Магия мести
Шрифт:
«Должен признаться, РР, они все пахнут землей», — прямо сказал ему Фарис, и бедный Рэнди Роджер схватился за сердце, как будто его смертельно ранили.
«Грибы не для всех. Но признаешь ли ты их красоту? Такие губчатые, столько размеров и форм», — вздохнул Роджер, позволяя своим пальцам касаться нескольких разных видов, прежде чем понял, что я стою и наблюдаю за этим... Чем бы это ни было.
«О, здравствуйте. Вы тоже новенький в городе? Вау. У нас не так много новичков, но в последнее время их завались! Мой лучший друг, Слоан...»
«Подождите. Слоан Салливан?» — спросили мы с Фарисом одновременно.
«Да! Вы его знаете? Этот бойкий паренек вызвал меня на овощную битву! Можете себе представить? Я, конечно, надрал ему задницу, но именно так и началась наша дружба. Затем он остался у меня на несколько дней. Такой печальный мальчик. Я надеялся, что грибная комната поднимет ему настроение, но не уверен, что это сработало. В ретроспективе, комната для баклажанов подошла бы ему больше. Он похож на баклажанного парня, правда? Черт». Роджер провел обеими руками по своим кудрявым волосам.
«Эй, я уверен, все было в порядке. Вероятно, он просто переживал что-то», — сказал я, пытаясь успокоить парня, пока он не сорвался.
«Брам, я хочу комнату для баклажанов». Фарис надулся и посмотрел на меня. Эти чертовы глаза.
«И где я буду ставить комнату для баклажанов?» — спросил я.
«Ты можешь сделать мне одну из свободных комнат в коттедже», — решил Фарис, его тон был окончательным.
«О, коттедж? Подождите, вы еще одни из мужчин Сейдж? Черт возьми, этой ведьме повезло. Я давно не был в тех краях, но мы с Бетти должны встретиться за выпивкой и танцами. Бетти — моя лучшая подруга. Уже много лет», — объяснил Роджер.
«Да, это мы. Слышишь, Брам? Мы знамениты!» — Фарис просиял и оглянулся, как будто ожидал, что фанаты вылезут из витрин.
«Ну, если вам понадобится помощь с декором, я ваш парень. У Слоана есть мой номер. Мне нужно домой, я не могу дождаться, чтобы помыть этих малышек», — сказал нам Роджер, держа пакет со смесью грибов. «Чао», — подмигнул он, помахал рукой и прошествовал по проходу, маленький пакет перекинут через плечо, рука на бедре. Мы услышали, как он крикнул двум женщинам, работающим в передней части магазина. «Ого-го! Рене! Эмбер! Выглядите сегодня свирепо, сестры. Пришел мой груз...»
«Вот это крутой чувак», — с благоговением сказал Фарис и покачал головой. «Слушай. Здесь что-то пахнет божественно. Мы должны это найти».
«Ты вообще ешь еду?» — спросил я, потому что не думал, что видел, чтобы он ел что-то.
«Не уверен. Но что бы это ни пахло... я хочу это съесть». Он подпрыгивал на пятках, и я рассмеялся. Мне было весело, хотя это был просто поход за продуктами.
Мы прошли через каждый проход, я добавлял в корзину, а он вычеркивал вещи из списка. Несколько вещей попало в корзину, которых не было в списке, потому что Фарис сам брал «образцы», как он их называл. Я объяснил, что нельзя просто есть все, что хочешь, в магазине, так не принято, но он не слушал.
«О, подожди. Что это?» — Фарис схватил пакет с мукой и разорвал его клыками, прежде чем я успел остановить его. Он сунул лицо в пакет и, должно быть, сильно выдохнул, потому что отшатнулся, когда большое облако муки поднялось и ударило его прямо в лицо.
«Слизь на улитке, дай сюда», — усмехнулся я, забирая пакет из его рук. Фарис моргнул, мука покрывала его темные ресницы и брови. Он выглядел таким нелепым. «Вот, не двигайся». Я осторожно дунул на его лицо, чтобы удалить лишнее, а затем руками убрал большую часть остального.
«Мне не нравится эта белая штука», — проворчал он, поморщившись, когда я лизнул большой палец и вытер еще несколько пятен.
