Магия-шмагия II
Шрифт:
Тин ушел утром один. Он обследовал остров и не нашел даже намека на наличие жизни. Камни, песок, скала. Остров оказался не более сотни метров в самом широком месте. Сообщение это было нерадостным, но надежда еще оставалась. Санд взобрался на скалу, решив посмотреть вокруг, но мгла еще не давала видеть достаточно далеко.
– Мне кажется, Тин, пора применять твою магию, - сказал старик.
– Можно и применить, - буркнул тот, катая шарики в руке.
– Могу обернуться львом, и у меня будет много еды, - добавил он, взглянув на людей.
– Это совсем не смешная шутка, Тин, - произнес старик.
– А что ты предлагаешь? В корабль я обратиться не сумею. Надо собрать то, что осталось от корабля. Если не плот, то будет за что держаться в воде, когда поплывем на другой остров.
– На какой остров?
– спросил Санд.
– Я не видел никаких островов.
– Уйдет туман, посмотрим еще.
К полудню Санд вновь забрался на скалу и, на этот раз, вернулся с хорошим известием. На севере была видна большая зеленая полоса берега.
Плыть решили сразу. Взяли только одно бревно, что осталось от корабля и через час все четверо выбрались на берегу, где нашлись даже следы человеческой деятельности, а полчаса спустя четверка добралась до поселка...
Тин смотрел в окно. Он уже знал, где находился остров, где надо искать красный камень. Старик рассказал все, не поняв, что задумал оборотень. Илмен и его спутники не могли нанять новый корабль. У них не было средств, и теперь они работали в городе, чтобы хоть как-то прожить.
В дверь постучали. Тин открыл и впустил человека, приглашая его к столу. Тот сразу же принялся за дело и вынул карту.
– Мне нужно попасть вот сюда, - сказал Тин, показывая остров.
– Это же Пасть Дьявола! Туда только безумец поплывет!
– Если вы не согласны туда плыть, то нам больше не о чем говорить, - произнес Тин, держа в руке стальной шарик.
– Я вас не заставляю. Я плачу за это путешествие.
– Это слишком большой риск. Что вам там понадобилось?
– Это мое дело, и оно никого не касается.
– В таком случае, я не поплыву, - объявил человек, подымаясь.
Тин только пожал плечами, и гость удалился. Таких уже было не мало. Некоторые отказывались сразу, другие пытались называть баснословные цены за плавание. Время уходило, и шла четвертая неделя с момента крушения. Если бы корабль нашелся сразу, сейчас он давно был бы там.
Тин поднялся и покинув гостиницу направился к берегу океана. Возникшая мысль показалась вовсе не столь безумой. Он мог не ждать корабля, а отправиться в плавание сам. В конце концов, камень он мог достать и в одиночку. Старик рассказал, где тот находился, и Тин не видел причины, почему он не смог бы до него добраться.
Ветер носился над морем. Тин некоторое время наблюдал за кораблями в порту, стоя на высокой скале. Он обдумывал свое решение и пришел к выводу, что ничего не потеряет. Быстрый полет займет несколько дней. Для этого нужны только силы, а их у него в достатке.
Он вернулся в гостиницу, объявил хозяину о своей отлучке на несколько дней и умчался к морю. Ночь уже заявила о своих правах, и рядом никого не было, когда Тин изменил себя, обратился в черное крылатое существо. Он прыгнул со скалы, набрал высоту в восходящем воздушном потоке и унесся на запад...
Остров выделялся на фоне моря черными скалами. Птица пронеслась к нему и некоторое время кружила вокруг, затем спустилась у одной из скал.
Тин обратился в человека, прошел по берегу, разыскивая вход в пещеру, о которой говорил старик. Черная зияющая дыра открылась его взгляду через полчаса, и Тин без страха вошел в нее. Ему не требовался огонь, чтобы видеть. Тин углубился во тьму и вскоре увидел впереди красное свечение. Вместе с ним увеличилась и температура. Тин продолжал углубляться в пещеру. Она внезапно расширилась и Тин оказался перед раскаленными камнями. От них исходил красный свет, и все вокруг пылало жаром. Обычный человек в таком месте просто не выдержал бы. А Тин держался за счет своего умения. Он был в серебристом плаще, который отражал тепловые лучи.
Красный камень был где-то здесь. Тин искал место, где он мог находиться и заметил вдали, среди красных камней, темную скалу. Лететь туда на крыльях он не мог. Воздух был слишком горячим вокруг, и Тин собравшись перенес себя на скалу магической силой. Он понял, что камня в этом месте нет, но со скалы сразу же увидел огненный круг вдали, а в нем сиял красный камень. Не медля ни мгновения, Тин перенесся туда, выхватил камень и исчез, улетая прочь из пещеры.
Он оказался высоко в небе и обратился в птицу. А позади раздался рев и грохот. Скала разверзлась, и Тин увидел под собой огонь, вылетавший наружу. Единственным способом уйти вновь была сила, и он переместился на несколько километров в сторону.
Остров превратился в ад. Огненный язык метнулся в небо. Раскаленные камни взлетели и начали падать в море. Вода забурлила и закипела.
И Тин стал свидетелем рождения вулкана.
– Пасть дьявола, - буркнул он. Камень ушел в стазис, и Тин умчался на восток. Теперь вопрос стоял о двух других камнях.
Хозяин гостиницы был несколько недоволен появлением постояльца ночью. Он ворчал что-то под нос, но выдал ключ, получив оплату, и Тин ушел спать. Он не выходил до самого вечера и только заказал обед в номер, а под вечер отправился через город в бар, где обычно встречался с Илмером и его друзьями.
Старик, казалось, был не в себе.
– Тин, где ты был?!
– воскликнул он.
– Ходил на заработки, а что? Вам не передали мою записку?
– Передали, но тут такое произошло! Тин, кто-то захватил красный камень!
– Ты же говорил, что это невозможно.
– Да, невозможно, если не знать тайны!
– То есть, кроме тебя ее еще кто-то знал, да?
– Ее знают еще два человека, и только один из них мог оказаться там.
– А рассказать тайну они не могли?
– Нет, Тин. Ты должен понимать.
Тин пожал плечами и взялся за свои шарики.
– Тин, ты так спокоен?
– Если бы я видел угрозу в этом, я не был бы спокоен, но я не вижу угрозы. Два мага в мире или три, или четыре. Какая разница?
– Если это сделал черный, он может захватить весь мир, Тин.
– Ну захватит он мир, и что?
– Ты не понимаешь! Ты!..
Илмен остановился. Он вдруг понял, что Тину действительно все эти захваты и перетасовки не страшны. Они не могли быть ему страшны.