Чтение онлайн

Малый комплекс привычных магических упражнений по повышению контроля внутренней силы, расширению пропускной способности каналов и общему увеличению источника я отточил до совершенства. Нечто подобное выполняют все маги, кто не хочет останавливаться в своём развитии и желает, со временем, двигаться дальше. Ключевое понятие здесь «со временем». Ибо этого самого времени может уйти достаточно много, в пределе даже вся жизнь. Я слышал будто в некоторых благородных аристократических семействах хранятся более эффективные методики, но, честно признаться, не особенно в это верил. Нет таких тайных знаний, способных резко усилить себя без последовательного, каждодневного труда. Скорее тут более важную роль играет наследственность и количество предков, практиковавших управление внутренней силой. Например, моим детям, когда они у меня будут, управлять внутренней энергией получится чуточку проще. Самую чуточку, но это уже кое-что. А если таких практикующих предков не один, не два и даже не один и не два десятка? Вот отсюда и растут слухи о якобы чудодейственных методиках развития, тщательно охраняемых благородными домами. С другой стороны: может быть и правда есть в их хранилищах и библиотеках что-то, что помогает, облегчает и ускоряет процесс развития дара. Но вряд ли это какая-то чудодейственная штука. Ничто не способно избавить жаждущего будущего могущества неофита от постоянного, каждодневного труда. Даже будущие архимаги когда-то собирали своё могущество по крупицам и никак иначе.

С физическими тренировками всё проще. Я постоянно лежал и первые дни это было даже здорово. Потом стало протестовать привыкшее к нагрузкам тело. Просто бродить по камере оказалось категорически недостаточно. Пришлось нагружать себя дополнительными упражнениями вроде приседаний, бегом в малом замкнутом пространстве и боями с тенью. Последнее, наверное, выглядел особенно забавно.

Почему-то Андронов имел привычку приходить в обеденное время. Не всегда, но довольно часто. Может быть он надеялся, что лицезрение его лица улучшит мой аппетит? Или же, напротив, ухудшит?

Вот и сейчас он заявился через несколько минут после того, как мне принесли поднос с едой, я даже не успел доесть суп с клёцками на первое.

К моему удивлению, комиссар спустился, держа в руках поднос с едой. Водрузив его на свой столик, он принялся расставлять тарелки, явно готовясь отобедать прямо здесь.

– В столовых больше не кормят и трактиры наверху все закрылись?
– поинтересовался я.
– Или это кардинальное нововведение в методах ведения допроса? Что-то вроде: не лги во время еды, а то сам себе заработаешь несварение желудка?

– Времени совершенно нет даже поесть, -объяснил комиссар.
– Но если ты против, то я уберу.

– Мне всё равно.

– Вот и отлично. Всё-таки повара в ближайшей столовой откуда приносят еду силам народной милиции прекрасно знают своё дело.

Мне оставалось только согласится с комиссаром ведь я ел тоже самое.

– Начнём?
– поинтересовался Андронов.
– Прошлый раз мы закончили на том, как ты лихо простил всех бывших представителей городского криминального дна пообещав им «жизнь с чистого листа» в обмен на службу. Самое забавное, что бывшие бандиты потом, да и сейчас, до сих пор, выполняют в том числе и функции поддержания порядка. Так сказать – отлавливают и не допускают возникновение своей смены, по крайней мере не позволяют ей объединиться в какое-то подобие организации.

Я промолчал. Что говорить, если мы всё это уже обсудили в прошлый раз. Правильным ли было моё решение оптом простить бывшим бандитам все их грехи, при условии дальнейшей верной службы или нет? С точки зрения абстрактной справедливости, наверное, нет. Однако оно позволило в моменте решить сразу несколько задач, получить готовую мини-армию знающих с какой стороны браться за пистоль и достаточно мотивированных открывшимися перспективами бойцов. Правильным ли было такое решение? По прошествии времени, оглядываясь назад, я твёрдо уверен, что оно было правильным в том времени и в тех обстоятельствах и остаётся верным учитывая все последствия.

