Чтение онлайн

– Ну же, – шепчу я.

Внутри всё кипит от напряжения. Моя аномалия сходит с ума. То ли от близости магистра, то ли от страха, что нас поймают, то ли от того, что печать не поддаётся.

А вдруг она не откроет дверь? Вдруг артефакт разряжен или недостаточно силён для такой печати?

Выдыхаю, кусаю губу, мысленно обращаясь ко всем богам, каких только знаю. Ну пожалуйста. Ну давай!

И тут я слышу шаги.

Тяжёлые, уверенные шаги где-то на лестнице. Кто-то поднимается!

– …уверен, что здесь всё чисто, – голос незнакомый, мужской, строгий.

– Проверить не помешает, – второй, такой же жёсткий, но недовольный.

Патруль.

Чёрт. Вот это я попала!

Я вжимаюсь в дверь, стараясь стать тенью. Артефакт в руках пульсирует всё сильнее, но печать пока не поддаётся. Шаги приближаются. Ещё несколько секунд, и конец мне. Они увидят меня.

И ждёт меня билет в один конец. Под названием «Изгнание аномальной адептки из стен Шинерийской академии».

– Пожалуйста, – шепчу я с отчаянием. – Пожалуйста, сработай.

И в этот момент раздаётся наконец-то долгожданный тихий, почти нежный щелчок. Серебряные руны на двери гаснут. Печать рассеивается.

Ник говорил, что надо действовать быстро.

Я толкаю дверь и проскальзываю внутрь.

Внутри темно. Пахнет дымом, озоном, чем-то глубоким и тёмным, от чего кружится голова. Это его запах. Я не спутаю его ни с чем. Но не успеваю я сделать и шага внутрь, как меня хватают за плечи и вжимают в каменную стену. Мужская ладонь прикрывает мой рот, чтобы я не закричала.

Я поднимаю глаза.

Эверхарт.

Он смотрит на меня сверху вниз, и в его глазах – настоящая тьма. Живая, голодная и… пугающая. Он выглядит мрачным и недовольным.

А ещё взъерошенным.

Волосы растрёпаны, будто он впивался руками в свои тёмные пряди. Глаза горят лихорадочным блеском. И он… раздет. На нём только брюки, торс обнажён. Я скольжу глазами вниз на его широкие плечи, рельефные мышцы. Я чувствую его мощь и силу, чувствую его тело на своём.

А ещё я вижу шрам. Странный, переливающийся, тянущийся от ключицы вниз, к животу.

И я… млею.

Боги, я млею в такой неподходящий момент. Сейчас нас могут услышать. Сейчас патруль может войти. Сейчас он, наверное, хочет меня убить за то, что я вломилась к нему посреди ночи.

А я смотрю на его торс и забываю, как дышать. Смотрю в его глаза и хочу в них утонуть.

Ну я попала…

Зря пришла.

Накажет, наругает, сдаст меня. И будет совершенно прав.

За дверью слышатся шаги. Патруль останавливается прямо за ней.

– Печать на месте? – голос первого.

– Да. Всё чисто.

– Тогда идём дальше.

Шаги стихают. Патруль уходит.

Эверхарт всё ещё держит меня, прижимая к стене. Его грубая, горячая ладонь всё ещё лежит на моём рту. Я чувствую запах его кожи, слышу его рваное, сбитое дыхание. Его грудь касается моей, и я ощущаю жар его тела сквозь тонкую ткань своей формы.

Мы жадно смотрим друг на друга.

Я не могу отвести взгляд от его тёмных, глубоких глаз, в которых сейчас нет ничего, кроме меня. Холод и недовольство сменяются голодом. Тем самым, который я уже видела на балконе, который я уже знаю.

Магистр медленно убирает руку от моего лица. Его пальцы скользят по щеке, задевают уголок губ, оставляя на коже горячий след. Я задыхаюсь мгновенно от этого прикосновения, голова кругом идёт.

– Зачем ты пришла? – хрипло спрашивает он.

– Я… – начинаю я и понимаю, что в горле пересохло и сглатываю. – Я хотела поговорить. Узнать правду. Ты не мог украсть те артефакты, я знаю. И магистру Спейн не ты сделал плохо. Я хотела…

Но сказать дальше я не могу.

Потому что Эверхарт резко наклоняется ко мне. Он хватает меня за затылок, прижимает меня к стене ещё сильнее и целует.

Жёстко, отчаянно, будто ждал этого весь день. Будто сдерживался, пока я говорила, и не теперь больше не может держаться. Он сразу углубляет поцелуй. Врывается в мой рот грубо, жадно и требовательно. Без тени нежности. Словно он берёт то, что принадлежит ему по праву.

И я как-то даже не против этого.

Даже не задумываясь, впиваюсь в его плечи, в горячую кожу, в мышцы, которые напрягаются под моими ладонями. Он сдавленно стонет в мои губы, и этот звук заставляет меня забыть обо всём.

Ну всё. Кажется, до разговоров у нас и не дойдёт…

Это похоже на какое-то безумие, и я тону в нём без остатка. Наши языки сплетаются, наши тела вжимаются друг в друга. Его пальцы жёстко перебирают мои волосы. Я чувствую его горячее, напряжённое тело сквозь тонкую ткань формы.

Мы будто изголодались, соскучились, будто только и мечтали об этом моменте всё это время. Он сходил здесь с ума, запертый, а я… я мучилась, представляя, как он ломается здесь. Словно Эверхарт наконец сдался, позволил себе эту слабость, смог разрешить себе отпустить контроль.

А я не могу думать, не могу анализировать, сейчас я просто отдаюсь этому моменту со всей своей искренностью, с пониманием, что это то, чего мне не хватало всё это время. Его. Мне не хватало его губ, рук, его неприкрытого желания. Мне не хватало этой иллюзии, что я ему нужна, что я не просто аномальная ошибка в его идеальной жизни.

Моя магия же не теряет времени даром. Она вырывается наружу бирюзовыми вспышками и тянется к нему. Она хочет сплестись с его тьмой, как тогда, в библиотеке. А ещё как на балконе и в саду у фонтана. Обычная её реакция на его появление…

Но отклика нет.

Его тьма клубится вокруг нас. Она кружит горячим, живым вихрем, но не отвечает моей, будто заперта за ржавой решёткой, которую моя магия не может прогрызть. Будто между ними встала стеклянная стена, которую невозможно пробить.

Сознание всё-таки включается в работу, хоть мы всё ещё у стены, хоть мы продолжаем жарко целоваться, хоть его руки до сих пор горячо удерживают меня, как добычу, которую он не намерен отпускать.

Я вспоминаю один факт, который сказал мне Ник. Мой друг ведь сказал, что на магистра наложили печать. Совет заблокировал его магию. Частично, но достаточно для того, чтобы она не могла соединиться с моей.