Чтение онлайн

— Вы… вы не знаете эльфийский?

— Нет.

Он растерянно посмотрел на Лике, но вовремя вспомнил, что служит не ей.

— Вы… предложили госпоже герцогине… ммм…

— Насколько это неприлично?

— Все довольно прилично. Создание единой семьи — очень хороший выход из вашего положения.

— ЧТО?!

Я обернулся к Лике. Она с лукавым смешком закрылась от меня веером, подсматривая сверху. Король отвлекся от дел, выслушал чей-то доклад… и вновь расхохотался.

— Ай да граф, да вы ждать не любите! Хвалю! Как свадебку назначите, скажите — я за спиной у священника постою, мешать не буду.

Б[цензура]. Пи[цензура]. Меня без меня женили… Точнее, без моего ведома.

— Если я правильно помню, tasse переводится как «позволяю» … то есть… ты согласилась.

Лике ехидно кивнула.

— А… ладно, не здесь.

Я вспомнил этикет моего старого мира. В поклоне я протянул руку к Лике.

— Позвольте ухаживать за вами на этом пиру, миледи.

Лике нежно взяла меня за руку. Вот умеет быть ласковой, когда захочет! Зараза.

Я старался вести себя, как… муж, не знаю? В общем, не приставал лишний раз, не строил глазки — просто помогал и ухаживал. Кажется, Лику это впечатлило. В редкие моменты она расслаблялась, и опиралась мне на плечо. Правда, быстро ловила себя на каких-то мыслях, и отстранялась, строя из себя суровую герцогиню. Вот, пожалуй, что я так и не понял за… сколько, полгода? За полгода жизни с ней — так это её характер. Куча масок, и одна из них — настоящее лицо.

Пир шел своим чередом. Я так же вел себя, как джентльмен. Учитывая кожаный плащ — выглядело это забавно. В какой-то момент принцесса (отказавшись снять ездовой костюм), сама подняла тост за новую герцогиню и графа. По рядам вельмож пошел шепот: «Они в фаворе принцессы!», «Все, хана. Теперь они за принцессой, как по ровной дороге пройдут.». Ненавижу политику.

Постепенно, гости хмелели. Я же решил пить лишь легкие вина. Это дало свои плоды. Лика нахрюк… кхм, напилась так, что она спотыкалась на каждом шаге. Пришлось поймать её под локоть, услышать довольно искреннее «О, эт ты! Хорошо…», после чего она вырубилась у меня на руках. Люди, не пейте — потом от позора не отмоетесь. Ах да, в этой эпохе еще не изобрели кинематограф… Черт. Черт! А ведь я не знаю, как оно устроено. Ну, там, лента… а что за лента? Блин. Ладно, будем жить без кино… А подвиги Лики просто запишем — бумага все стерпит.

Я нагло закинул Лику на плечо. И вновь гул шепотов. «Уже как с вещью обращается, а она и не против! Пропала наша недотрога…», «Ик! Тоже хочу кататься! Барон!». Кстати, да. Я оглянулся, и наткнулся взглядом на своего нового помощника.

— О, и ты здесь.

— Да, господин.

— Как тебя зовут?

— Крит.

— Угу. Не знаешь, где наш барон? Который Аунифет?

— Ваш барон сейчас пьян. Лежит у третьего окна.

— Да уж… Ладно. Поехали домой.

— Как прикажете.

Мы вернулись к карете. Крит передал мне две шкатулки — в них были документы на земли, титул и так далее. Одно — на мое имя, второе — для Лики. Вскоре мы тронулись. Не торопясь. Ночь красива, и неплохо протрезвляет. Однако, и тут не обошлось без сюрпризов.

Довольно быстро нас догнала всадница на стальном коне…

— Дядя Антонио, а вы домой?

— Да, Эли. Что-то нужно?

— Папа просил передать… в общем, он боится, что на ваше графство начнутся нападки со стороны других. И он хочет, чтобы вы наладили производство… стальных коней, и еще всякого, что придумаете. А для защиты от нападок завтра приеду я.

