Чтение онлайн

В настоящее время отношение к изложенным Е.П. Блаватской в «Тайной Доктрине» идеям неоднозначно. Но современная Западная наука тоже рассматривает вопросы, связанные с возможностью существования Единой Прототрадиции, Общечеловеческой Протокультуры, утверждаемого в Эзотерической Философии в качестве исходного постулата. Например, в своей всемирно известной теории исторического развития А.Дж. Тойнби глубоко исследовал генезис цивилизаций. «Проведя различие, — пишет он, — между цивилизациями, родственно не связанными, и обществами, которые в той или иной степени были связаны с предшествующими цивилизациями, следует отметить, что первые составляют всего шесть из двадцати одного общества и принадлежат хронологически к ранним периодам в развитии этого вида обществ» (36,91). Иными словами, «опускаясь в глубь веков» А.Дж. Тойнби обнаруживает только шесть исходных независимых цивилизаций. Это Египетское общество, Шумерское, Минойское, Китайское, Андское и Майянское. В недавних исследованиях проблемы генезиса китайской цивилизации обосновывается вывод о «производности китайской мысли от индоиранских мировоззренческих концепций» (37,188), а последние, в свою очередь, имеют общие корни в арийской культуре (38,429). Таким образом, современные исследования действительно подтверждают ограниченность круга исходных независимых протокультур, причем по мере углубления исследований этот круг постоянно сужается.

По утверждению Е.П. Блаватской, — «Древнейшими исходными религиями мира — экзотерически, ибо эзотерический корень, или основа, один, — являются религии индусов, маздейцев и египтян» (31,54). Если принять во внимание исследования А.Дж. Тойнби, то современная Западная Европейская культура уходит своими корнями в Минойскую «коренную» независимую культуру, которая, в свою очередь, через единый эзотерический корень, в соответствии с Е.П. Блаватской, должна быть связана со всеми остальными Традициями. Именно в этом и надо искать, на наш взгляд, коренную, фундаментальную причину совпадения идей современной физики и Восточного мистицизма, — в единстве корней культур, в Единой Протокультуре. Протоинформация Восточной ветви культуры сохранилась практически в неизменном виде. В Западной же Традиции со времени Эллинской культуры пройден длительный путь эволюции и в настоящее время она возвращается к своим истокам в обогащенном, «снятом» виде, на принципиально новом уровне. Возвращение западной ветви культуры к «самой себе» может быть первым шагом к возрождению Единой Общечеловеческой Культуры, объединяющей общечеловеческую философию, религию, науку.

Именно современная философия и современная наука — недостающие звенья в синтезе традиций, предпринятом Е.П. Блаватской в прошлом веке. Можно утверждать, что попытка синтеза традиций в середине прошлого века имела предварительный характер, так как одно из основных ее звеньев — естествознание — было не готово для гармоничного включения в Единую Традицию. И только на рубеже III тысячелетия нашей эры естествознание достигло уровня зрелости, позволяющего синтезировать фундаментальные обобщения и предпринять попытки включения этой важнейшей ветви в Единую Общечеловеческую Культуру, Единую Традицию.

Можно предположить, что наметившийся на рубеже III тысячелетия синтез Западной и Восточной Традиций будет иметь фундаментальное значение для общечеловеческой культуры. Единая Философская Традиция, синтезируемая на рубеже III тысячелетия в Европе, с включением в себя рационального зерна в виде современного естествознания и его философского осмысления в рамках предлагаемой интегральной научно-философской концепции (мадэализма) может стать матрицей Единой Общечеловеческой Культуры, объемлющей практически всю значимую информацию, собранную человечеством на протяжении многотысячелетней осознанной эволюции. Это позволяет говорить о возможном возрождении в новом, обогащенном виде Протокультуры, Единой Прототрадиции, которая ляжет в основу Общечеловеческой Культуры и элементы которой, возможно, хранятся и доныне в своем первозданном виде в эзотерических хранилищах.

На первых этапах, которые можно фиксировать около V—II т. лет до н.э., происходит отторжение и дробление Единой Прототрадиции. Именно к этому времени относится информация о Египетской, Минойской и др. независимых, «коренных» культурах, которые, вновь дробясь в процессе развития, эволюционируют в связные совокупности обществ-цивилизаций (например, Тойнби насчитывает 21 производное общество-цивилизацию). Последующие этапы связаны с развитием, со своеобразными и неповторимыми путями эволюции каждого общества-цивилизации с одновременным осознанием и информационным обогащением. И, наконец, на рубеже III тысячелетия, возможно, произойдет синтез эволюционирующей Прототрадиции, «возвращение к себе с одновременным осознанием себя». Таким образом, реализуется схема, лежащая в основе универсального механизма эволюции: субъект познает себя, отторгаясь в объект и проходя путь становления объекта в субъект, обогащается самосознанием.

