Маджериум. Инициация тьмой
Шрифт:
Может, они все-таки ошиблись, и никакой это не истинный артефакт?
– В общем, если заметите в себе даже незначительные перемены, пообещайте сразу же сообщить нам, – попросил напоследок господин Мэдроуз.
Я неуверенно кивнула, а мисс Бронсович поспешила добавить:
– А если просто захочется поговорить или посоветоваться, вы всегда можете прийти ко мне.
– Хорошо, буду иметь в виду.
Обратно в общежитие я возвращалась словно пришибленная. Не хотелось ни говорить, ни думать. Шедший рядом капитан Байрон, взявшийся проводить меня, время от времени загадочно косился в мою сторону, но, слава Всевышнему, тоже молчал.
В такой гнетущей обстановке мы почти дошли до корпуса загонщиков, когда наставник вдруг спохватился:
– Вот гремлин недоделанный! – Мужчина похлопал себя по карманам. – Забыл взять у целителей настойку для чащобника. Придется вернуться.
– Идите. – Я кивнула в сторону родного корпуса. – Тут рукой подать, я сама доберусь.
Разумеется, я помнила о введенном в академии комендантском часе. Да и не желала испытывать судьбу, разгуливая по территории в темное время суток. Но тут и правда было близко – прямая дорожка выводила как раз к дверям нашего корпуса.
– Точно? – на всякий случай удостоверился капитан. – Только смотри, никуда не сворачивай. Прямиком в общежитие и в постель! – строго пригрозил он.
Я лишь заторможенно кивнула. Другого в моей голове и быть не могло.
Капитан развернулся и пошел обратно в целительский корпус. Я же не спеша побрела к себе.
Огни вдоль дорожек почти не горели. И единственным пятном света был маячивший впереди фонарь у главного входа в корпус. Он-то и вел меня, словно маяк в кромешной темноте. Вдруг среди неясных чернильных теней я заметила силуэт на дорожке. И силуэт этот был отнюдь не человеческий.
Я испуганно замерла и прижала руки к груди, не зная, как мне быть. То ли бросаться бежать, то ли звать на помощь капитана. Наверняка тот не успел уйти далеко.
Меж тем неизвестное существо мягкой кошачьей поступью двинулось навстречу, и я выдохнула, различив в приближающемся силуэте рогатую голову драггаста.
Но, что удивительно, Монтего поблизости не было.
– Эй, а где твой хозяин? – спросила у зверя, что уселся на дорожку в нескольких шагах от меня. – Ты что тут один гуляешь?
Сей факт меня не на шутку взволновал. Насколько я помнила, Драга было запрещено выпускать из загона, и гулять по академии он мог только под присмотром Ская. Иначе это могло плохо кончиться.
Но сейчас Драг был спокоен и казался необыкновенно миролюбивым. По крайней мере, нападать на меня он точно не собирался. И я сделала аккуратный шаг навстречу – обойти зверя можно было разве что по грязной земле, полной луж и скользкой размокшей глины. Так что я бы предпочла, чтобы драггаст уступил мне дорогу.
Так и произошло. Стоило мне приблизиться, как Драг послушно поднялся и двинулся вместе со мной к зданию родного факультета.
– Ты что же, меня провожаешь? – догадалась я.
Зверь, конечно, не ответил. Но судя по тому, что он шел рядом, время от времени поглядывая в мою сторону, именно этим он и занимался.
Я не могла не улыбнуться. В сопровождении огромной хищной бестиаллии я чувствовала себя куда спокойнее и увереннее, чем в одиночку. И отчего-то была уверена – в случае опасности Драг непременно меня защитит.
Стоило об этом подумать, как зверь резко остановился. Вскинул голову, косясь на крышу здания, и вдруг низко утробно зарычал, раздувая широкие ноздри. Я проследила за его взглядом и сначала ничего не заметила. Лишь услышала негромкий скрежет, словно кто-то царапал когтями по твердому камню.
Но стоило тучам рассеяться, являя крохотную половинку луны, как я различила в неярком свете темный силуэт, карабкающийся по отвесной стене.
Сначала подумала, что это одна из гарпий, но гарпии давно не появлялись на своем привычном козырьке. Да и размером они были втрое, если не вчетверо больше существа, повисшего на карнизе.
– Всевышний, кто это? – вопросила в темноту и в поисках защиты положила ладонь Драгу на макушку.
Зверь был настороже. Принюхивался, недовольно водя длиннющим чешуйчатым хвостом из стороны в сторону.
Мгновение – и существо на карнизе перекрутилось через голову, перепрыгнув на пологий скат крыши, а потом с силой оттолкнулось от глиняной черепицы и взмыло в небо.
Мы с драггастом еще немного постояли, провожая взглядом ночного гостя. Но луну вновь заволокло тучами, так что шансов что-либо рассмотреть больше не предвиделось. А вот стать чьим-нибудь обедом – запросто.
Со стороны леса вновь кто-то завыл и заворчал.
Кажется, я никогда не привыкну к этим леденящим душу звукам.
Я зябко передернула плечами и, заметно ускорившись, припустила к общежитию.
Порции в столовой стали меньше.
Я заметила это не сразу. Как-то не до того было. Мою голову занимали куда более серьезные проблемы, чем количество лежащей в тарелке еды. Но сегодня, услышав, как возмущаются одногруппники, сидящие со мной за обеденным столом, я наконец обратила на это внимание.
– Нет, вы видели? Сегодня только первое и хлеб. Да это мне на один зуб! – громко воскликнул Брайан и, поковырявшись в миске с супом, выловил небольшой кусочек мяса на кости. – А мяса так вообще кот наплакал. Куда это годится?
– То ли еще будет… – буркнула сидящая рядом Сирена и бросила косой взгляд в мою сторону.
– Ешь, что дают, и не бурчи, – осадил Брайана Сайрус, с аппетитом принявшийся за свою порцию.
На Сирену он тоже глянул строго. И я вдруг поняла, что у меня неведомым образом появился защитник. Однако это не отменяло того, что я чувствовала себя крайне неуютно. И больше всего опасалась того, что запасы еды закончатся раньше, чем мы придумаем, как снять защитный купол. Как мне снять защитный купол.
Теперь, когда я узнала об истинной сущности сотворенного артефакта, тяжкий груз ответственности придавливал меня к земле.
На сегодняшних занятиях я терпела неудачу за неудачей. Все валилось из рук. Я была рассеянна и невнимательна. И как никогда казалась себе бесполезной и бездарной.
А еще крайне медлительной. Одногруппники уже успели поесть и разбежаться, а я все еще ковырялась в тарелке, не чувствуя ни аппетита, ни желания возвращаться на занятия.
И вдруг кто-то поставил поднос прямо передо мной и уселся на лавку напротив. Я подняла глаза и чуть не взвыла от досады.