Чтение онлайн

— А во всем остальном — я не только не неволю тебя, но и требую, чтобы ты жила полной жизнью. Ты меня поняла? — он чуть отодвинул терминал и заглянул мне в глаза. Затем, не став упорствовать, вздохнул. — Я обещал исполнить часть сделки Терония. Эленион всегда находилась в личном пользовании императорской семьи, единственная в своем роде, как и Элайя. Она приведет тебя домой в целости и сохранности, а спустя нужное время — проложит обратный маршрут. Ко мне.

Я сжала губы, чтобы не разрыдаться в голос и чуть нервно кивнула. Затем глянула в глаза Анатолю.

— Ты вытащил меня с того света, спасибо, — получилось как-то жалко и тихо.

Император попытался ободряюще улыбнуться, но вышло плохо.

— Это самое малое, что я мог сделать, — он закусил губу и на миг отвернулся. — Прости, я чувствую себя предателем. Что не уловил угрозу сразу, что не запретил тебе перенапрягаться, не смог найти другого пути для спасения, кроме как отослать прочь… Я пытался найти лекарство, но с каждым днем тебе становилось все хуже…

— Не надо, Анатоль. Прошу. Ты… все сделал правильно, это единственный способ. Я не виню тебя, просто даже хорошие решения иногда причиняют боль. Я вернусь к тебе, обещаю. Конечно, я вернусь, даже спустя две тысячи лет. Я буду ждать встречи, я бы ждала даже спустя вечность.

— Я люблю тебя! Не рискуй понапрасну, хорошо?

— Хорошо. А я тебя люблю!

Я кивнула и улыбнулась, искренне и светло, затем отключила терминал, пока Анатоль не увидел, как моя улыбка превращается в гримасу боли. Я сложила Эленион, аккуратно поместила ее на полку, а затем уткнулась носом в подушку, чтобы ДеВель не услышал моего пронзительного крика.

Я смогла выйти в рубку только через час, когда высохли слезы, а внутри, в душе, ничего не осталось, кроме тишины и апатии. Наверное, со временем мне станет легче, а боль от разлуки чуть утихнет. Наверное…

Эленион работала и как автономное устройство, и как дополнительный блок к корабельным приборам. Когда мы заняли позицию у Героны, устройство само перенастроило стабилизаторы и задало нужный курс. Благо Эленион тоже была частью имперских технологий, поэтому конфликтов оборудования не возникло. Прежде, чем мы совершили прыжок, я попросила ее очистить данные черного ящика и самих стабилизаторов, чтобы никто не мог получить информацию о нашем путешествии и создать новые парадоксы. По всем данным мы просто вышли на орбиту Героны и провели там несколько минут.

Когда все приготовления завершились, мы сели в кресла и пристегнули ремни, мысленно готовясь к любым ситуациям, но если честно, едва ли я заметила то самое перемещение на ступенях космопорта. Не думаю, что дорога будет тряской.

— Они могут заметить мою благородную седину, — ухмыльнулся ДеВель, разглядывая свое полупрозрачное отражение в лобовом стекле. — Скажу, что поседел от пережитого ужаса. А что? Быть твоим пилотом оказалось не так легко!

Я фыркнула, проигнорировав его сомнительный юмор, понимая, что он просто нервничает. Боится, что продолжит стареть, что мы снова потеряемся во времени или же случится нечто непредвиденное. Я тоже боялась. Мне нужно вернуться, нужно прожить еще две тысячи лет, и умирать совсем не хотелось. Еще меньше мне нравилась предстоящая встреча с Адрианом, а также продолжающаяся в прошлом война с абсорбами.

— Жми! — решительно скомандовала я, когда ждать дальше уже не имело смысла. ДеВель нажал на несколько кнопок, и позади нас в трюме космолета загудели стабилизаторы, а мне вдруг как-то резко поплохело. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов и на мгновение прикрыть глаза.

