Чтение онлайн

Повелитель Иллюзий резко повернулся к ней, в глазах забурлила тьма, а магический дым, поднимавшийся от рук, стал проявляться в реальности. Это было рефлекторное действие, но в следующее мгновение маг резко успокоился. Зверолюдам в вопросах веры можно было слепо доверять. Ни один не предал Многоликую за века гонений.

— Я раздумывал о том, что такая красивая женщина может быть очень опасной.

Син Нок не кривил душой, говоря о красоте Эсты. Момент, когда она сменила свой облик, или скорее когда рассеялась ее магия, маг не заметил. Сейчас перед ним лежала экзотичная и обворожительная женщина. Черты ее лица чуть заострились, придавая ему хищное выражение, уголки глаз сильнее вытянулись к вискам, одновременно сохраняя нормальный разрез глаз, что в сумме делало их огромными. Кожа чуть посерела и рельефно обтянула все изгибы и округлости тела зверолюдки, подчеркивая ее изящное и гармоничное телосложение.

— Правильные мысли, — чуть нервно кивнула она.

Магистр хмыкнул и внезапно спросил:

— Откуда у тебя книга по ветвям магии? Ты сможешь достать для меня несколько трудов о Тьме?

— Книга подарок одного мага, что живет во Внешнем Городе… а достать… боюсь, не смогу. Но могу подсказать адрес одной книжной лавки, где интересующийся человек может найти редкие тома…

Она потянулась, демонстрируя син Ноку грудь, но заметив легкую улыбку мага, укрылась одеялом.

— Подскажи адрес этой лавки.

— Улица Кровельщиков, десятый дом. Большая вывеска "Склад мудрости". Только не говори, откуда узнал о них… во всяком случае, не ссылайся на меня.

— Даже так? Хорошо.

— Можешь уже идти, она никогда не закрывается. Что день, что ночь, владельцу все едино, — добавила Эста, поворачиваясь к магу спиной.

Ложное чувство давнего знакомства ушло, сменившись реальным чувством единения, которое возникало у менталистов после близости. Маг улыбнулся шире и начал одеваться. Такое внезапное отвлечение от своего долга он принял с радостью, но зверолюдка сама напомнила о Посланнике. Повелитель Иллюзий снова должен получить право на этот титул. И чем быстрее, тем лучше.

Син Нок шагал по ночному городу и размышлял. Он обещал ученице достать вести о ее семье и должен будет сдержать обещание. Хотя маг не мог пока что сказать, где он добудет сведения. В Тайной Страже ли, у церковников, Хранитель Знаний не был уверен. В чем он был уверен, так это в том, что поиск приведет его во Внутренний Город или даже в Высокий. Проникнуть туда, не привлекая внимание стражи, было нетривиальной задачей. Толстые мощные стены, в полтора раза превышающие по размеру внешнюю городскую стену. Шесть больших барбаканов с крепкими воротами и многочисленной стражей. В камень вмурованы амулеты, которые могут обнаружить иллюзию любой сложности и уведомить об этом стражников. И эти амулеты были самой большой проблемой. Из-за них магистр не мог сейчас же забраться в городскую библиотеку, в которой имелась копия любой книги когда-либо написанной в Сарийской монархии. Поэтому Хранитель Знаний с легкостью бы почерпнул хоть какие-то сведения о Стихии Тьмы сверх того, что изучал когда-то сам.

Небо над Рабаном расчистилось, и две луны давали достаточно света, чтобы Повелитель Иллюзий мог видеть каждую трещинку в камнях мостовой. Уличные фонари горели слабо, сложное огненное заклинание, настроенное чувствовать количества света вокруг, экономило энергию. Повелитель Иллюзий размеренно шагал, выдавая себе легким шелестом плаща. Иногда он замечал патрули городской стражи, затаиваясь в этом случае в тени. Он не хотел привлекать их внимание, потому что если стражники не удовольствуются его словами и предложат "пройти в караульное помещение", син Ноку придется стереть их память. Только вот подобные действия при не стабильном стихийном Источнике могут стоить стражникам жизни. Повелитель Иллюзий без пиетета относился к здоровью подданных Монархии, но мертвые стражники могут привлечь много ненужного внимания. К тому же, гипотетические стражники могли оказаться пособниками заговорщиков, которые охотятся за его ученицей. Убивать магистр Нок не любил, но делал это без колебаний.