Жаль только, что здесь не я судья своим поступкам, а комиссар.

Он, кстати, продолжил говорить: -Встретился с товарищем Глинкой. Так себе, товарищ - бывший бандит. Хитрюга. Но со своим, довольно своеобразным, кодексом чести, этого не отнять. Пока проявляет себя сугубо положительно, но он понимает, что первое время за ним будут следить особенно пристально, особенно сейчас, в связи с моим приездом в ваш замечательный город.

– То есть всё хорошо?
– предположил я.
– Та ситуация, когда и волки сыты и овцы целы?

– Сыты ли волки? Целы ли овцы?
– Андронов перефразировал мои слова в открытые вопросы и усмехнулся.
– Жизнь покажет.

С последним высказыванием трудно был не согласиться.

– Согласно последним новостям, самозванный генерал Комель, вместе с его людьми, пересёк границу и ушёл в Бритский доминион, где был хорошо принят, -пересказал последние новости комиссар.

– Ушёл, собака.

– Ну, зачем же наговаривать на верных четвероногих товарищей, -усмехнулся Андронов.
– Тем более, я практически уверен, что он вернётся. Рано или поздно потянет генерала обратно к родным берёзкам. Иначе говоря: преступник всегда возвращается на место преступления.

Я только молча кивнул. Кажется мне удалось убедить своего дознавателя, что я не нашёл той штуки, которую искал товарищ Старшевой. Во всяком случае: вопросы на эту тему прекратились. Я так и не узнал, что это такое. Когда задал прямой вопрос, Андронов усмехнулся и ответил, что некоторых тайн лучше не касаться вовсе и закрыл тему. Я был с таким положением не согласен, но моё мнение не являлось определяющим в данных условиях.

Иногда я думал: что это и где оно могло сейчас находится? Лежит зарытое в лесном схроне, надолго потерянное для мира если не навсегда? Или греет карман какому-нибудь более удачливому искателю? А может быть эта шутка уже за границей, путешествует из двора во дворец в тонких и жилистых пальцах иностранных архимагов?

Как бы узнать?

Или же Андронов прав и есть тайны, которые лучше не трогать? Даже если и так, то я всегда предпочитал знание незнанию.

И снова, в который уже раз, Андронов пожаловал в обеденное время, сразу за тем, как принесли поднос с едой. Я даже как-то пошутил, что если он всё равно приходит примерно в это время, то и еду мог бы приносить тоже он, к чему зазря гонять лишнего человека?

– Смешно, -оценил тогда комиссар таким тоном, каким говорят «смешно», когда на самом деле вовсе «не смешно».

Что ты будешь делать? Как умею, так и развлекаюсь, чтобы совсем уж не деградировать.

Я почти сразу понял, что новый его визит отличается от всех прочих. Для начала Андронов не сел на свой стул стоящий перед моей камерой, а остался на ногах. Это уже нарушало привычный прядок наших бесед.

– В чём дело?
– спросил я отрываясь от еды и чувствуя скрытую тревогу.

– Обедаешь?
– переспросил комиссар.
– Опять я забыл, что в это время у тебя здесь обед.

Что там было запоминать? В одно и тоже время, неделя за неделей.

– Что-то случилось?
– спросил я.

Комиссар предложил: -Может сначала доешь? Я подожду.

Решительно откладываю ложку в сторону и сверлю его глазами: -Нет уж, говори сейчас. Мне так кусок в горло не полезет.

– Ты сейчас ешь суп, -резонно заметил Андронов.

– Значит ложка поперёк рта станет!

Комиссар пожал плечами как бы говоря: если ты сам хочешь…

Ключ вошёл в замок и повернулся там с отчётливым металлическим щелчком. Тяжёлая решётчатая дверь камеры чуть приоткрылась.