Фрейдизм представляет собой определенную систему взглядов, особую форму мировоззрения. В основе фрейдизма лежит психоанализ — общая психология человеческого поведения, метод изучения и исследования, а также метод терапии, созданный австрийским врачом-невропатологом Зигмундом Фрейдом (1856—1939 г.г.).

Психоанализ — это, во-первых, система психологии, акцентирующая внимание на бессознательных и динамических силах человека, во-вторых, метод терапии, в-третьих философский подход к жизни и счастью, и в-четвертых, различные школы, основанные на использовании психоаналитических идей.

Психоанализ возник как сугубо медицинская дисциплина, основанная на фактах клинических наблюдений, но, «подобно многим великим мыслителям прошлого, Фрейд не ограничился какой-то одной областью исследования, а, отталкиваясь от медицины, обратился к рассмотрению многих явлений индивидуально-личностной и общественной жизни, создав в конечном счете целостную систему взглядов» (39,6). Фрейд выразил в систематической форме собственное понимание философии истории, происхождение религии, культуры, искусства.

«Психоанализ в его классической форме был основан З. Фрейдом на рубеже XIX и XX столетий, когда намечалась ломка традиционных представлений о психической жизни человека, методах и границах познания психической реальности, ставшей объектом пристального внимания и споров философов, психологов, физиологов, неврологов. Из всего многообразия проблем, связанных с осмыслением психической реальности, можно выделить две главные, от правильного понимания которых во многом зависело решение всех остальных. Это, во-первых, проблема содержания психической реальности и, как более частный аспект ее, вопрос о правомерности сведения психики к сознанию; во-вторых, проблема метода исследования собственно психических явлений. Возникновение психоанализа как раз и связано со своеобразным видением З. Фрейдом этих основных, краеугольных проблем, с его попытками их собственной интерпретации и разрешения» (39,21).

«Задолго до возникновения психоанализа, поставившего в центр своих исследований проблему бессознательного, многие аспекты этой проблемы были уже рассмотрены в различных философских системах. Например, в гегелевской „Философии духа“ рассмотрение бессознательных актов духа соотносилось с освещением темного „бессознательного тайника“, в котором „сохраняется мир бесконечно многих образов и представлений без наличия их в сознании“ (40,257). При этом Гегель подробно прослеживает, как именно образы и представления, дремлющие в глубинах человеческого существа, поднимаются на поверхность сознания, включаясь в житейский опыт человека. Описание блужданий „бессознательного духа“ нашло у Гегеля рациональный характер. Но была и другая линия в философии, где проблема бессознательного рассматривалась в иррациональном плане. Вот, например, каковы выводы А. Шопенгауэра: „Бессознательность — это изначальное и естественное состояние всех вещей: следовательно, она является той основой, из которой в отдельных родах существ, как высший цвет ее, вырастает сознание, вот отчего бессознательное даже и на этой высокой ступени все еще преобладает“ (41,138). К аналогичным выводам приходит и Ф. Ницше, для которого бессознательность есть необходимое условие всякого совершенства» (39,34).

«Проблемы бессознательного рассматриваются в работах Э. Гартмана. В его теории — „метафизике бессознательного“ — бессознательное выступает как неотъемлемый элемент человеческой психики, источник жизни и ее движущая сила. Интересно, что в гартмановской философии содержатся все элементы, позднее вошедшие в психоаналитическое учение Фрейда: — признание важности бессознательного в жизнедеятельности каждого человека, отказ от сведения психики только к сознательным актам, подчеркивание роли бессознательного в творческом процессе личности, попытка осмысления тех сложных взаимосвязей между сознанием и бессознательным, которые существуют во внутреннем мире человека, но далеко не всегда осознаются им. З. Фрейд придал данной проблеме иное звучание. Психоанализ поставил проблему бессознательного в центр своих теоретических и практических изысканий.

Но психоанализ — это еще и метод исследования психических процессов (в том числе и бессознательных) внутренней жизни человека. Представления о возможности перевода бессознательных мыслей и эмоций в сферу сознания сложились у Фрейда под влиянием венского врача Брэйера, применявшего гипноз для лечения психических болезней. Фрейд отказался от гипноза как метода перевода бессознательного в сознание, выдвинув вместо гипноза метод „свободных ассоциаций“, основанный на беспрепятственном и свободном изложении пациентом своих мыслей» (39,35).