Магия мести
Шрифт:
«Правда? О, спасибо. Я тоже так думал». Фарис продолжал смотреть куда угодно, только не в глаза Тому. Ему было некомфортно? Он улыбался... «Что думаешь, Брам?»
«Я думаю, если ты хочешь кольцо в носу, делай кольцо в носу. Будет отлично выглядеть», — добавил я, и он ухмыльнулся мне, глядя прямо в глаза. Может быть, это был просто Том, с которым он не хотел встречаться взглядом. Застенчивый парень...
«Эм, можно мне два?» — прошептал Фарис, и я рассмеялся.
«Мы можем сделать все, что захочешь. Что еще?» — я хлопнул его по спине и обнаружил, что стою ближе, чем раньше, и не убираю руку. Глаза Тома немного расширились, и он подмигнул мне. Какого хера?
«Язык. Я хочу проколоть язык», — объявил Фарис, гордый как черт.
Неужели чудесам не будет конца?
«Зачем тебе прокол языка?» — спросил я. «Какова цель...»
Том прервал меня своим глубоким смехом, а лицо Фариса вспыхнуло красивым румянцем, который соперничал с румянцем Голди.
«Известно, что пирсинг языка приносит исключительное удовольствие во время орального секса. Могу сказать по своему опыту. Отличный выбор. Давай, пройдем в комнату для пирсинга. Я позабочусь о тебе в течение получаса». Том развернулся и прошел через магазин, оставив нас следовать за ним.
«Ты хочешь это для орального секса?» — прошептал я.
«Ну, я уже девственник. Я хочу взорвать ей мозг. И твой, если честно», — прошептал Фарис в ответ и оставил меня стоять в оцепенении, как идиота. Мое сердце бешено колотилось, и я был почти уверен, что это я сейчас краснел. Он хочет... мой член... в своем рту? Кровавые солнечные лучи, мой член набух от этой мысли, даже если мой мозг не был уверен, как я к этому отношусь.
Когда я вошел в заднюю комнату, Фарис уже сидел в большом кожаном кресле, которое выглядело довольно удобным. Том готовил место, доставая все необходимое для того, чтобы мечты Фариса сбылись.
«Ты нервничаешь?» — спросил Том, моя руки и надевая перчатки.
«Взволнован. Может быть, немного нервничаю», — признался Фарис. «Брам, ты подержишь меня за руку?» Эти большие темные глаза ударили меня прямо в душу, и я напряженно кивнул, взяв табурет и поставив его рядом с Фарисом, напротив Тома.
«Итак, как давно вы вместе?» — спросил Том, вскрывая довольно страшные иглы. О, черт возьми, он собирается воткнуть их в Фариса? Я открыл рот, чтобы сказать, что мы не вместе, но Фарис выпалил: «Это еще довольно ново, но Брам — мой лучший друг». И он сжал мою руку.
Ой, он считает меня своим лучшим другом? Моему сердцу это очень понравилось, если судить по тому, как оно пропускало удары.
«Хорошо, сначала мы сделаем нос», — сказал Том Фарису, а затем объяснил процесс нам обоим, подготавливая место. «Ты хочешь кольцо или серьгу?»
«Кольцо», — ответил Фарис, и Том взял несколько разных вариантов. «Ты выбирай», — сказал Фарис мне.
«О, я не знаю. Это твоя идея...»
«Какое будет выглядеть лучше? Я хочу быть горячим мудаком», — сказал Фарис, и мы все покатились со смеху.
«Возьми это», — выбрал я кольцо, которое было немного толще и темно-коричневого цвета, подходящего к его глазам.
«Отличный выбор. Хорошо, тебе нужно будет не двигаться. Сделай несколько глубоких вдохов, вот так. На счет три — раз, два...»
«Сын корявого мошонника!» — закричал Фарис, и Том усмехнулся.