Из переулка донеслось тихое рычание, привлекшее внимание мага. В глубокой тени каких-то ящиков пряталась крупная собака, а между ее лап устроилась пара щенков. Син Нок позволил себе легкую улыбку, направляя в сторону животного волну спокойствия и тепла. Рычание пропало, но собака внимательно следила за син Ноком, пока он не скрылся из виду. Эта встреча заставила Хранителя Знаний вспомнить о другой встрече холодным зимним вечером. Маг огляделся, отмечая абсолютную пустоту улицы, лишь в некоторых окнах горел свет: некоторые мастеровые поднимались ни свет, ни заря, чтобы встретить утро в трудах. Убедившись, что все спокойно, он позволил себе ненадолго погрузиться в воспоминания.

За годы Поиска син Нок завел знакомство со многими интересными личностями. В тот зимний вечер, когда метель застигла его в единственной ресторации городка с названием "Дорога страха", он впервые лично познакомился хараганским гомункулом. Мужчина сидел, вольготно устроившись за столом, сколоченным из едва обструганных досок, а на его коленях лежал кот. Оба были искусственными созданиями, выращенными в лабораториях Хараганского Архипелага, что располагался к югу от Сариина. Какая нелегкая занесла гомункула на северное побережье Лопроса, син Нок тогда не узнал. Зато поимел интересную беседу с Расмиром Третьим, как представился гомункул, о лучших школах дрессуры животных. Кот прислушивался к их разговору, вертя пирамидальной головой, двигая ушами, заканчивавшимися длинными кисточками, и внимательно следя за магистром четырьмя янтарными глазами с узкими вытянутыми зрачками. "Это мой Пыльник!" — потрепал Расмир кота между ушами. — "Разве можно говорить, что кто-то превосходит наших Создателей Жизни в деле обращения с разными тварями?"

И тогда син Нок напомнил ему о погонщиках драконов Империи Виираг. Магистр на всю жизнь запомнил момент, когда Расмира перекосило, словно он съел что-то очень кислое.

Виирагские погонщики драконов — это несколько десятков человек, живущих в Великих Храмах Многоликой Госпожи. Сильные менталисты, имеющие маленькую толику сродства с водной Стихией. Они могли находить общий язык с монстрами глубин, старейшими драконами, что обитали в морях и океанах, окружавших Виираг. Двенадцать таких созданий, по размерам превосходящих линейные пятимачтовики Монархии и Линграмского королевства, охраняли спокойствие границ Виирага. К сожалению военачальников Империи и к счастью для всего остального мира, погонщики не могли заставить драконов отправиться на завоевания.

Расмир не упустил случая указать на этот факт син Ноку. Да, погонщики не могли заставить драконов покинуть их родные моря, но они вообще были единственными, кто смог пробиться сквозь ментальные барьеры этих монструозных созданий. И против этого гомункул возразить не смог. Хараганцы не преуспели на этом поприще, пойдя путем меньшего сопротивления и создавая необходимых им тварей. Но тут уже природа брала свое, и для гигантских морских змеев все еще не нашлось подходящего соперника.

Сам Повелитель Иллюзий работал с животными с трудом. Даже будучи юным учеником, что уж говорить о времени, когда во время службы в Имперском Кабинете аура боли и страдания, казалось, пропитала его целиком. Неразумные создания чувствовали в маге что-то, что мешало им довериться ему, не смотря на прикладываемые ментальные усилия.

"Возможно, уже тогда они чувствовали Тьму?"

Хранитель Знаний остановился, недоуменно оглядываясь. Тьма. Луны скрылись за облаком, и улица погрузилась во тьму. Но такого не могло быть в принципе. Уличное освещение города было подарком столице Монархии от всего сообщества магов. Традиционно гранд магистр Академии лично обновлял обещание следить за бесперебойной работой фонарей. Каждый месяц специальные команды магов проверяли металлические столбы в два человеческих роста, на вершине которых крепился амулет-светельник.

"Странно".

Один погасший фонарь еще куда ни шло, но целый отрезок улицы был погружен в ночную мглу, а это больше десятка магических светильников. Син Нок подобрался, логично предполагая, что свет погасили с какой-то целью. А в столице лишь немногие могли пойти на столь рисковый шаг. Через мгновение все эти мысли неважны, потому что ветер донес до его ушей шипящее наречие, звуки которого Хранитель Знаний надеялся никогда более не услышать:

— Берите ребенка, уничтожьте все следы!