Через секунду раздался непонятный крик. Я резко огляделась, чувствуя неприятную дрожь во всем теле.

— Да чтоб вас! — немедленно среагировал ДеВель, хватая штурвал и уводя «Солнце» с траектории полета «Эртиона», который несся прямо нам в лоб. Мы разошлись на несколько километров, выхлоп дюз корабля Адриана немного подпортил краску на обшивке звездолета, а вопли и ругань брата изрядно засорили эфир.

— Эй, выскочка! — не выдержала я бессвязного потока упреков. — Это не твое собачье дело, куда мы ходили и чем занимались, понял? В кости играли на шелбаны…

Меня внезапно осенила одна мысль, и я отключила радио, чтобы все эти грубые слова не сбили меня с нужной волны.

— ДеВель, твои очки! — я выразительно указала на них, затем на Эленион, и через мгновение пилот понял, в чем дело. Персональный терминал тоже все время записывал информацию и мог здорово подпортить легенду.

Если бы не Анатоль, я бы никогда не стала так печься о сохранении целостности времени. Чужой мир, чужие проблемы. Но теперь любое неосторожное действие, чужая технология, опережающая нормальный ход истории, и мой Император мог попросту не родиться. Так рисковать я не могла.

Я вдруг на мгновение задумалась… «Мой Император». Это звучало так легко, так обыденно и почему-то невероятно тепло. Мой Император…

Мы стерли данные с терминала, чуть устало огляделись, в поисках других проблем, о которых могли позабыть.

— Костюмы? — спросила я, имея ввиду форму протекторов.

— Оставил там. Инструмент не брал, одежду не трогал, кристаллы в шкатулке, — кивнул пилот. Затем раздосадованно хлопнул себя по лбу. — Медицинская капсула! Ана… он не мог рисковать твоим здоровьем, а «Солнце» не было оборудовано нормальным медотсеком.

— Ладно, — вздохнула я. — Уничтожим где-нибудь на планете. У нас же есть время? Я имею ввиду, наш выходной еще продолжается, и мы можем вернуться на Герону и все же позавтракать?

ДеВель глянул на часы, улыбнулся и утвердительно покачал головой, затем склонился над приборами, прокладывая курс. Я же отсоединила Эленион и спрятала ее в нагрудном кармане.

Розоватая туманность уплыла куда-то влево, исчезая из поля зрения, оставляя лишь едва заметные мерцающие полосы на фоне черноты космоса. Радары пестрели сотнями точек-кораблей, а планета под нами никогда и не носила следов темной вуали. Некоторое время мы летели в тишине под низкий гул двигателей, приближаясь к голубо-зеленому шару, думая о мертвых мирах, о том, как же оживленно в прошлом. Как много звездолетов вокруг, как величественен крейсер «Платинум» на орбите, как много света, огней и жизни вокруг.

Но было странно знать, что здесь нет светочей в их сияющих доспехах, еще не родился великий изобретатель Илиим Второй, что нет ни орбитальных световых пушек, ни протекторов в черных костюмах, ни темников на планетах. И знать, какой страшный путь предстоит Империи — потерять все эти миры, миллиарды жителей, чтобы спустя много лет мы с Анатолем впервые вернули планету свету и увидели рассвет над Гденшем.

Да, нужно покидать этот мир, иначе велик риск наломать дров и изменить историю. Я угрожаю естественному ходу вещей одним своим присутствием.

Я устало вздохнула, а ДеВель пожал плечами, выражая солидарность. Похоже, его терзали те же чувства. Завтрак длиной в два месяца — будет чем похвастаться в Лидоре перед братьями на очередной пьянке! Я решительно включила радио, осознав, что скорее всего не только Адриан пытался нас вызвать.

— Привет, принцесса! — раздался приятный голос адмирала, заставив меня против воли вздрогнуть. — Твой брат развел панику и раструбил по всем крейсерам о твоем исчезновении. Вы действительно пропали с радаров на несколько минут. Что случилось?