«Все готово. Ты отлично справился, чувак», — похвалил Том и поднес зеркало, чтобы он мог оценить свой новый вид. По щекам Фариса текли слезы, но я решил, что это непроизвольно. Как когда тебя бьют в нос и глаза слезятся.
«Черт, я горяч», — подмигнул Фарис своему отражению, промокая лицо салфеткой. Он все еще не отпускал мою руку.
«Готов к следующему? Нужен перерыв?» — Том сменил перчатки и начал готовиться к следующему пирсингу.
«Нет, давай сделаем это. Я не могу дождаться, чтобы увидеть его».
Том начал объяснять следующие шаги, и я почувствовал, как капля пота скатилась по моему позвоночнику. Мне это совсем не нравилось. Нос был еще ничего... но это был его гребаный язык. Что, если он все испортит? Я слышал, как моя кровь шумит в ушах, пока я наблюдал, как Том берет инструмент, похожий на щипцы. Он зафиксировал язык Фариса и поместил длинную иглу под него, выравнивая место, куда он собирался...
Периферия моего зрения потемнела как раз в тот момент, когда Том вонзил иглу, и я думаю, что меня бы вырвало, но все потемнело.
Глава 18
Брам и Фарис действительно удивили меня тем, какими собственническими альфа-самцами они стали по отношению к Фрэнку и Арло. Сначала мне это не понравилось, потому что я могу дружить с кем хочу. Затем я поняла, что это больше вопрос их желания делать для меня вещи, и, черт возьми, если это не превратило меня в кашу. Я была слабой ведьмой для них.
Я быстро поздоровалась с Фрэнком и Арло, прежде чем они отправились в парк на остаток дня. Было приятно их видеть. Я так привыкла видеть их каждый день, что казалось, прошла целая вечность с тех пор, как я просто стояла и болтала с ними. Меня разочаровало, что я не нашла Матильду и Роберту, но, может быть, они появятся, пока я здесь. Мне нужны были ответы на вопросы.
Когда я вошла в свой магазин, я заметила две вещи. Во-первых, здесь было действительно чисто. Чище, чем я когда-либо его содержала. Во-вторых, мой отец стоял ко мне спиной, опершись предплечьями на стойку и, очевидно, разговаривая с кем-то, кого я не могла разглядеть за его большой фигурой. Однако он не потрудился поздороваться со мной, просто продолжал заниматься своими делами. Отличные навыки обслуживания клиентов.
Я скользнула вправо и встала за книжным шкафом, чтобы подсмотреть, чем он занимается. Его глубокий голос коснулся моих ушей.
«Ты хочешь немного осветлить тон здесь, легкими штрихами. Легко переборщить, но терпение окупается. Вот, так гораздо лучше. Посмотри на себя, ты такой талантливый», — похвалил он того, с кем разговаривал, и звучал так гордо. Мое сердце сжалось, когда я снова подумала о том, каким бы он был со мной, когда я была ребенком. Все указывало на то, что он был чертовски хорош.
«Спасибо, Бородач. Иногда я просто так волнуюсь, потому что картинки в моей голове мелькают так быстро, что я не хочу ничего упустить. Я пыталась делать эти глубокие вдохи, как ты сказал, и считать до десяти. Сначала это звучало глупо, но сработало!» — взвизгнула Энни от счастья, и у меня отвисла челюсть, когда он отодвинулся, открывая Энни и Миранду, сидящих рядом на паре барных стульев, с художественными принадлежностями, разбросанными по стойке.
Хол заливисто рассмеялся, а Миранда отчитала Энни за то, что она слишком прямолинейна. Он отмахнулся от нее с улыбкой, и мои глаза чуть не вылезли из орбит, когда я увидела, что моя лучшая подруга покраснела и отвела взгляд. Так вот почему он так стремился брать смены здесь. Я солгу, если скажу, что не испытывала прилив смешанных эмоций, и, как женщина двадцати восьми лет, признать, что ревность была одной из них, было нелегкой пилюлей. Но, думаю, я немного ревновала.