Мачеха для дочки снежного короля
Шрифт:
спокойным сердцем.
Ник и Тася прибыли раньше Есении. Таська поохала над малышкой, сообщила—
Ляля точно подросла, пока она была в саду. После «снежный король» увел мою
принцессу гулять и играть в снежки. Стоило запретить, но они оба так
воодушевились этой идеей...
Еся к счастью вернулась поздно, обвешанная пакетами. Я скрылась с малышками в
детской, стараясь не попадаться ей на глаза. Уложила Лялю, Таська после активной
прогулки и ужина сама задремала под мультики. Мать Оли и Никита в наше крыло
не заходили.
Я и сама поспала пару часов, но пробудилась от кряхтения радионяни. Хоть наша
комната была через стенку с детской, я использовала прибор для «связи» с
младенцем. Поднялась, надела халат, зашагала к Ляльке.
– И чего мы захотели?
Тихонько я заговорила с маленькой, чтобы не сбить ее ночной настрой. Комната
освещалась приглушенным ночником. Лялька причмокивала, но кормить ее пока
было нежелательно, и я решила дать девочке немного воды. Опустила ее в
колыбель.
– Веди себя хорошо, милая, я скоро вернусь.
Мелочь тихонько агукнула, как будто поняла. Я двинулась вниз. Как удачно на
прошлый день рождения подружка с работы подарила мне тапочки без подошв. Я
могла не разгуливать босиком и в то же время перемещаться по ночному дому
мягкой поступью. Осторожно я преодолела коридор, лестницу. Смотрела лишь себе
под ноги.
– Я хочу тебя прямо здесь.
Женский откровенный шепот заставил меня резко вскинуть голову. В большой
комнате, служащей и гостиной, и кухней со столовой сидели Никита и Еся. Пара
расположилась на диване, поодаль стоял сервированный в романтичном стиле
маленький столик. Тонкая ручка модели лежала на животе у ее жениха. Ник
смотрел на меня со страхом, в голубых глазах Есении сквозила ярость.
– Какого черта ты разгуливаешь здесь?!
Да, ситуация из ряда вон.
– Простите ради бога, я спустилась за водой для малышки!
Руки ходили ходуном, но я все же взяла бутылочкусжидкостью. Быстро вернулась
к лестнице.
– Чтобы больше я не видела тебя тут вечером!—услышала я окрик Еси.
– Помолчи,– глухо оборвал ее Никита.
Со всех ног я пустилась наверх. Было так стыдно и страшно за последствия
неловкости. Но самым сильным чувством оказалась... колючая обжигающая
ревность. Пальцы другой женщины на паху Ледянского. И хоть «другая» в нашем
случае больше подходило мне, я не могла унять дрожь. Подавить желание забрать
его у всех. Ощутить его всем телом, отдаться. Меж бедер тянул набухший узел. Не
знаю, каким чудом я взяла себя в руки и шагнула к Ляльке.
Девочка уже успела поплакать, пока меня не было. Но соску взяла охотно и начала
помаленьку убаюкиваться на моих руках. Я смотрела на нее и ощущала, как ко мне
возвращается покой. Как по крови вновь бежит умиротворение и нежность. Я
укачивала малышку, а она успокаивала меня.
Ночью я почти не сомкнула глаз, а утром постаралась быстрее накормить Лялю и
собрать Таську в сад. Отчего-то я боялась столкнуться не только с Есенией, но и с
Никитой. Мне казалось, мужчина тоже зол на меня. Я ощущала неловкость, что так
бесцеремонно влезла в их жизнь. Возможно, Ник хотел наладить отношения с
невестой. Я всерьез задумалась о том, чтобы переиграть всё назад. Элеонора,
думаю, примет меня в штат... Уже бывали случаи, когда девочек приглашали
поработать частными нянями, но их карьера в семье не складывалась.
– Мам, Лялька дерется!
Тася хихикала и подставляла лицо к ладошке Оли. Дочка хотела чмокнуть
маленькую ручку, а Ледянская-младшая, недолго разбираясь, хлопала ее по носику.
– Тише, Тась.
Я боялась, дочь разбудит хозяев. С другой стороны, Нику уже нужно вставать,
чтобы не опоздать в сад. Хотя я даже не представляла, повезет ли он сегодня туда
мою дочку.
– Вы уже поднялись‘?
Герой моих мыслей показался на пороге. На нем еще были спортивные шорты и
футболка. Я скользнула по нему взглядом и отвела глаза.
– Таська, ты уже готова? Ничего себе!
Я не поднимала головы, но почему-то знала– он на меня смотрит.
– Ева, доброе утро.
Молчать было бы невежливо.
– Доброе утро.
Я, наконец ответила не только на приветствие, но и на взгляд. внутренняя дрожь
тут же начала стихать. Мужчина смотрел очень мягко.
– Я позавтракаю и соберусь, - сообщил он, - нет смысла выезжать слишком рано.
Тася пока поиграет с Лялей. Где тут моя конфетка?..
Отец взял Оленьку на руки, та сразу заулыбалась.
– Она стала меньше спать, - заметил он.
Я кивнула.
– Это нормально. Главное, вовремя замечать, когда она начинает утомляться.
Никита не сводил глаз с малышки.
– Теперь есть кому следить за твоим графиком, да, Лялька’?
Я вздохнула, вспомнив недавние мысли. Ник повернулся.
– Всё в порядке, Ева?
Он вел себя как ни в чем не бывало, я же не знала, куда себя деть. Встала, отошла
к комоду. Передвинула какие-то игрушки. Обняла себя руками.
– Никита,– я говорила тихо, чтоб не привлечь внимание Таськи,– мне неудобно, что
я вчера помешала нам. Прости.
Мужчина сразу нахмурился. Я замерла.
– Это ты прости, Ева,– ответил Ник,– что тебе приходится терпеть хамство Есении.
На твоем месте могла быть другая няня или моя мать. Любой, кто помогал бы нам с
ребенком. Еся вспылила зря.
Его голос звучал глухо, да и лицо как-то разом потускнело. Только малышку он