Магия театра (сборник)
Шрифт:
Вносит поднос с разномастными конвертами.
Альдонса складывает их, не вскрывая, на конторку.
АЛЬДОНСА:Вот, господин Санчо, чем ближе двадцать восьмое июля, тем чаще нам пишут… Господа хотят познакомиться с Дульсинеей Тобосской, дамы зовут в гости Дон Кихота… Иногда попадаются письма врагов, которые читать смешно и грустно… Вот видите, неподписанный конверт, конверт без обратного адреса? Хотите узнать, что внутри? Наверняка это тот самый аноним… (Вскрывает письмо. Читает.)«Алонсо, ты смешон. Ты паяц, ты ярмарочный скоморох. Если ты все-таки решишься отправиться в свой фарс-вояж…» Слово-то какое… (Кидает письмо на груду прочих писем.)Вот, господин Санчо, так и живем… Кстати, тот портрет, под которым вы сейчас стоите, изображает Диего Кихано, который приходится отцом моему Алонсо… нашему Алонсо. Именно с этим идальго путешествовал в свое время ваш батюшка.
САНЧО:Нет… То был мой дядюшка Андрес Панса. Он, сеньора Альдонса, вернулся из путешествия весьма раздосадованный и сказал своим сыновьям, что… короче говоря, сеньора Альдонса, ехать с сеньором Дон Кихотом выпало мне, потому что меня зовут Санчо. Отец мой меня так назвал… все мечтал, покойник, чтобы я стал губернатором на острове… Сеньора, простите деревенщину, я хотел бы кое-что спросить.
АЛЬДОНСА:Да?
САНЧО:Гм… Сеньор Алонсо читает рыцарские романы?
АЛЬДОНСА:Всего несколько штук, в юности… Упреждая ваш вопрос, сообщу, что сеньор Алонсо не верит ни в великанов, ни в злого волшебника Фрестона — и совершенно равнодушен к похождениям сверхрыцаря Амадиса Галльского.
САНЧО:Значит, сеньор Алонсо действительно хочет нести в мир… счастье?
АЛЬДОНСА:А что такого? Что вы имеете против счастья для всего человечества, а?
САНЧО:Ничего… Как по мне — пускай, счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженный… Но сеньор Алонсо действительно верит в эту вашу… легенду?
АЛЬДОНСА:В эту нашу легенду. А вы, Санчо, вы в нее не верите?
САНЧО:Да как сказать…
АЛЬДОНСА:Скажите, Санчо, а вы вообще-то хотите ехать с сеньором Кихано в это… путешествие?
Санчо молчит. Мнется, что-то хочет ответить — в этот момент грохочет дверь, спешат по коридору шаги; еще не войдя в комнату, Алонсо начинает говорить:
«Альдонса! В поселке говорят — Санчо приехал! Альдонса, слышишь? Санчо…»
Появляется (вбегает) Алонсо.
АЛОНСО:Альдонса, говорят, приехал Санчо… (Замечает гостя.)Наконец-то. Слава Богу, наконец-то… Друг мой Санчо!
Санчо опускается на одно колено.
САНЧО:Пошли Бог вашей милости счастья в рыцарских делах и удачи в сражениях…
АЛОНСО (поднимаетего):Друг мой Санчо! Вот и свершилось, и все готово к отбытию… Вы готовы принять пост губернатора на подходящем для этого острове?
Санчо смущенно смеется.
АЛОНСО:Санчо! Друг мой Санчо! За стол, мы должны отметить… у меня гора с плеч свалилась. Санчо прибыл! Альдонса, распорядись насчет ужина… Фелиса, накрывай на стол! Вина! Гитару! Живее! Санчо, ты голоден?
Суматоха — подготовка к застолью;
Алонсо ловит за руку Альдонсу.
АЛОНСО:Слушай, надень кулон… тот, мой любимый, ты знаешь. Хочу, чтобы был праздник.
АЛЬДОНСА:Цепочка порвалась. Я снесла чинить к ювелиру.
Санчо тем временем выкладывает на стол содержимое своего мешка — там полно всякой снеди. Суетится Фелиса — и, суетясь, всячески старается быть поближе к Алонсо, а по возможности — и задеть его мягким бедром… Все садятся за стол. Фелиса прислуживает.
САНЧО:Господин мой… Вы позволите, я уже буду вас так называть? С тех пор как семейство Панса переехало под Барселону…
Алонсо разглядывает припасы из сумки Санчо; там много интересного и необычного, вплоть до копченого сала. Всеобщие восторги; все садятся за стол, пьют и закусывают.
САНЧО:…Об истории странствующих рыцарей приходилось судить со слов тех Панса, что возвращались из похода… Признаться… мой дядюшка Андрес, который сопровождал в походе вашего батюшку… он понарассказывал всякой ерунды, но ведь его у нас на хуторе каждая собака знает как, простите, брехуна…
АЛОНСО: Друг мой Санчо! Про моих предков, про Кихано, столько можно всего… Альдонса, помнишь ту историю в корчме, с Мигелем Кихано? А Мигель Кихано, друг мой Санчо, уж очень был неравнодушен к славе и почестям…
АЛЬДОНСА (цитирует на память ): «Стремление к почестям и славе естественно для странствующего рыцаря, и благородное желание быть увенчанным в награду за подвиги короной какого-нибудь царства не может называться тщеславием, тем более мелочным»…
АЛОНСО:И вот какой-то погонщик стал обзывать странствующих рыцарей ослами, а дон Мигель схватил пивной бочонок и ка-ак… Когда бочонок приземлился — к счастью, не на голову погонщика, погонщик успел увернуться… когда бочонок так и взорвался пивом, и оказалось, что он был полон до краев, — тогда только дон Мигель смутился и сказал — прошу прощения, мне показалось, что он пуст…
АЛЬДОНСА:Нет, ты лучше расскажи про Алонсо-второго, про ту переправу через ручей. Когда шест воткнулся в илистое дно, Алонсо Кихано-второй повис на шесте прямо над водой, и за время, пока его спасали, сочинил венок сонетов, да каких! Куда там Амадису Галльскому!
АЛОНСО:Алонсо-второго еще звали Дон Кихот подражатель… Потому что высший нравственный образец он усматривал в подражании благородным образцам. Он шел буквально по следам Рыцаря Печального Образа — день за днем, останавливался на тех же постоялых дворах, слово в слово повторял наиболее значительные речи…
АЛЬДОНСА:Нет, ты подожди… Расскажи лучше, как Алонсо Кихано-четвертый выписывал львов из Мадридского зверинца…
АЛОНСО:Да-да, это замечательная история. Денег тогда хватило ровно на одного льва, и то пришлось распродать чуть ли не всю обстановку… В результате из Мадрида прислали львенка…