Чтение онлайн

Танька фыркнула и шлёпнулась в кресло. А я достал тома, взвесил их на одной руке и удовлетворённо цокнул языком.

— Диль!

— Я здесь, хозяин!

— Вот. Изучи. — Я протянул фамильярке «Нейрохирургию».

— Будет сделано!

Забрав книги, Диль исчезла.

— Ненавижу тебя, Саша, — проворчала Танька. — Почему у тебя всё так хорошо складывается?

— Так я же попаданец. Мне положено. Иначе какой смысл идти в попаданцы? Ты только представь себе: оказываешься ты в другом мире, а тебе ни самомалейшего рояльчика, ни даже клавесина какого, прости-господи.

— Фр!

— Сама фр.

— Нет, ты фр! Пряник мне принеси.

— Кого? Чего?

— Я слышала, у Серебряковых кухарка стряпает какие-то совершенно фантастические пряники. Кто в гостях отведывал — все в восхищении. А я и не была ни разу, но попробовать страх как хочется.

— Замуж выйдешь — ещё и не то попробуешь! Ладно-ладно, не пыхти. Понимаю, замуж — нескоро. Принесу, если оказия выйдет.

— Зачем он тебя вообще пригласил?

— Понятия не имею. Сказал, разговор какой-то есть. Конфиденциальный. Даже бухать не будем — во как всё серьезно.

— Опасаюсь я. Странно это.

— Не тревожься, со мной ведь Диль будет, она меня в обиду не даст. Видала, как вилку сегодня поймала? Вах! Если б у неё ещё и голова квадратная была…

Поболтав еще чуток на общие темы, мы с Танькой разошлись по комнатам, но ненадолго. Я только и успел что дверь открыть и увидеть Диль. Фамильярка лежала на полу, положив ноги на кресло, держала на вытянутых руках книгу и шелестела страницами. Впечатление было такое, будто листает невидимой третьей рукой.

Я даже рот приоткрыл, чтобы как-то прокомментировать это, но тут раздался истошный визг.

Поскольку визжал не я, Диль даже не дрогнула. Как листала книжку, так и продолжила. Но я танькин визг игнорировать не мог. Тут же кинулся на подмогу, гадая, что там такое.

Оказалось, всё очень просто. Войдя в комнату, Танька обнаружила на своей подушке дохлую мышь. Списать случившееся на самоубийство или несчастный случай не получилось, налицо были неприглядные признаки насильственной смерти — мышь перекусили пополам.

— Это всё твоя тряпка! — завопила Танюха, увидев меня. — Мстит!

— За что тебе мстить?

— За вилку!

— А когда вы с ней в шахматы играли?

— Че… чего? — Танька настолько обалдела, что даже вопить перестала. Я этим воспользовался и слинял.

Разминулся с перепуганным Фёдором Игнатьевичем, который тоже торопился выяснить, что за страшный кошмар постиг его дочь. Я мельком показал ему большой палец и зашел к себе.

— Диль!

— Да, хозяин?

Фамильярка продолжала чтение, даже не повернулась ко мне.

— Это не ты положила Тане дохлую мышь на подушку?

— Нет, хозяин.

— Ты же не можешь мне врать, Диль?

— Нет, хозяин.

— Слушай, давай только без этих вот всяких хрестоматийных выкрутасов. Мол, я не врала, это не мышь, а тушканчик… Ты что-то подкладывала Таньке на подушку или нет?

Тут Диль захлопнула книгу — всё равно та закончилась — и, перевернувшись на живот, посмотрела на меня. Ни дать ни взять — кошка, только в человеческом облике.

— Хозяин, я не делаю ничего такого, чего бы ты не приказал. Таня — твой друг, это я поняла, и я ей не причиню вреда ни в коем случае.

— Хорошо, коли так. Просто я вспомнил, как ты приносила мне крысу…

— Тогда я голодная была. Но ты мне объяснил, что кормить меня будут иначе. Если бы я и принесла крысу или мышь, то тебе на подушку. Таня тут вовсе ни при чём.

— Звучит безумно, но логично…

— Можно мне посмотреть?

— Да можно, наверное, идём.

Когда мы вошли на место преступления, Танька в красках расписывала отцу свои эмоции от нахождения дохлого подарка. Фёдор Игнатьевич лишь кивал, не находя возможности вставить ни слова.

— А ты что тут забыла?! — подпрыгнула Таня, заметив Диль.

Диль, не удостоив ее ответом, прошла прямо к кровати, наклонилась над подушкой и понюхала мышь.

— Фу! — содрогнулась Таня.

— Хм, — заметила Диль.

После чего с крайне сосредоточенным видом подняла мышь за хвост и отправила себе в рот.

Без лишних слов Танька грохнулась в обморок. Фёдор Игнатьевич едва успел ее поймать.

— Да что же это такое! — простонал он.

— Простите, — невнятно произнесла Диль. — Вам же она не нужна?

— Мышь? Нет, — сказал я.

Диль сглотнула. Я почувствовал желание распрощаться с завтраком, но подавил его — очень уж замечательной была запеканка, кухарка такого не заслужила.

— Плохи дела, хозяин, — сказала Диль.

— Что, мышь уже не вернуть?

Танька очнулась и встала, бледная, но живая.

— Мышь убита не человеком.

— Разумеется! — пискнула Таня. — Какому человеку придёт в голову…

— И не зверем, — перебила Диль, которая на шесте вертела все правила приличия, если разговаривала не со мной. — Не знаю, как и почему, но некий сильный дух обратил внимание на Таню.

В наступившей тишине ойкнула польщённая Таня.

— И что он хотел сказать этой мышью? — спросил я.

— Этого я учуять не могу. Но, наверное, ничего хорошего. На месте Тани я бы начала серьёзно опасаться за свою жизнь.

К файв-о-клоку я был в полнейшем раздрае. Танька боялась, ругалась, забивалась в углы. При этом углы она использовала исключительно в моей комнате. Оставаться одной ей не хотелось категорически.

Фёдор Игнатьевич отправился с визитом к главе кафедры спиритуалистической магии — чтобы тот пришёл и проконсультировал. Тот пришёл. Провел в комнате Тани час, вышел оттуда с выражением глубокой трагедии и сказал, что в доме завёлся сильный дух.

Мы сказали, что уже это знаем, и попросили больше конкретики, а также пошаговый план действий. Спиритуалист заявил, что поставил сильную защиту, и больше пока ничем помочь не может, но будет о нас думать. За сим откланялся и ушёл.

Защита простояла недолго. Мы с Таней сидели у меня в комнате (я читал основы стихийной магии, Таня переживала), когда ворвалась злая, как чёрт, Диль, срывая с себя полупрозрачные мерцающие золотые сети.

— Тебя где так угораздило? — спросил я, подняв взгляд от книги.