мне
сейчас было нужно. Я сжал горячий стаканчик.
– Мне кажется, наш ребенок нужен только мне.
В первый раз я даже сам для себя оформил эту мысль. Не говоря о том, чтобы
поделиться ею вслух.
– Возможно, она не хочет баловать малышку?—неуверенно предположила Ева.–
Такие матери тоже бывают. И потом дети даже благодарны им.
Не было заметно, что она верит в то, что говорит. Но в ее взгляде я читал полное
понимание и поддержку. Просто Ева не могла прямо заявить о своем согласии с
моими словами.
– Она старается как можно меньше к ней подходить, почти не смотрит на нее
просто так. Ляля не видит ласку и нежность от матери, - каждое слово отзывалось
болью, - профессиональная няня в целом справлялась с дочкой. Единственное,
хотела больше оплаты—ребенок беспокойный. Для меня не проблема заплатить!
Но это будут лишь механические действия. Мне кажется, ты сможешь дать моей
дочери тепло, Ева. Я почувствовал доверие, когда увидел ее у тебя на руках... И я
всего лишь хочу, чтобы ничего не мешало тебе находиться рядом с Лялей.
Последняя фраза была наглой катастрофической ложью. Я очень многое
недоговорил. Темные глаза напротив сощурились. По-моему, Ева мне не поверила.