«Ну, она используется для выпечки. Это не то, что едят сырым, и я не думаю, что ее стоит нюхать». Я отстранился, и Фарис уставился на меня своими большими темными глазами. Я понятия не имел, о чем он думает.
«Ты один из самых вкусно пахнущих предметов во всем этом магазине», — прошептал он, проводя языком по нижней губе. У меня внутри все перевернулось, и я не был уверен, почему. Может быть, страх, каково это — позволить ему питаться мной? Будет ли больно? Сейдж, казалось, наслаждалась...
«Пойдем, чудак. Нам нужно закончить собирать вещи из списка. Больше никаких разрываний пакетов. Теперь нам придется купить этот пакет муки», — сказал я ему, осторожно кладя его в корзину, чтобы он не устроил еще больше беспорядка.
Фарис понюхал воздух и побежал по проходу. Отлично. Зачем я вообще говорю?
«Если ты не будешь слушаться, я посажу твою задницу в корзину!» — пригрозил я, и он рассмеялся, сворачивая за угол. Сколько неприятностей он может натворить в продуктовом магазине? Наверное, лучше не рисковать... Я обещал Голди, что мы не ввяжемся в неприятности. Фарис оказался сплошной проблемой, и в следующий раз, когда мне нужно будет в магазин, я оставлю его дома. Он трогал все подряд, постоянно заявляя: «Я хочу это», и бросая все в корзину. Когда он отворачивался, я вынимал это и клал обратно на полку.
Если парень хотел что-то купить, пусть. Но я не думал, что нам действительно нужен десяток суперклея или леопардовый скотч. Когда он увидел набор миниатюрных кухонных принадлежностей, он чуть не устроил истерику от их прелести. Я оставил их в корзине. Они были довольно милыми. И стоили меньше десяти баксов.
Когда я свернул за угол в следующий проход, я застыл. На полпути Фарис сидел на полу, сжимая в руках контейнер с EasyMac.
«Фарис?» — спросил я с опаской, потому что по какой-то причине он действительно выглядел так, будто переживал момент.
«О, слава звездам, это ты. Я нашел это. Вкусно пахнущую вещь», — воскликнул он, поднимая свое сокровище.
«Мгновенные макароны с сыром? Серьезно? Из всего в магазине это пахнет лучше всего?»
Он прижал контейнер к щеке, и тихий стон сорвался с его губ. Звездами...
«Я не устанавливаю правила, Брам. Я попробую это сейчас», — объявил он, и прежде чем я успел возразить, он оторвал крышку и заглянул в маленькую миску, его рот открылся. «Что за...»
Я с интересом наблюдал, как он вытащил маленькую лапшинку из коробки и поднес к свету, анализируя ее. «Интересно...» — пробормотал он, положив лапшинку обратно и взяв маленький белый пакетик с сырным порошком. Он оторвал верхнюю часть и бросил ее на пол. Было что-то в том, чтобы наблюдать, как он впервые испытывает вещи... особенное в своем роде. И чертовски смешное.
«Итак, лапша — это сосуд для оранжевой пыли?» — спросил он, не поднимая глаз.
«Ага. Лапша и сыр вместе — это, своего рода, основа в этой части мира», — объяснил я, и он заерзал от волнения. «Разве ты не знаешь этого? Я имею в виду, ты, наверное, испытывал эти вещи, когда был внутри Фишера?»
Его взгляд метнулся к моему. «Ладно, никогда не говори так снова. Этот человек — мой брат, и это вызывает у меня мурашки. Правда в том, что с годами мой дорогой брат очень хорошо научился держать меня под контролем. И под этим я подразумеваю, что я не присутствовал в большей части нашей жизни. Я был как джинн в бутылке, и когда мне удавалось увидеть реальный мир, это обычно происходило во время допросов. Это тоже длилось недолго, потому что этот гребаный пироманьяк всегда был рядом, чтобы убедиться, что меня засунули обратно в мою бутылку, хорошенько упаковав», — прорычал Фарис, гнев кипел в его глазах при мысли о Слоане. Наверное, мне стоит следить за этим, прежде чем он сделает что-то безумное, например, убьет его.