— А… ваше сопровождение?

— Я его обогнала.

— Эли…

— Да ничего. Я вам верю. Магия ничего не говорит против вас.

— Ты так безоговорочно веришь магии?

— А кому верить еще, если друзей нет?

— Тоже верно…

Мы ехали некоторое время молча. Вдруг увидел, как крылья Эли засветились в темноте.

— Эли… а… что это?

— А? Вот черт…

Стоп. «Вот черт»? Обычно она реагирует более… бурно. Непривычно было слышать от нее подобное.

— Что случилось? Да и вообще — ей, на руле, тормози! Принцессу везти будем.

Я остановил карету, и помог Эли погрузиться в нее. После того, как она уселась рядом с Критом, мы продолжили. Я же смотрел на Эли уже с подозрением.

— Дядя Антонио, что не так?

— Крит, закрой ушки.

Крит смутился, но честно закрыл уши. Я решил ему поверить.

— Эли, ты уж прости… Но что-то не вяжется.

— Что не так?

— Временами ты слишком серьезна для ребенка десяти-двенадцати лет.

— А никто не говорил, что мне двенадцать.

— Поделишься тайной?

— Да… мне двадцать пять.

— СКОЛЬКО?!

— Дядя Антонио, что с вами?

— Да какой дядя… Мне самому тридцать два. Считай, сестра младшая…

Судя по всему, на моем лице был написано полное непонимание ситуации. Эли прыснула, и захихикала.

— Я и забыла. Я расскажу. Мы, айраны, немного другие. И не только из-за крыльев. Мы живем долго, около тысячи лет. Но это имеет свои проблемы — мы медленно растем. Дети становятся полностью взрослыми только лет в сто или сто пятьдесят. Моему папе, например, шестьсот лет. С лишним. Не спрашивала точно. Но и рост у нас другой. Мы растем… толчками. И перед каждым толчком, лет за пять, у нас начинают сиять крылья.

— То есть, в какой-то момент ты окуклишься, и выйдешь из куколки более взрослой?

— Довольно точное сравнение. Если судить по людским меркам, я буду выглядеть лет на… шестнадцать — восемнадцать.

— Угу… то есть, надо будет перешить костюм…

— Что-то вы слишком быстро привыкли!

— Да… я… это…

— Ладно. Забыли.

— А… а как вельможи относятся к тому факту, что вы не такая маленькая, как они считают?

— Они прекрасно знают про мой возраст. Но, у эльфов другое развитие. Они, живя около пяти тысяч лет, развиваются медленно не только физически, но и интеллектуально. То есть, если эльфенок выглядит на десять — он и думает как десятилетний. И плевать, что ему сотня лет. Вот они и думают, что я — неразумное дитя. А я лишь подыгрываю. Вы третий, кто догадался сам.

— Кто был первыми?

— Моя нянька… и тетя Ликатра.

— Кто бы сомневался.

Итак, что мы имеем. Принцесса ни[цензура] не маленькая девочка, Лика об этом прекрасно знала и строила из себя дурочку (или сработала эльфийская привычка)… А я — я лошара полный! Развели, как чай…

Эли заметила мое состояния.

— Дядя Антонио, все хорошо. И никто вас не пытался обмануть. Тетя Ликатра действительно забыла, что айраны развиваются по-другому. Давайте вы будете иметь в виду мое… мой характер, но хотя бы при вельможах будете вести себя, как обычно?

— Эли… Почему ты едешь с нами? Изначально я думал, что отец потакает тебе, так как дорожит тобой… но, кажется, тут все глубже.

— То есть? Поделитесь соображениями?

— Я думал, что раз ты — единственная, и любимая дочка короля, он не отпустит тебя просто так в другую провинцию. Даже эскорт, который он выделил тебе, не должен был упускать тебя. Но в свете новой информации… мне кажется, мои размышления зашли не туда.

— Тут вы правы, дядя Антонио… Вы отличаетесь от других. От всех людей этого мира.